В теле пацана. Книга 3. Путешествие в Градир - Игорь Павлов

— Ну мааа, — завыла младшая и, получив по заднице, помчала выполнять мамкину команду.

Вытурив детей из гостиной, хозяйка вернулась за стол.

— Сахарные сухари есть к чаю, что ж я сразу — то не предложила, — засуетилась. — Может, хотите вина? Сами делаем.

— Ермил, сходи — ка воздухом подыши, — говорю своему придурку.

Женщина явно что — то знает.

— Я бы не отказался от сухаря, — брякает картавый весело.

И тут же улыбка сходит с тупой морды, когда ловит мой убийственный взгляд, а слова возражения в горле застревают. Понимая, что со мной лучше не шутить, Ермил торопливо выходит на крылечко.

Женщина смотрит встревоженно на сцену, затем вопросительно на меня.

— Рассказывай, — начинаю строго.

— Что рассказать? — Тушуется Литиция под моим пристальным взглядом.

— О Жозефине, — уточняю и чувствую, как дыхание у той перехватывает.

— И что я могу знать, простая крестьянка…

— Жила была графиня, поначалу ничем не примечательная, — начинаю за неё сварливо. — Но тут вдруг влюбляется в неё властолюбивый мужик и свергает короля, следом разваливается по кусочкам огромная Андария, и толпы одержимых мужей со всего Белого света готовы резать друг друга за один её поцелуй. Как — то всё это странно, не находишь, Литиция?

Хозяйка заморгала часто. Капля пота потянулась с виска. Опасаясь, что до инфаркта доведу, оставив четверых сироток, продолжаю мягко:

— Послушай добрая женщина, я не хочу навредить и доносить тоже не собираюсь, мне нужно разобраться, почему так случилось. Я не хочу чтобы воины убивали друг друга из — за какой — то дурочки. Будь то графиня, королева или императрица сия Руси.

— Кто ты, — вырвалось из неё нервное.

— Крис, просто Крис, — отвечаю на выдохе. — Поверь, я желаю только добра тебе и твоим девочкам, и уж точно не стану вредить вам. Если сказанное тобой о графине может плохо отразиться на вас, оставлю это при себе. В любом случае не стану подставлять тебя и детей. Ведь это не по — мужски.

— Ты ещё не видел её, раз так говоришь, — отвечает Литиция горько. — Но когда это случится, возжелаешь доказать преданность любыми способами, вспомнив и обо мне.

— Я понял тебя, — хмыкаю. — Очень жаль, что нет здесь больше адекватных людей. Придётся вырезать всю её армию фанатов, что ж.

Собираюсь уже откланяться. Выберем другой дом для ночлега.

— Подожди, — останавливает встревоженно. И снова озирается.

Усаживаюсь обратно, с видом заинтересованным, мол, слушаю внимательно. Перед зеркалом репетировал.

— Раньше я прислуживала в замке графини, — зашептала хозяйка.

Уже неплохо, я даже встрепенулся.

—…помогала на кухне и в саду. Ходили слухи, что Жозефине мерещилось всякое, оттого её отец не выводил дитя в свет, опасаясь, что примут за сумасшедшую. Потому что она любила болтать о всяких существах из сказок, как о живых. Чуть больше цикла назад граф скончался. Одни говорили, что болезнь, другие шептались — отравили. Но как только это случилось, всё переменилось за один лишь рак для молодой графини. Но не сама она додумалась показать себя свету, другой жизни ведь не знала. Однажды ночью я увидела странных всадников, примчавших в замок инкогнито. С них всё и началось.

Литиция перевела дух, в глазах ужас.

— Опиши их, — спрашиваю, затаив дыхание.

— Мне тяжело, господин Крис вспоминать, — признаётся. — Это были суккубы. Здесь их никогда не жаловали, но это были именно они. Старик и три женщины.

Оппаньки. Аж заёрзал на стуле.

—…помню, как старца снимали с коня, — продолжает с зенками навыкате. — Девы воины, движения их были плавными, как у хищников. Они ещё большую и странную бочку на повозке прикатили, накрытую пологом плотно. Я тогда от страха дышать перестала. Меня они заметили почти сразу, но ничего не сделали. Однако утром комендант турнул из замка с концами. Вскоре узнала, что всех прежних слуг выгнали насовсем.

Замолчала, задумалась. А волосики на руках её дыбом.

— Не рассмотрела их?

— Нет…

— Хотя бы что — то. У старика была длинная белая борода? — Пробую зайти с другой стороны.

Закивала! Ох, ёпт.

И действительно, какой старый суккуб попрётся за тысячу километров через Хребет? Наверное, только тот, кто уже в Леванте!

Неужели и вправду Зейган⁈ Советник королевы Ханы. Вот же сука. Вроде не слышно и не видно его было, а здесь успел поднасрать под шумок. Козлина старая.

— Что было потом? — Пытаю её дальше, сгорая от любопытства.

— Каждый цикл прежний наш король проводил балы в столице, куда съезжался весь свет. На празднование она и поехала, где покорила всех мужчин. И молодых, и старых. Поговаривают, что и многих женщин.

— Какой она предстала на балу, ты не видела, как понимаю, — прокомментировал задумчиво.

— Нет, господин.

— А когда в последний раз видела?

— До смерти отца. И не так уж редко, — призналась Литиция, и в груди моей закралась надежда на какую — нибудь зацепку.

— И что скажешь? — Пытаю дальше, затаив дыхание.

— Обычная она была, взгляд блаженный помню, голос, как у помирающей. Со служанками постоянно смеялись, мол, помирает девочка, всё никак не помрёт.

— Понятно. Суккубы всё ещё с ней?

— Откуда мне знать, — разводит руками. — О суккубах вообще никто ничего и не болтал, будто мне одной они померещились.

Ответив, Литиция за чайник взялась, руки подрагивают. Чая мне и себе подлила. Смотрит вопросительно.

А у меня мысли зароились в башке. Какой ещё вопрос задать женщине, которая с начала предполагаемого заговора была сослана прочь, не знаю.

Хотя нет! Знаю.

— В замок пускают гостей?

Почти час расспрашивал о крепости графини, куда, как оказалось, ещё хрен попадёшь. Да, турнир скоро, и что? Через него путь к Жозефине проложить? По трупам мужей тупорылых, а точнее приворожённых!

Бред.

Думай, Крис… думай.

Так, есть одна мыслишка.

— Какая у графини была самая любимая сказка? — Спрашиваю, заходя с другой стороны. — С няньками же ты общалась.

Недоумение на лице Литиции вскоре сменилось задумчивостью, когда состроил серьёзный вид.

Пять названий озвучила, и я остановил.

— Так, понятно, — чешу затылок. — Давай кратко, что там про принца из сказочного мира Айрам?

Пока Литиция распинается о летающем мальчишке по имени Аз, я наматываю на ус.

— Со сказками понятно, — прерываю её в какой — то момент, услышав достаточно.

Литиция смотрит с укором, под конец она увлеклась. Даже оживилась, видимо, тревога отошла на второй план.

— Последний вопрос, — вздыхаю. — Что — то изменилось в округе?

— Не поняла тебя, господин, — призналась хозяйка.

— Может, всё же слухи какие — то или сплетни необычные? — Уточняю.

Задумалась на миг. Как раз картавый идиот в дверь стал стучаться, снова пугая Литицию.

— Рыбу больше у нас не продают, — выпалила.

— Не понял? — Только спросил, и Ермил сам вошёл, ведь дверь не была закрыта.

Оборачиваюсь, чтобы выгнать нахрен. А он озябший что — то, глаза выпучил, походу страшно стало ночью на улице.

Посадили чай пить. Захрустел сухарями радостный. А у меня желание залепить подзатыльник дурачку. Да какой из него наёмник⁈

Литиция с нами ещё посидела с грустной улыбкой, а как закончили, пригласила в свою комнату. Постелила мне на своей кровати, Ермилу на полу, а сама к детям ушла спать.

Ощутив податливую перину, спина моя ахнула, и сразу в сон уносить стало. После боевой трансформации чувствую себя разбитым. Вчера вечером в бане был такой отходняк, что и девки молодые оказались не в радость. Сегодня получше, но всё равно усталость во всём теле. В седле весь извёлся пока скакали. Видимо, не всё так просто и бесследно. За сверхспособности надо платить.

Нет, всё — таки воины, как воины. Это я — мутант. Боевая трансформация дала мне много сил, выносливости и жёсткости. Но что я могу сделать в одиночку?

Последние мысли не дают провалиться в сладкое небытие.

Зейган, козлиная ты борода. Если это действительно ты посодействовал в преображении графини и её дальнейшему пиару, то какова же цель? Зачем Кусубату подрывать стабильность в ближайшем регионе за Хребтом? На кой хрен расшатывать соседнее с Левантом королевство? Какой смысл ослаблять людей здесь? Что вы задумали⁇

Одни вопросы.

Имира, какого хера Кусубат вообще лезет на север, может, ты мне расскажешь, когда вернусь…

С рассвета Ермил растолкал меня. Чувствую себя лучше, руки и ноги только чешутся в изгибах. Пальцы уже так не болят. Похоже, восстановление идёт полным ходом. А может, и наращивание толщины