Мой новый мир (СИ) - Альтмайер Евгений

— Хватит на сегодня. — Пробормотала Майя осоловелым голосом. Да, за последние пару часов мы набрались преизрядно. — Домой пора…

— Ага, проваливайте. — Отозвался Атаго, по-хозяйски обнимая за бедра льнущую к нему представительницу древнейшей профессии.

Только и остается, что хмыкнуть его любвеобильности. Зашуршали упавшие на барную стойку банкноты. Боб шустрым жестом смахнул выручку в карман.

— Аккуратнее там. По нынешним временам в местных проулках пулю поймать проще простого.

Майя в ответ пьяно рассмеялась. После выпитого море ей по щиколотку. Как и в тот раз, когда мы нарвались на головорезов Болта с ионной винтовкой. Но Рыжая совершенно неисправима. Как ее только до сих пор не пристрелил с ее самомнением.

Я по-хозяйски обнял напарницу за талию. Не столько удовольствия ради, сколько из насущной необходимости: девушку ощутимо мотыляет из стороны в сторону. Надо же было так нагрузиться… Хотя самомнение лучше бы попридержать: мир и у меня перед глазами так и норовит пуститься в пляс.

На улице глухая ночь. Трещат цикады, ветер доносит шум ночного прибоя. По глазам бьет мигание неоновых рекламных огней. В мусорной куче через дорогу что-то подозрительно зашевелилось. Крысы, что ли? Нет, вон какой-то нищий таращится.

В какой-то момент наши взгляды пересеклись. Обычный мужик. Хорошо побитый жизнью, небритый и грязный. Язык нервно облизывает потрескавшиеся губы. В стеклянном взгляде застыло что-то полубезумное и истерическое. Жутковатый тип. Честное слово, даже несмотря на то, что я как будто способен голыми руками разорвать его на десяток-другой лоскутьев. Даже при том, что в кобуре по-прежнему занимает законное место полюбившийся мне «Аллигатор». Все равно от обладателя такого взгляда хочется держаться подальше.

Мучительный обмен взглядами нарушила Майя. Девушка, кое-как одолев первую из пяти ведущих вниз ступеней, взялась заваливаться вперед с твердым намерением свалиться на землю. Пришлось ловить обманчиво-невесомое тело. Самому при этом чудом не растянувшись рядом. В следующий раз надо будет остановиться на пару стаканов раньше…

— Хорошо Атаго! Девочки его, ик, донесут до кроватки, разденут, ему даже делать ничего не надо… — Пьяно пожаловалась Майя.

— Я бы с радостью организовал тебе все то же самое. Вот только ты меня запихнула во френд-зону и совсем оттуда не выпускаешь.

— И ничего я тебя не зафрезо… фрездо… Я думаю! — Обиженно надулась Майя. На кой черт я вообще этот дурацкий разговор начал? — Ты классный, вот!

— И о чем же ты таком тогда думаешь? — Я как раз вернул руку на законное место на талии напарницы. И теперь тащу ее сквозь глухую антапурскую ночь. Вокруг сомкнулись привычные стены местных хибар.

— Ты классный… — Повторила Майя. — Но странный. Есть в тебе что-то непонятное. Как будто ты меня знаешь давным-давно. И знаешь гораздо больше, чем следовало бы. Почему так, а?

Кажется, короткая, полная обиженного непонимания реплика заставила меня мгновенно протрезветь. Рыжая ведь совершенно права. Я знаю о ней… Может быть, и не все. Но точно куда больше, чем она готова рассказать кому бы то ни было. Вот только что делать с этим знанием? Попробовать открыться? Но поверит ли она мне? Захочет ли сохранить эту безумную тайну — или разделит с остальной командой Танцующего Бриза? А если разделит — что тогда?

— Я тебе через неделю скажу. Честно. — В голосе Майи прорезались кажущиеся немыслимыми жалобные нотки.

— Пойдем-ка домой. Рензан вроде завтра грозился опять какой-то работой нагрузить. — Пробормотал я, так и не решившись развивать слишком уж странную тему. Как-нибудь потом…

Работенку Рензан действительно подкинул. Так что следующие несколько дней пришлось колесить по всему Южному архипелагу: развозить посылки, о содержимом которых в этом обществе не принято спрашивать. И которые лучше не показывать таможенникам. А эти ушлые ребята, наоборот, так и норовят догнать мечущийся меж островов кораблик и обшмонать от кормы до носа. В поисках находок, которые заставят капитана раскошелиться на новую порцию взяток.

Вернулись на закате третьего дня. Вконец ошалевшие Атаго и Рензан немедленно завалились спать. А вот Майя еще пытается держаться. Напарница осоловело хлопает глазами, но отчаянно пытается нализаться специально припасенной для такого случая чабаты. Один Сид бодр и доволен жизнью: на обратном пути капитан его подменил, дав возможность всласть отоспаться после второй подряд бессонной ночи.

Меня же неожиданно потянуло на крышу. Я окончательно облюбовал это славное местечко, где остаешься наедине с закатывающимся в море раскаленным солнечным диском. Над головой орут чайки, мерно рокочет шум прибоя… И даже в старом покосившемся шезлонге начал видеть некоторый дразнящий шарм. Вот только из-за этого моего пристрастия вся команда теперь точно знает, где меня искать, едва во мне появится самая минимальная надобность.

— Эй, Рэй. У нас тут, кажется, проблемка. — Неуверенный голос Сида вырвал меня из сонного полузабытья. Я чуть было не провалился в сон прямо на улице. Вот бы москиты обрадовались привалившему угощению…

— Проблемка? — Эхом отозвался я. Ну почему, стоило только сойти на берег навстречу законному пиву и отдыху в скрипучем шезлонге, сразу же нарисовались сложности?

— Ага. У нас тут у самых дверей сидит какой-то чокнутый нищий. И пасет их. Я… — Сид замялся. Не хочет признаваться, что не испытывает ни малейшего желания выходить к непонятному визитеру. В отличие от остальной команды, вихрастый паренек в очках — ни разу не боец. Его вышибли с третьего курса университета за какую-то мутную историю, и он прибился к команде Бриза. Паренек способен взломать все, что только может быть взломано. Но миролюбие и неконфликтность у нашего штурмана порой доходят до абсурда. Впрочем, с мордобоем в команде прекрасно справляются все остальные. Вот только и Рензан, и Майя с Атаго уже отвалились в направлении своих комнатушек — отсыпаться после бесконечных рейсов вдоль побережья. Остался только я. Впрочем, чем я, спрашивается, хуже?

— Не волнуйся, я разберусь.

Сид благодарно улыбнулся в ответ. Кому это там приспичило нарываться на неприятности? Бриз и за минувшие годы успел сделать себе весьма заметную репутацию. А уж после истории с Болтом все местные криминальные воротилы и вовсе стараются нас обходить по широкой дуге. Просто во избежание. Я, скорее из любопытства, чем из серьезного беспокойства, подключился к установленной на наш бокс системе видеокамер. Ага, вот он, наш странный визитер. Худой и небритый, в замызганной одежонке… А ну-ка, стоп!

Это же тот самый бешеный старикан, встреченный у дверей «Красотки». Еще не хватало…

— Эй! Там что, действительно проблемы? — Забеспокоился Сид, увидев, как я подхватываю лежащий на столе «Аллигатор».

— Никаких проблем. — Соврал я, даже глазом не моргнув. — Просто ни к чему оружие где попало бросать.

Паренек задумчиво покачал головой, но от расспросов воздержался. А я, сунув пистолет в кобуру, пошел вниз — разбираться с незваным гостем.

Нищий нашелся ровном там, где и показала видеокамера. И вблизи видно, что никаким стариком здесь не пахнет. Обычный мужик, которому переходящая в клочковатую бороду щетина и общий потасканный вид накинули пару десятков лет возраста. Наверное, если его отмыть, побрить и переодеть — будет что-то в районе лет тридцати.

Но я предлагать банно-прачечные процедуры странному субъекту, что таращится на меня полубезумным взглядом, не стал. Вот черт! У него же натурально слюна течет по подбородку. Псих, как есть псих.

— Чего тебе? — Не слишком дружелюбно буркнул я.

— Тебе привет из Москвы. — Проскрипел бродяга сорванным голосом.

— А? — Наверное, лучшего способа меня ошеломить нищий не придумал бы при всем желании. Только и остается ошарашенно таращиться на человека, которому совершенно неоткуда знать об оставшемся где-то в параллельном мире городе.

— Ты прекрасно слышал, что я сказал. Приходи завтра в пять вечера в заброшенный каркасный завод. Третий корпус. Один. И без оружия. Есть разговор. — Процедил сумасшедший, смерив меня ненавидящим взглядом. Да, безумные буркалы так и горят совершенно запредельной злобой. Такой, что заставляет ощущать неуверенность даже при всем своем кажущемся превосходстве…