S-T-I-K-S. Внешник - Юрий Уленгов

Спереди застучал автомат: Кант и Ирландец прикрывали наемника. Он оглянулся через плечо и едва не замер от охватившего его ужаса: в темноте, разрезаемой лучами фонарей, были видны десятки фигур, прущих за ним. Мертвяки перли вперед, не обращая внимания на препятствия. Это их замедляло, но не слишком зараженные успели основательно продвинуться по ступеням своей жутковатой эволюции, особенно — по сравнению с теми, кого упокоили на улице «холодняком».

Наемник ринулся вперед, преодолевая последние метры до позиции Канта и Ирландца. Те «окопались» за прилавком, и деловито, прицельно отстреливали тварей, прущих за наемником. Айвэн оттолкнулся от пола, перепрыгнул прилавок, и, тяжело оттормозившись о стену, развернулся, вскидывая автомат.

Вовремя

— Пустой! — гаркнул над ухом Ирландец. Наемник поднял оружие, поймал в прицел ближайшую тварь и утопил спуск.

Минус один. Есть. Перевести прицел. Еще минус. Отлично. И еще. И еще.

Одна из тварей, хитро зайдя сбоку, внезапно запрыгнула на прилавок прямо перед ними. Кант среагировал моментально Взмах мачете — и мертвяк повалился на пол. Айвэн только дернуться в его сторону успел.

Прицелиться. Выстрелить. Прицелиться. Выстрелить. Простая последовательность действий. Ни в коем случае не обращать внимания на оскаленные пасти, не думать, кто враг. Иначе придет страх. Никуда без него. А страх

— это промах, страх — это промедление. Страх — это смерть, в конце концов.

— Пустой — теперь уже самому Айвэну понадобилось сменить магазин.

— Глыба, Воха, у нас замес, нужна помощь! — прокричал в рацию Кант.

Ответ пришел не сразу.

— Справляйтесь сами, — послышалось в наушнике — У нас тоже весело. Твари со всех окрестностей прут, как на карнавал.

Только сейчас Айвэн понял, что с улицы тоже доносится стрельба: стучит пулемет Глыбы, ему вторят автоматы. Периодически коротко рявкает КПВТ, установленный на бронетранспортере.

— Мать вашу! — выругался Кант — Гребанные разведчики! Пусть мне лучше не попадаются! Вернусь — всем морды поразбиваю!

Какая-то особо шустрая тварь выскочила из темноты и рванула к прилавку. Айвэн успел ее остановить на расстоянии прыжка. Еще несколько очередей — и в магазине наступила тишина. Стрелять больше было не по кому. А вот на улице стрельба все разгоралась.

— Вепрь. Аист, — позвал Кант по рации. — Щуплый, эй! Мужики, вы слышите?

— Да никто тебе не ответит, — с досадой сплюнул на пол Ирландец. — Твари оттуда перли как раз. С них начали, нами закусить хотели. Хорошо хоть не вышло.

— Кант! — в наушнике раздался нервный голос Вохи — Что у вас там по технике? Тут становится реально жарко. Давайте, шевелитесь! Валить надо! Продовольственная группа на связь выходила — у них там тоже веселье в разгаре.

— Тройка Вепря — все Мы остались втроем, — доложил Кант.

— Хреново, — после секундной паузы резюмировал Воха. А потом вдруг, без перехода, перешел на повышенные тона:

— Так шевелитесь там, едрену вашу мать, живее, пока больше никто не гробанулся!

Кант с Ирландцем переглянулись. Видимо, для Вохи сказанное было нехарактерно, а значит, ситуация на улице действительно была не из лучших.

— Слышали? — Кант посмотрел на Айвэна с Ирландцем. — Шевелимся! Где тут эти гребаные камеры?

Глава 10

Айвэн залепил очередной ящик скотчем и пинком пихнул его вперед. Ящик проехал по скользкому полу несколько метров, Ирландец подхватил его и передал кому-то в фургоне.

— Ну!? — повернулся боец к Айвэну.

— Все, — развел тот руками. — Больше нет.

— Что значит «нет»? Мы что, из-за четырех ящиков сюда перлись? Да там половина — провода с разъемами.

— То же, что «есть», только наоборот, — не сдержался Айвэн. — Это торговый зал, чувак. Тут по несколько единиц лежит, в лучшем случае. Остальное — на складе.

— Мать вашу, о чем вы там говорите? — В магазин вернулся Кант. Выскакивавший наружу, чтобы оценить ситуацию. — Есть на складе — так валите туда и принесите то, что нужно. Там кино про зомби-апокалипсис, на улице. Снятое режиссером под ЛСД. И с каждой минутой все хуже. Шевелите задницами!

Наемник глянул на Ирландца. Тот кивнул, пошли, мол. Айвэн вздохнул и перетащил автомат со спины.

— Где этот склад должен быть? — на ходу спросил Ирландец.

— Хрен его знает, — честно ответил наемник. — Попадем в служебные помещения — там сориентируемся. Хотя скорее всего — в подвале.

— Ненавижу подвалы, — фыркнул Ирландец. Айвэн лишь пожал плечами.

Дверь в служебные помещения нашлась в отделе крупнобытовой техники. Наемник взял дверь на прицел. Ирландец ударил в створку ногой, отскакивая.

Кроме одинокого ползуна, еле-еле двигающего конечностями, внутри никого не оказалось. Видимо, твари не хватило ума открыть двери, а жрать внутри было некого. Вот и отощала.

Ирландец не стал даже патронов на него тратить — успокоил ударом своего кукри. Прикрывая друг друга, они вошли внутрь.

Лучи фонаря заплясали на стенах узкого коридорчика. Две двери — с одной и с другой стороны. Айвэн аккуратно толкнул одну стволом автомата. Та со скрипом приоткрылась.

Кухня. Пусто. Лишь на столе стоит тарелка с бутербродами. Дешевая вареная колбаса под воздействием воздуха потемнела и сморщилась. Айвэн брезгливо скривился.

«Чисто» — показал он Ирландцу. Тот кивнул и указал головой на вторую дверь. Айвэн наклонил голову в знак того, что понял, и подошел ближе.

Эта дверь больше походила на то, что им было нужно. Две широкие створки как раз были приспособлены для комфортабельной транспортировки сквозь них телевизоров с большой диагональю, холодильников и другой габаритной техники.

Айвэн нажал на ручку и толкнул дверь. Ирландец осветил помещение: еще один коридор. Длина — метров шесть. Заканчивается поворотом.

Идти дальше не хотелось. Срабатывал естественный страх темноты, доставшийся в наследство от первобытных предков. Да и было чего бояться, на самом деле. Твари, как показала практика, вполне могли стоять бесшумно, ожидая жертву. Так сразу не заметишь — и все. Пиши пропало.

Айвэн мотнул головой, отгоняя наваждение и шагнул через порог. Ирландец, чуть поотстав, шел следом. Здесь, за несколькими дверями, стрельбу с улицы слышно уже не было. Вообще ничего не было слышно. Только где-то впереди что-то едва слышно постукивало с пугающей равномерностью метронома.

Айвэн шел медленно, приставными шагами. За спиной слышалось сопение Ирландца. Дышал боец учащенно, из чего наемник сделал вывод что жутковато не только ему.

С каждым шагом монотонный звук становился ближе. Шаг. «Бум!». Шаг. «Бум!». Наконец, стало понятно, что доносится это бумканье из-за узкой пластиковой двери.

Айвэн вопросительно взглянул на Ирландца. Тот сперва пожал плечам, но потом кивнул. Ну, верно. Пусть за этой дверью пустыш, который даже не понял, как ее открыть — все равно, оставлять за спиной угрозу не стоит. Кто знает, в какой момент на тварь снизойдет озарение? Может, именно тогда, когда мимо будут идти Айвэн с Ирландцем, несущие тяжелый ящик?

Наемник подошел к двери, рывком распахнул ее, и шагнул назад прижав к плечу приклад автомата. Луч фонаря скользнул по узкой, длинной комнате. Скамейки вдоль стен, полки, крючки для одежды — раздевалка, понятно.

У дальней стены стоял мертвяк в форменной рубашке продавца, и методично бился головой о стену. Айвэн повел лучом фонаря, и скривился. Штаны у мертвяка были спущены. Вместе с трусами. Сначала наемник решил, что у того банально не выдержал ремень, но уже через секунду он понял, что ошибся.

Из-за висящей на крючке одежды показалось второе действующее лицо разыгравшейся здесь некоторое время назад трагикомедии. Хотя это для Айвэна происшедшее здесь было комичным, пусть и с налетом черного юмора. Для персонажей спектакля же это была самая настоящая драма. С порноподтекстом.

Вторым мертвяком оказалась женщина. Еще недавно она была молодой и привлекательной. Сейчас ее такой назвать нельзя было при всем желании. Бездумные темные глаза, шаркающая походка… На правой ноге болтаются, подметая пол, юбка и трусики, опущенные вниз в порыве страсти, но так до конца и не снятые. Строгая блузка расстёгнута, в свете фонаря отчетливо видна белая грудь, выскочившая из лифчика. К блузке приколот бейдж: «Людмила Панкова. Товаровед».

Наемник с трудом сдержал грустную усмешку. Судя по всему, парочка уединилась в раздевалке, намереваясь логично продолжить завязавшийся служебный роман, но Улей внес свои коррективы. Хотя, стоп. Так сразу переродиться нельзя же! Это, получается, весь мир вокруг летел в тартарары, а этим двоим трахнуться приспичило? На нервной почве, что ли? Еще и обратились синхронно. Черт, Ромео и Джульетта прям, новый формат. Zombie Edition, ага.

Айвэн не стал ждать, пока Ирландец со своим кукри проявит инициативу. Два хлопка — и неудавшиеся любовники повалились на пол. И даже это сделали картинно: мужчина в форме продавца опустился рядом с подругой, а его рука упала поверх ее талии, будто обнимая. Идиллия.