Попаданка для Ректора. Влюбиться во врага - София Руд.

Тут же вырываюсь, как ошпаренная, но ректор и не держит. Однако далеко отойти мне не удается, натыкаюсь спиной на стеллаж. Меж нами и метра нет, а Редмонда, как обычно, ничего не смущает.

- Вы что-то хотели? – нервно выпаливаю я.

- Разумеется, хочу, - ухмыляется ректор. – Но сейчас о другом. Не вы потеряли? – он показывает мне тот самый мешочек, что выпал из декольте.

- Нет, - машу я головой. – Впервые его вижу.

Моя ложь раздражает Редмонда, даже желваки начинают играть.

- А вот ваша реакция говорит совсем иное, - отмечает он. – Вы покраснели.

- Это потому что вы опять стоите слишком близко! – шиплю я.

Ректор почему-то опять усмехается, но все же делает шаг назад, возвращая мне возможность нормально мыслить.

- Значит, не ваше? То бишь, вам оно не нужно? – уточняет он, словно с издевкой. И что мне делать? Признаться я не могу!

- Нет. Вообще не понимаю, с чего вы взяли, что это мое, - вру напропалую и краснею еще больше.

- С того, что нашел это в коридоре после вашего побега, - отвечает он, глядя холодным надменным взглядом.

- Я ничего не теряла, - заверяю я, и темный взгляд мужчины спускается с лица к моей груди. Так и хочется прикрыться, но вместо этого я кидаю в ректора неодобрительный взгляд.

- Точно? – спрашивает он, намекая на то, что недавно я кое-что прятала прямо меж аппетитных грудей.

- Точно. С чем пришла, с тем и ушла. А вам не показывала, потому что это было личное, - заверила я.

- Что ж, ну тогда поздравляю. Вы выкрутились вновь. Наполовину, - сообщает он. - В кабинет алхимии ведь все-таки проникли в неположенное время. Так что считаете, что выданное госпожой Редих наказание продлено на тот же срок. Хотя нет. С новой недели, пожалуй, начните мыть полы в портальном холле.

- Полы? – охаю я.

- Полы, - подтверждает он. – Если не знаете, как это делать, местные уборщицы научат.

Я хлопаю глазами.

- Что, работа не для вас или хотите мне сказать что-то еще? – он будто издевается надо мной.

- Да, вопрос есть, - признаюсь я. – Что-то не вижу, чтобы еще кто-то из адептов был наказан половой тряпкой.

- А никто, кроме вас, не нарушает мои правила, - сообщает ректор, разворачивается на пятке и уходит.

А я, как растопленное маслице, стекаю по стеллажу на пол после пережитого волнения, но отдохнуть не успеваю. Дама велит заканчивать уборку.

После отработки за мной приходит Лейси и просит внести одну остановку в привычный маршрут. Я только «за».

Вместо «камина» мы идём к нормальному выходу, от него к дороге. Кузина машет рукой, и одна из повозок тут же тормозит возле нас.

К слову, эти самые повозки походят на кареты, только без лошадей, но с кучером и с рулем. Мой мозг чуть не ломается, пытаясь логически объяснить, как эта конструкция работает. Где там двигатель, где коленчатый вал? Ах да, магия!

- Я забегу к учителю всего на часок, хорошо? – спрашивает она. – Из-за последних событий совсем запустила занятия музыкой.

- Конечно, - отзываюсь я. – Я могу пока что погулять?

Мне кажется хорошей идея рассмотреть мир, в котором я оказалась. Не все же порталами из здания в здание сигать.

- А ты не заблудишься? – беспокоится Лейси.

- Далеко отходить не буду, - обещаю я ей.

Обнимаю и спешу пройтись по брусчатке, уложенной так искусно, что нашим дорожникам и не снилось. Да тут лезвие не пройдет между одним камнем и вторым.

Город очень красив. Напоминает наш исторический центр, только без машин и столбов. Уютные двух и трехэтажные цветные домики стоят плотно плечом к плечу, и расступаются лишь в тех местах, куда поворачивает дорога.

Первые этажи занимают коммерческие помещения, среди которых я обнаруживаю кондитерскую, книжный магазин и бутик с одеждой. Непривычно, когда с витрины на тебя смотрят бальные платья и камзолы вместо коллекции какой-нибудь «Глории Джинс».

Прохожусь еще немного и сожалею, что не попросила денег. От зноя хочется пить.

Беру обратный маршрут, как замечаю тетушку. Такую уставшую, изнеможденную, что сердце сжимается.

Хочу помочь, а вот тело Тессы почему-то сопротивляется. Ничего, привыкнет поступать правильно.

Женщина пошатывается от бессилия, и я тут же ее подхватываю.

- Вы в порядке? – беспокоюсь я.

- Д-да, - хрипит она, глядя куда-то в пустоту, но, когда болезненные погасшие глаза доползают до меня, удивлённо распахиваются.

Знакомы? Нет.

Скорее ей странно, что благородная девица, которую выдавал мой богатый наряд, решила заговорить с оборванкой. Не хочется ее так называть, но по-другому, увы, не получается.

Женщина бедна, это выдают ее потрепанные сумки, заношенный платок, повешенный на плечи и стертые туфли. Но при всех этих показателях бедной жизни мне почему-то хочется ей восхищаться.