Псион по профессии (СИ) - Кирилл Федорчук

Выяснилось, что восприятие могло усиливать все естественные чувства псиона. Слух, зрение, обоняние, осязание, чувство температуры, чувство тела, улавливание вибраций и так далее. Но интереснее было то, что если поочередно усиливать чувства, можно выделить компоненту восприятия, так сказать, в чистом виде. Это позволяло выработать у себя дополнительное чувство, которое чаще всего было ощущением пространства. В 3D. Но не обязательно, комбинируя восприятие с другими способностями, ты мог развить всё, что угодно: чувство вероятностей, эмоций, информации, энергий и так далее. Некоторые эти чувства были в базах по умолчанию. Но базы всегда были полнее, поэтому выучить их могли далеко не все. А чувства мог освоить каждый псион, вне зависимости от ранга.

Вернёмся к казино. Игра во флот между псионами напоминала натуральную дуэль. Оружие могло быть разным, но соревнование чаще всего было по мощи. Удача тут не котировалась, так как существенно повлиять на результат не могла. Интуиция же тренировалась с дикой скоростью. Требовалось сосредоточиться, очистить сознание, отстраниться от мира (этот пункт был нужен, чтобы усложнить жизнь сопернику) и работать очень быстро. Было полное ощущение, что интуиция буквально жрёт ресурсы организма. После работы в казино я ночевал в капсуле, не только потому что учил базы, а ещё и потому что восстанавливал здоровье. Особо сложно было, если псионическая сила соперника была равна моей. Тогда приходилось активно подключать разум и стратегии, подчерпнутые из базы по игре. А учитывая, что за вечер я мог схлестнуться и с двумя-тремя псионами одновременно, как это делали другие крупье, то даже начал немного гордиться собой.

И гордился до тех пор, пока опять не получил по мозгам. В буквальном смысле. И было это совсем не так весело и безболезненно, как в первый раз. Вы когда-нибудь задумывались, может ли полноценный, подготовленный телепат сойти с ума? Я нет. Практика сама преподнесла мне ответ на незаданный вопрос.

В очередной раз я сменил крупье, встав против псиона. Это был довольно пожилой мужчина с морщинистым лицом в дорогом комбезе (что это за комбез, я естественно не понял, но база по азартным играм была составлена специально для крупье, и включала способы определения уровня благосостояния клиентов). Сочетание было весьма странным, так как обычно человек, который мог себе позволить такую экипировку, мог себе позволить и процедуру омоложения. Морщины же и для не очень богатых людей были явлением редким: медкапсула их легко устраняла. Но интуиция молчала, так что особо на странности я внимания не обратил. Ровно до того момента, как я в первой же партии воспользовался расширенной интуицией. Ответ был мгновенным и жестким. Мужчина нанёс ментальный удар, насильно выкинувший меня из реальности. Я не находился в привычном внутреннем вирте, но это было пространство из той же категории. Моё пространство. И в него как копье Афины впивалась воля чужака. Самое страшное, что воля эта была оболочкой для ядра безумия. Я как-то быстро и отчетливо понял, что мог разум сейчас будет разрушен до состояния руин Карфагена.

Действие видимо происходило в ментальном пространстве. К этому разделу я практически не приступал. Знания из базы были ни о чем, и помочь здесь не могли. Зарождалось отчаяние. Чужак не торопился. Он явно получал удовольствие от моей беспомощности.

Нет, друг мой, удовольствия я тебе не доставлю. Я тут недавно, но и моему миру есть, что тебе ответить. А ты сейчас в нём. Содружество давно забыло иррациональный страх. Наука развилась здесь настолько, что победила чудовищ, порожденных неизвестностью. Думает, что победила. И ты, так думаешь, мой наивный зайчик. Пусть я рационален, но в моём мире найдётся место паре хтонических чудовищ.

Тела у меня не было, но я улыбнулся. Бесконечность моего разума заполнилась рябью теней. В некоторых зажглись глаза. Я рассмеялся. Шаманы смеются. Они знают, как легко сбросить вуаль, за которой рыскают союзники. И если шаман хочет крови, союзники тоже будут её хотеть. Я продолжал смеяться. Мне незачем пугать этого наивного глупца, хотя он забеспокоился. Наконечник копья его воли попытался раскрыться, заражая мой разум безумием, разрушая. Мой хохот перекатился в ритмические грудные смешки. Нельзя заразить пустоту. Невозможно свести с ума сам Хаос.

Наши предки знали, что таинственное рядом. Стоит снять с себя крест, отложить в сторону амулеты, разомкнуть ритуальный рисунок рукавов и ворота, да уйти подальше от людей, как любой перекрёсток станет твоим Переходом. Всё это место и так огромный Переход. Достаточно только подготовить себя к потустороннему, и оно отзовется. Защитных амулетов на мне не было. Я опять расхохотался, скидывая с себя шелуху человеческого. И Воззвал. Воззвал ко всему темному во мне, ко всему злому, жестокому и кровавому. К дионисийскому. Призвал на вакханалию. О, в каждом подсознании водится живность, любящая вакханалии. Не знаю как здешние, а земляне ещё очень недалеко отошли от эпохи хтонических тварей. И твари пришли. Они и так были здесь, ждали только, когда я спущу поводок, когда разрешу напиться крови врага. Сжать в когтях теплый, пульсирующий комок и насладиться его затуханием. Выпить врага. Всю его сущность. Попировать на жалких остатках его логических связей. Безумие? Ядро его разума показалось мне безумным? Мой смех приобрёл веселящиеся тона. Нет, его безумие подобно авантюризму малолетки, впервые закуривающему в подворотне. Безумие, не освященное тысячелетней культурой, - это резиновые женщины и безалкогольное пиво. Я продолжал глумиться над поверженным врагом, разбрасывая его ошметки по пространству моего разума, развеивая их и хохоча. Это наслаждение победой и безумием было долгим, дольше самого сражения. Но как и всякий творческий порыв, оно закончилось. Я растворился в темноте.

Никогда не увлекался алкоголем. Но думаю, что выход из трёхдневного запоя, финал которого ознаменовался отравлением чем-то с метиловым спиртом, должен ощущаться как-то так. По крайней мере, по степени отвратности ощущений. Очнулся я в медицинской капсуле. А принадлежала эта капсула местному отделению СБ, как сообщила мне сотрудница, вошедшая в лабораторию. Одеться к тому моменту я, к счастью, успел. Она так и сказала:

- Меня зовут Кей, Вы находитесь в отделении службы безопасности системы SWR-1242.

- Что произошло? - задал я самый банальный из возможных вопросов в данной ситуации. Хотя вопрос этот меня действительно волновал.

- На Вас напал Эрихито Гаос, гражданин Содружества, незарегистрированный псион. В результате ментального противостояния господин Гаос потерял способность к мышлению. - Милая формулировка для описания овоща. - Вам были нанесены многочисленные ментальные повреждения неясной природы. Также Вы были сильно истощены. Господин Исто обратился к нам, так как только у нас Вам могли оказать квалифицированную помощь.

- Меня в чем-то обвиняют?

- Нет, специалисты нашей службы смогли частично восстановить события. На основании их экспертизы, Эрихито Гаос был признан невменяемым. Ваши действия квалифицируются как самозащита. Наши медицинские услуги оплачены господином Исто из Вашей рабочей страховки. Вы можете быть свободным, но нам бы хотелось получить ответы на некоторые вопросы.

- Я Вас слушаю.

- Нашим специалистам удалось восстановить события лишь частично. Нам удалось понять, какие действия предпринимал Эрихито, мы восстановили начало ментального противостояния, но после начала Вашей атаки ничего восстановить не удалось. Понятно только, что Вы каким-то образом смогли разорвать ментальную сущность Эрихито. Нам очень интересно, как Вы смогли это сделать.

Я вздохнул, собираясь с мыслями.

- Я не очень хорошо понимаю, как это сделал. Только общие принципы. Я могу разрешить Вам провести ментокопирование. Объяснить произошедшее будет трудно.

- К сожалению, необходимая область Ваших воспоминаний закрыта для сканирования. Единственный вариант - если Вы освоите технику создания баз эспер и трансформируете эти воспоминания в базу. Мы были бы очень благодарны за такую базу. Но времени на обучение созданию баз потребуется много. Расскажите, пожалуйста, в двух словах.

- На своей родине я учился на исследователя культуры. И я неплохо знаком с обычаями разных народов моей планеты. Не знаю, были ли у нас когда-нибудь псионы, но определенные традиции, техники, похожие на псионику, были. - Я сам чувствовал, что говорю довольно коряво. Состояние моё улучшилось не сильно, и я был решительно не готов читать лекцию на тему "Мифология и практический фольклор". - Существовала методика, с помощью которой наказывали врагов. Называется проклятия. Я воспользовался её модификацией. Суть в том, чтобы вызвать злых духов и натравить их на врага. Причем для вызова Вы как бы входите в их мир. - Выражение лица Кей было вежливым, но я чувствовал, что объясняю я вхолостую. - Простите, я пока не в состоянии описать лучше. У меня до сих пор болит голова. Может быть, я напишу Вам подробный рассказ, когда немного оклемаюсь.