Восход. Солнцев. Книга IV (СИ) - Артемий Скабер

Артемий Скабер

Восход. Солнцев. Книга IV

Глава 1

По-любому что-то темнит… Почему он решил, что эта дуэль нужна, тем более на глазах публики? Да еще и так не вовремя, когда у меня выключилась магия? Снова куча вопросов.

Выдавил улыбку и кивнул. Будет возможность — обязательно припомню Трутню. Мне жестом показали, что я свободен.

— Твою мать! — выругался я, стоя почти рядом с рестораном. — Монстра вам в жены…

В любом случае дела необходимо завершать. Несмотря на не самые высокие шансы, я планировал победить. Как? Не знаю. Пора направиться к Титовым, от них я хочу унести много подарков. Пять минут, и вот уже стою рядом с проходной в особняк. Вальяжно, почти лениво обратился к охраннику:

— Передай главе рода, что явился Симба.

— Что? Какой Симба? Ничего не буду передавать, — возмутился мужичок. Вот что за народ такой? Убежден: если я ему дам денег, то доложит, хотя это его прямая обязанность. У меня не было ни настроения, ни желания платить. А поиграть? Почему бы и нет…

— Дружок! — обратился я к охраннику. — Давай с тобой договоримся? Сообщи обо мне главе, если он попросит поскорее провести, то ты будешь должен пятьдесят рублей. А если нет, скажет, что не знает меня, — вытянул купюру в сто рублей и держал пальцем около решетки забора.

— Не положено! — засмущался стражник, разглядывая мои деньги. — Стой, я свяжусь!

Жадность победила, куда-то убежал… Наивный, надеется, что хрен пойми кто, со странным именем, не знаком его хозяину? И меня прогонят взашей, а он получит куш? Что ж, проверим.

— Господин Симба! — открыл дверь охранник через несколько минут. — Простите меня, — начал он кланяться. — Не говорите Марку Павловичу. Пожалуйста! Прошу вас! Вот, держите сто рублей. Простите дурака, что не признал вас, — продолжал расшаркиваться мужичок.

Улыбнулся ему и взял деньги. В следующий лишний раз подумает перед тем, как решать за хозяина, с кем тому стоит встречаться, а с кем нет.

Пока шел, любовался видами. Красиво… Я даже не помню и не знаю, как там все у Солнцевых в центральной зоне? Хочу, чтобы в моем особняке было просторно и природа рядом. Еще в прошлой жизни насиделся в «закрытых помещениях», теперь душа требует свободы.

Мы зашли в главное здание, миновали знакомый холл, и вот он, кабинет, в котором в прошлый раз состоялась встреча. Внутри я развалился в кресле и ждал, снова надел на себя «костюм» Симбы.

— Уважаемый! — зашел с улыбкой Титов в кабинет. — Как я рад видеть вас в нашем доме… Скажите, что бы вы хотели? Чай, кофе или что-то погорячее?

— Устроит чай, — ответил я с ленцой в голосе.

Вызвали слуг и приказали приготовить лучший листовой чай, из того, что есть особняке. Наверное, это должно как-то впечатлить меня? Марк Павлович расположился за столом, стал изучать бумаги, которые лежали рядом. Лишь украдкой поглядывал в мою сторону и на то, что я делаю.

— Вот! Нашел! — разорвал он созданную мной искусственную тишину. — Три участка в центральной зоне и пять бизнесов, — помахал он документами.

Я продолжал давить его взглядом. Чувствовалось, как Титову не по себе. Видимо, прокручивает слова, которые я сказал на прощание в прошлый раз. А теперь думает, как бы подешевле откупиться и избавить свой род от проблем.

«Простите, уважаемый аристократ… — помыслил я. — В моих планах вы или платите по счетам, или потеряете больше». Если Вяземского взяли за одно место, то Титовы пострадают куда больше, чем Барановы, которых я просто так приплел, чтобы потом с них потребовать чего-нибудь полезного.

Марк Павлович все прекрасно понимал: трущобы его, народ пострадал и недоволен. То, что Вяземский хотел построить заводы на этой территории, ни для кого не секрет. Вот и выходит: во всем виновны Титовы и неслабо. Не удивлюсь, если генерал на них ответственность переложит…

Приходилось продолжать использовать амплуа криминального авторитета. Пора бы собрать все личности в одну для удобства дальнейшей работы, как я уже сделал при взаимодействии с Авдеевой и Барановым.

— Марк Павлович, вы помните мои последние слова? — поинтересовался я с хитрой улыбкой.

— Да… — сделал печальную рожу аристократ. — Мне жаль, что я не разгадал вас и то, на что вы способны. Надеюсь, отнесетесь с пониманием к моей ситуации и сложности, которая обрушилась на наш род.

— Конечно! — улыбнулся я. — Дарственные прямо сейчас на все земли Солнцева, и вы будете перечислять процент, пока пользуетесь собственностью Бориса Ивановича. Счет в банке откройте в центральной зоне, уже с этого месяца мы ждем перечислений. Думаю, двадцать процентов — крайне выгодная для вас цена.

— Я… Понимаете… не то чтобы не могу… Просто этим всем владеет наш род в центральной зоне, а мы — в сибирской. Нужно время, чтобы все подготовить связаться, договориться, — стал давать заднюю Титов и пытаться найти для себя окно возможностей и торга.

— Ну, тогда я пошел? — хлопнул себя по ногам и поднялся.

Уже приблизился к двери, как меня окликнули.

— Постойте, пожалуйста! — встал Марк Павлович. — Хорошо… — говорил он так, будто я у него яйца по кусочку отрезал.

— Жаль, но стоимость снова возросла. Видите ли, у нас действует акция. Я делаю предложение, вы соглашаетесь, и мы заключаем сделку, либо цена начинает расти. Вы можете отказаться в любой момент, все добровольно… — сделал я мягенький и жутко вымогающий голосок.

— Говорите! — поджал губы Титов.

— Все, что было до этого, — оформить на бумаге прямо сейчас. В случае неперечисления средств от использования землей и бизнеса Солнцева — штраф в один миллион рублей. В случае отказа передать земли и бизнесы Солнцеву — штраф десять миллионов рублей. Уверен, что такого просто не произойдет, особенно со столь великим родом, как Титовы. Считайте все сущей формальностью. Также объявите, что Солнцевы теперь родственный вам род, — закончил объяснять повышенную стоимость своих услуг, о которых я даже не сказал.

Аристократ не дурак. Я должен решить проблемы с Вяземским, точнее, его связью с родом Титовых. Уладить вопрос со Славецкими, чтобы те продолжили оказывать услуги. Последнее не проблема, а вот с первым мне нужно идти к Трутню.

Марк Павлович — золотой человек с большой буквы — готовил документы и делал это молча, с улыбкой. Все бы такие шелковые встречались на моем пути… Через полчаса я убрал бумаги к себе в артефакт.

— Последний совет, или считайте это рекомендацией, — повернулся я у двери кабинета. — Забудьте про Марковых, будет лучше, если вас ничего не свяжет