Повелитель драконов Мистары - Торарин Гуннарссон

- Которых не существует, - проворчал старый рыцарь, но он не собирался спорить с их счастливой фортуной. - Но для нас будет великолепно, если ты воспользуешься этим.

Не все из эльфов, спешащих им навстречу, были солдатами. Некоторые были жрецами. Через мгновение появился эльф, который казался старым даже для этой долгоживущей расы, высокий, мудрый жрец с бритой головой и богато украшенной одеждой. Другие эльфы освобождали ему путь чуть ли не боязливо. Хотя он был худ и выглядел слабым, он имел внешность эльфийского лорда и могущественного волшебника, которому было опасно отказать в чем бы то ни было, живое воплощение всех устрашающих рассказов о жрецах, которые Тельвин когда либо слышал. Несмотря на внешний вид жреца, Тельвин чувствовал, что он должен поговорить с ним, и важно, чтобы он держался свободно, без тени страха. Старый жрец приостановился, когда из радуги появился Перрантин, а за ним Коринн. Затем радуга потухла.

- Отец, ты понимаешь мою речь? - спросил Тельвин. Он сомневался, что кто-нибудь из них знает восточные языки, настолько изолированно жил этот народ.

- Я понимаю тебя, - ответил старый жрец, неясно выговария слова и с тяжелым акцентом. - Я провел некоторое время на востоке, когда был молод. А ты, случайно, не полуэльф? Я всегда думал, что полуэльфы - не более, чем легенда.

- Некоторые говорят, что я - полуэльф, - согласился Тельвин, чувствуя вызов. Он говорил медленно и просто для того, чтобы быть понятым. - Но мне говорили также, что полуэльфы - существа из легенд. Я не могу сказать, что из этого правда, потому что сам не знаю, кто я такой.

- Тогда, возможно, у тебя есть эльфийские предки?

Тельвин спрыгнул с лошади и встал рядом с эльфом. - Я не знаю точно, хотя во мне много эльфийского. Я вырос сиротой. Моя мать пришла из необитаемых гор за Вендаром, преследуемая драконами. Но она умерла, когда я родился и я рос среди чужих.

- Что означает, что легенды останутся легендами, - негромко сказал жрец, обращаясь к самому себе. - Меня зовут Пардейн, я - хранитель Дерева Жизни. Эльфы Эльфхейма поверили вам, так как только они могли призвать Путь Радуги для переброски вас сюда. Но даже и так, я должен спросить, зачем вы пожаловали.

- Мы в походе, - ответил Тельвин. - Жрецы Эльфхейма помогли нам попасть в вашу страну чтобы найти значение Пророчества.

- И какова природа этого Пророчества? - спросил явно заинтересованный Пардейн, несмотря на попытки остаться равнодушным.

- Слышали ли вы об атаках драконов в восточных землях? - спросил Тельвин. - Не так давно мы обнаружили, что я являюсь объектом Пророчества, которого боятся драконы. Жрецы помогли мне открыть,что я могу избавить мир от вражды драконов. Я приехал сюда, в Гибореанские Пределы, чтобы повстречаться с драконом-жрецом, который может рассказать мне как значение Пророчества, так и то, что я должен делать, чтобы исполнить его.

- Есть немало драконов в окрестных горах, - сказал Пардейн. - По большей части это золотые драконы, мудрые и благородные. Мой покровитель предупредил меня во сне о вашем пребытии и попросил помочь вам. Что ты знаешь о Бессмертных, парень?

Тельвин безнадежно покачал головой. - О Бессмерных я не знаю ничего, кроме того, что знают все. По какой-то причине они выбрали меня, но я даже не знаю почему. И я уверен, что не хочу этого знать.

Жрец казался недовольным, или, по меньшей мере, разочарованным. - Вот так Бессмерные скрываются от своих самых верных слуг, чтобы плести заговоры с мальчишками-бастардами, - зло пробормотал он.

Он резко повернулся, так как появился капитан Королевской Стражи. Напряжение висело в воздухе, пока капитан и старый жрец ожесточенно спорили на своем языке. Похоже было, что капитан чего-то горячо требовал, а Пардейн спокойно ему отказывал. Тельвин понял, что он и его компаньоны в большой опасности, так как ненависть эльфов к иностранцам была так велика,что могла даже вызвать неподчинение приказам своего Бессмерного. В конце концов жрец положил конец спору, произнеся какой-то жесткий приказ. Капитан был явно недоволен, но не мог больше сопротивляться.

Пардейн повернулся к Тельвину. - Сейчас вас проводят в место, где вы проведете ночь. Утром проводники проводят вас в горы. Мой собственный народ не выведет вас из наших лесов, но другие будут вас ждать.

Очевидно, что единственная вещь,которую эльфы могли сделать для своих гостей, - поместить их туда, где бы их было не видно и не слышно, а затем не обращать на них никакого внимания. Поскольку это была единственная возможность, компаньоны не собирались жаловаться. Их провели в большую комнату рядом со стойлами, вероятно запасную казарму для стражи, с грубыми койками и грязным камином. Обед им принесли прямо в комнату, и караул эльфов стоял у двери всю ночь, не смыкая глаз. Единственная разница между их нынешним пристанищем и тюрьмой, решил Тельвин, что утром их выпустят. По меньшей мере он надеялся, что выпустят.

- И ты всерьез думаешь, что этот народ твои родственники? - спросил Коринн, как только их втолкнули в казарму.

Тельвин нахмурился. - Надеюсь, что нет.

- Мне кажется, что самое лучшее, если кто-нибудь из нас полюбит кого-нибудь из местных, - заметил Сэр Джордж, разбирая свою койку. - Ну, например, если капитан отправится в лес с Сольвейг, и вернется обратно без сапог, я смогу приятно проспать всю ночь.

Тельвин настолько смутился, что ему захотелось сбежать и спрятаться где-нибудь, но, конечно, эльфы никогда не выпустили бы его за дверь. До этого момента он как-то не думал о том, какие выводы сделали все остальные из инцидента с сапогами.

- Ты хорошо себя вел с этим кислым старым эльфом сегодня, парень, сказал ему Сэр Джордж.

- Да? - с облегчением спросил Тельвин. - Я не собирался вмешиваться в вашу работу, но я почувствовал, что у меня есть преимущество перед ним.

- Два или три преимущества, я бы сказал, - ответил Сэр Джордж. - Во первых, все это дело с полуэльфом заставило его почувствовать себя не слишком уверенно. Затем, его покровитель приказал ему общаться с тобой любезно, нравится ему это или нет. И как и все старшие жрецы, чьи головы стали слишком велики для их шляп, он хочет сам стать на путь Бессмертия. Ты расслышал его скрежет о том, что Бессмертные играют с тобой, но не хотят играть с ним?

- Я думаю, это то, что у него на уме, - заметил Перрантин.

- Он, вероятно, просит Илсундаль помочь ему в этом уж лет четыреста. Я лично иногда поражаюсь, почему Бессмертные просто не пошлют молнию, чтобы испепелить на месте этих старых грубиянов, разве что эти жесткие и упрямые типы полезны им в повседневных делах. Черт с ними со всеми. Когда у тебя есть какая-то особая работа, которую необходимо сделать, ты обращаешься к герою. К кому-либо более гибкому, вроде Тельвина.