Лицо врага - Ричард Фоукс

— Сигнал с промежуточной, — доложили с узла связи.

Стоун этого ждал. Он коротко переговорил с директором системы Коноем, и его корабли вышли на боевые позиции.

Следующий ход был за противником.

Два дня утомительного похода по заросшей кустарником дельте нисколько не улучшили настроения Рафа. Когда Джулиана объявила ему о своем решении вместе с Кмо выйти к равнинам, а потом отправиться на великий Сбор хос’киммов, Раф не выдержал и взорвался.

Он бушевал долго, но наконец утих, поняв, что спорить бесполезно и Джулиана уйдет, несмотря ни на что. Однако он по-прежнему злился, и эта злость выплескивалась наружу всякий раз, когда с’киммы пытались замести следы.

— Если ты хочешь идти туда, где нас скорее всего схватят, зачем тратить на это время? — ворчал Раф.

Не отвечая, Джулиана опустилась на сухой камень и скинула с ног промокшую обувь. Порывшись в аварийном комплекте, прихваченном из самолета, Джулиана нашла коробку гигроскопичного порошка и щедро насыпала его в каждый ботинок.

Потоптавшись на месте, Раф обиженно уселся на другой камень и тоже занялся обувью. Пока с’киммы занимались следами, Джулиана смотрела туда, где на горизонте маячило красноватое пятно — Текланандахотей, или Горы Теклананды.

Джулиане не терпелось добраться туда. Она не сомневалась, что Курт наверняка постарается попасть на Сбор — это же уникальная возможность изучить обычаи аборигенов, и он ее не упустит, невзирая на любую опасность. Впрочем, сама Джулиана больше думала не о социоксенологии, а о том, что встретит там Курта. Она предупредит его о том, что Лига ведет за ним охоту, а потом они вместе скроются в какой-нибудь глуши.

Однако сначала надо было добраться до Текланандахотея.

Джулиана заметила, что Кмо и ее соплеменники машут ей от длинной отмели, расположенной немного ниже по течению. Натянув ботинки, она встала и, позвав Рафа, направилась к своим спутникам.

«Еще немного, — твердила она себе. — Уже скоро».

«Ягуар» пришел вместе с остальными кораблями альфа-эскадрильи Флота 32, но в отличие от них не уменьшал скорости и не изменял курса, а продолжал стремительно продвигаться внутрь системы. Промежуточная станция запросов не посылала; да там и не догадывались о его присутствии: «Ягуар» представлял собой корабль класса «призрак», и в режиме полной секретности обнаружить его было практически невозможно. Выделить из общего фона эмиссию «Ягуара» мог лишь самый внимательный и опытный эксперт, и то при условии, что ему повезет. На станции таких специалистов явно не было.

Капитан «Ягуара», Лаура Перри, спросила:

— Идем к Чугену IV, майор?

— На максимальной скорости и разумеется, с соблюдением полной секретности.

— Будет сделано, — ответила она и, в голосе ее проскользнуло едва уловимое раздражение.

Перри знала свое дело, но ей не нравилось, что ею командует пехотинец. Если бы Андерс получил постоянное назначение на «Ягуар», ему пришлось бы принимать меры. Но он находился на борту корабля только на время задания, поэтому Перри позволяла себе проявлять некоторое недовольство, а он оставлял это без внимания.

Тайное проникновение «призрака» в космическое пространство другой звездной нации являлось нарушением Центаврского Соглашения и могло послужить поводом для военного конфликта. В системе Чуген МЛЗ и без того оказалась вовлечена в сомнительные дела, и Андерс, не желая усложнять положение, предпочитал лишний раз подстраховаться. Он знал, что Перри за это его презирает, но готов был смириться с ее презрением. Не всякий астронавт способен понимать его так, как Джейсон Метцлер.

Интересно, что он сказал бы по поводу этого задания? Наверняка что-нибудь язвительное. «Любопытно, — как бы услышал Андерс голос Метцлера. — Должно быть, в предыдущей жизни ты немало грешил, раз тебе выпала такая карма».

Неужели все это расплата за грехи?

Десять лет назад Сиборг командовал группой, получившей задание забрать с планеты одного своенравного социоксенолога, а командующий Стоун прикрывал их сверху. Теперь, на Чугене IV, Элликота выслеживал Эрш, а Сиборг обеспечивал ему прикрытие. Случайное совпадение, судьба или божий промысел? Или, как любили выражаться последователи Алсиона, некая упорядоченность, возникающая из хаоса? Так или иначе, Андерсу было не по себе.

Впрочем, эриданцу не к лицу копаться в таких вещах. Майор взглянул на карту системы. Вскоре начнут прибывать беженцы с промежуточной станции. В связи с этим возникала опасность, что корабль обнаружат. Надо придумать способ уменьшить эту опасность.

Куртэлликоту принесли горячую жидкую кашу, посыпанную нежными белыми наростами с деревьев и черными крупинками — наверняка мелкими насекомыми и личинками. Когда он поел, отмахнувшись от слабых протестов внутреннего голоса, к нему подошел Жент’ах-рхулл.

— Тебе лучше, Дайша-ло дарамак?

Куртэлликот уже пришел к выводу, что слово «дарамак» означает нечто вроде кровного брата, а почтительность, с которой провидец произносил слово «Дайша», предполагала, что он упоминает какого-то могущественного духа. Куртэлликот чувствовал себя не очень хорошо, однако достаточно сносно, чтобы отвечать на вопросы.

— Я не связан с богами.

Провидец издал лающий смех.

— Никто этого и не говорил. Но ты Звездный Путешественник, а Звездный Путешественник — в родстве с Дайшей. Может быть, грортайо, но все равно он родственник.

— Я не понимаю Дайшу.

— А кто понимает? Даже те, кому дозволено узнать тайну его имени, понять его не дано. Мы, провидцы, помним больше, чем другие, но и мы многое позабыли. Однако ты прошел верным путем верный путь, и теперь ты один из нас. Ты должен узнать то, что знаем мы.

«Не сказал ли он только что, будто я тоже провидец?» — с испугом спросил Куртэлликот самого себя.

— Знай же, что Дайша — бог, — заявил Жент’ах-рхулл. — Давным-давно наши предки были избраны им. Дайша поднял нас наверх и сделал хос’киммами. Нас поставили наравне с народом Дайши и перенесли через звездный океан. Дайша дал нам место здесь и наделил властью над своей Текланандой. Это была великая честь. К нашему большому стыду, мы оказались ее недостойны. Мы подвели Дайшу. Мы не справились с его Текланандой, и Дайша отвернулся от нас. Но мудрость Дайши не имеет границ, и мы надеемся обрести прощение. С самых первых дней нашего грехопадения отец говорил щенку: когда мы искупим грехи и снова станем достойными, Дайша вернется и вновь приблизит нас к себе. Такова история, которую через века провидец передавал провидцу. Некоторые говорят, что время пришло, что Дайша явился и уже наблюдает за нами с небес. Одни уверены, что он явился, чтобы судить нас и наказать, другие — чтобы простить. Ты замолвишь за нас словечко, Звездный Путешественник?