«Если», 2002 № 10 - Роберт Хейсти

Не без помощи фантастики, которая уже сегодня, поняв и поверив, могла бы объяснить читателю, где и как ему предстоит жить. □

ЭКСПЕРТИЗА ТЕМЫ

1. Существует мнение, что «твердая» НФ сдала свои позиции в связи с утратой интереса к науке. Так ли это на ваш взгляд?

2. Какие научные идеи могут быть востребованы в современной НФ?

3. Что главное в НФ — идеи, прогностика или характеры?

Владимир МАЛОВ:

1. Мне кажется, интерес к науке в значительной степени утрачен не обществом, а государством и, как следствие, журналистикой и прозой. В свое время мне довелось поработать в отделе науки «Комсомольской правды», выпускать знаменитую еженедельную полосу «Клуб любознательных». Заверяю, материалы с «передовой» науки и техники, репортажи из лабораторий, беседы с учеными пользовались у читателей огромной популярностью. Тот же «Клуб любознательных» и сейчас иногда появляется в «Комсомолке», но повествует об астрологии, ясновидении, летающих тарелках и тому подобных материях.

Правда, отдельные попытки увлекательно рассказывать о науке делаются и сегодня. Пример тому — появившийся не так давно журнал «Paradox». А из старой гвардии старается не сдавать своих позиций, например, журнал «Юный техник», рассчитанный на самого восприимчивого — юного читателя.

В прозе интерес к научной фантастике ничуть не ослабевает, а вот к «твердой» НФ он действительно упал — по вышеизложенным причинам.

2. Лично я сторонник «полутвердой» НФ. Иными словами, любое фантастическое допущение в произведении, на мой взгляд, должно быть для впечатления достоверности оправдано наукообразным правдоподобием. Пусть и имеющим к настоящей науке достаточно отдаленное отношение. В «полутвердой» фантастике сугубо научных идей не столь много, они служат антуражем, фоном или первотолчком сюжета. Т. е. они не самодостаточны.

3. Идеи (но, разумеется, не научные, а социальные, дидактические и т. д.) и достоверные характеры.

Александр ГРОМОВ:

1. Что правда, то правда: давно уже нет интереса к чисто популяризаторской НФ, которой нередко оборачивается НФ «твердая». В самом деле, можно ли сегодня писать а-ля Обручев или Жюль Верн? Современный читатель ждет иного: интриг, характеров и их столкновений, интересного сюжета, необычного антуража и так далее, словом, всего того, что отличает интересную книгу от скучной. Кто алчет научных истин, тот не должен бояться учебников или хотя бы многочисленных сейчас научно-популярных книг. Научная идея может украсить произведение, а может и не украсить — как получится. Но даже при самом гармоничном слиянии «в одном флаконе» атрибутов науки и литературы следует помнить: в НФ чаще всего нет науки — есть наукообразие. В конце концов, почти любой автор с чрезвычайной легкостью начнет излагать что-то прямо противоречащее азам науки, если поймет, что это необходимо ему для сюжета. Ярчайший пример такого рода — Майкл Крайтон. Чем не научный фантаст?

На мой взгляд, нет спада интереса к НФ — есть дефицит писателей, работающих в этом жанре, и есть дефицит хороших НФ-книг. В литературе так случается сплошь и рядом: спрос имеется — предложение запаздывает. Не страшно, подождем еще.

2. Лучшие «научные» идеи для НФ — целиком выдуманные автором! Или те, что реально существуют, но еще не разжеваны, переварены и извергнуты средствами массовой информации. Тут я сужу, конечно, по себе и никому не указ, но писать, например, о клонировании людей мне было бы не интересно.

3. Прогностику из этого ряда можно сразу с позором вывести за ушко — фантастика благоразумно не занимается этим безнадежным делом. Если уж прогнозы футурологов имеют обыкновение сбываться с вероятностью крупного выигрыша в лотерею, то почему же фантасты должны угадывать точнее? У них совершенно иная задача: создавать художественные произведения, как правило, будоражащие воображение. Вся прогностика в НФ лишь стартер для работы ума, не более. Думайте, возражайте, спорьте с автором! И приготовьтесь к тому, что реальное будущее окажется совершенно не похожим на то, что вы (об авторе уже и не говорю) о нем думали. Если данное обстоятельство для вас невыносимо, тогда обратитесь за совершенно «точными» ответами… ну к Павлу Глобе, что ли.

Дальше становится совсем интересно: что важнее — идеи или характеры? Гм… Что важнее для человека — глаз или рука? Правая нога или левая? Что не жалко потерять? Кому как, а мне такая дилемма не по вкусу. По сути, она есть не что иное, как камень с надписью: «Налево пойдешь — в чистый мэйнстрим свалишься, направо пойдешь — вообще из литературы выбредешь». А не лучше ли перешагнуть такой камень да и пойти себе прямо?

Христо ПОШТАКОВ (Болгария):

1. Да, в Восточной Европе тиражи научных и научно-популярных журналов заметно снизились. То же самое произошло и с изданием «твердой» НФ. Но не думаю, что это связано с падением интереса к науке — он всегда был и будет. Просто сегодня полезную информацию мы чаще черпаем не из бумажной продукции, а из иных источников — интернета, телевидения, etc. Увы, придется признать, что в этом вопросе нам пока далеко до Запада. Там число телевизионных каналов и передач, посвященных различным областям науки и техники, с каждым годом увеличивается, мировую популярность завоевали такие из них, как «Discovery Chanel», «Animal Planet»/«National Geografic». Но при стремительном развитии интернет- и телетехнологий отнюдь не уменьшается количество и традиционных, бумажных, периодических изданий научного и научно-популярного толка. Как переводчику англо-американской НФ мне приходится следить за состоянием дел жанра за рубежом. И с уверенностью могу утверждать, что тоже самое происходит и с «твердой» НФ. Именно «твердая», техногенная НФ сегодня особенно популярна на Западе. Сегодня, когда технологии эволюционируют не по дням, а по часам, люди хотят знать, что нас ждет завтра. Поэтому я искренне надеюсь: и в наших странах «научная ситуация» скоро вернется в нормальное русло.

2. Затрудняюсь ответить. Новые научные идеи рождаются практически ежечасно — во всех областях знания. Задача НФ — перевести их на язык, доступный и интересный широким массам. Сегодня, как мне кажется, просветительская, популяризаторская функция НФ ничуть не менее актуальна, чем сто лет назад.

3. На мой взгляд, хороший НФ-роман должен объединять все три составляющие — оригинальность научной идеи, прогностику и убедительность характеров. Ведь НФ тем и отличается от остальной литературы, что исследует человека в условиях стремительно меняющегося мира — мира высоких технологий. Современный человек уже живет в этом мире, но не всегда осознает его техногенную усложненность. Вот НФ и должна помочь ему адаптироваться в видоизменяющемся пространстве. Так что не одними выпуклыми характерами должна быть богата нынешняя НФ, но и не менее «выпуклой» просветительской научностью и экстраполяционным даром. □