Принцесса звёздного престола - Юрий Иванович

- Мы все, к выходу, туда, где машина. Удастся взять целой - хорошо! Возьмём кого-то живым - вообще прекрасно! Но! Никто из них не должен уйти! - хоть я и посто-янно перехватывал командование у Гарольда, но тот вы-глядел вполне довольным. - Ро-берт, бери парализатор. Коси под кого хо-чешь, но водилу выруби. Остальных: не цацкаться, валите сразу. Вперёд!

Спустившись в шахту, пробежали пару узких сырах подвалов, поднялись по не-скольким пролётам, нырнули в какой-то лаз и, наконец, выбрались че-рез проём бывшего камина в большую залу. Она была без единой целой двери и окон, потолка и, даже, крыши. Вместо крыши, на десятиметровой высоте, чудом держались перекрученные железные балки, готовые рухнуть в любой момент.

Армата первым выглянул из углового окна и сообщил:

- Никого! Ну, кроме тех, что обычно.

- Где их машина? - я тоже выглянул, обозрев улицу, заваленную по обо-чинам са-мым разнообразнейшим и немыслимым металлоломом и полуист-левшими спальными мо-дулями. Между ними бродили, сидели или ещё чем угодно занимались люди самых раз-ных форм и норм поведения, в самых ди-ких и несусветных одеждах.

- За тем углом, - Гарри показал взглядом на ближайший остов какого-то древнего завода.

- Далеко с другой стороны?

- Пока мы дойдём с этой, Роберт будет уже там. Он всегда у нас бегает, как маль-чик на посылках. На него никто не обратит внимания. Давай, в темпе!

Роберт тут же, полусогнувшись, пробежал между хламом и обломками, валяющи-мися на полу, и скрылся в проёме с другой стороны.

- Пошли? - я спрашивал у Гарольда, так как не знал местности.

- Через соседнюю комнату! - скомандовал тот. - И дай мне руку! - заме-тив моё не-доумение, подковырнул: - Ты что, забыл о своём кретинизме? Опять память потерял?

"Интересно, - подумал я, - Долго ли он будет надо мной издеваться? Хотя…, по-следние полтора года…, совсем не могу поверить! Чувствую: на-слушаюсь я ещё от них леденящих душу историй о моей.., м-м…, болезни. Надеюсь, время для этого будет. А ведь они ещё и приврут, смеха ради!"

Мы шли по улице, проезжая часть которой была сделана из "вечного ас-фальта". Сейчас им уже давно не пользуются из-за слишком огромной стой-кости к внешним фак-торам, а вот раньше! Мода не "Загальское чудо" была фантастическая: ведь производители (раса людей-карликов из системы За-галь) давали гарантию ни много, ни мало - на пять тысяч лет! Это уже как-то потом выяснилось, что обратное превращение асфальта в пу-шистую стружку специальным и опасным облучением обходится в миллион раз дороже, чем его производство и укладка. А ведь транспортные артерии меняются до-вольно-таки часто. Асфальт, правда, легко разрушался и в открытом космосе, но от этого было не легче. Я вспомнил как "убирали" подобные улицы при необходимости. Двух, а то и четы-рёхкилометровые участки отрезали друг от друга, поднимали гигантскими дирижаблями и топили в отведённых для этого, самых глубоких участках океанов. И там "Загальский ас-фальт" будет мокнуть ещё не одно тысячелетие (если не один десяток).

А здесь, подобная стойкость, не была излишней. Видно было, что вся жизнь мест-ных обитателей вращается возле подобных "стержней" прочного и неизменного. И если бы не проносящиеся изредка огромнейшие грузовики, то, вероятно, даже всю проезжую часть давно бы заставили жилищными мо-дулями (кто же хочет жить в зданиях готовых в любой момент рухнуть в лю-бую секунду?), коробками, домиками и различными торго-выми и стряп-чими точками.

Гарольд иногда здоровался с кем-то, а я косил глазами, припадая на обе ноги и "давал" себя тащить за руку. Армата сразу же ушёл вперёд и я его уже не видел. Ну а нам, видимо, не приличествовала излишняя поспешность.

- Ты чего идёшь как гусь лапчатый?! - зашипел Гарольд обернувшись. - Иди, про-сто ссутулившись и подмыкивай негромко под нос! Ты же так раньше не ходил!

- М-мордашка м-милая м-моя! - замычал я в ответ, распрямляя ноги и ссутуливая плечи. - Тебе не угодишь!

Мы свернули на заброшенную улочку, ведущую к громадине полуобва-лившегося завода. Здесь уже никто не жил, по крайней мере, на виду. Кому же была охота окончить своё существование под обломками. А если кто и жил внутри, то у них, наверняка, име-лись более опасные угрозы для бренных тел, чем падающие глыбы с арматурой. Как мы, например. Интересно, сколько мы прожили в этом подвале? И все это время я ел эту ядо-витую ка-шицу? Ужас, какой!

Дойдя до угла, стали аккуратно из-за него выглядывать. Машина у них действи-тельно была внушительная. А если она и вправду летела! Только бы захватить её не по-вредив! В противоположном конце улицы послышались резкие выкрики продавца водой. Этого свидетеля нам только не хватало! А тут ещё, обгоняя нас, спешащей походкой просеменил какой-то местный, в длинном ха-лате, островерхой шляпе и с огромной корзиной за плечами. Кор-зину он нёс с помощью ремня одетого на лоб. И только по острому, мельк-нувшему в про-филь носу я, с облегчением, узнал его: Армата! Он уже почти поравнялся с машиной, когда на противоположном тротуаре показался бегу-щий к "боль-шой" дороге разносчик, скорей по привычке, продолжающий расхваливать холодные напитки.

- Ей! - крикнул Армата, призывно махая рукой.

Разносчик, теперь я уже прекрасно рассмотрел Роберта, подбежал, поста-вил за-плечный бак с бутылками и баночками рядом и, обмахивая шляпой разгорячённое лицо, стал ждать, пока заказчик не даст деньги. А тот всем своим видом напоминал прижимистого и скупого кре-стьянина, который если и расстаётся с деньгами, то чуть ли не целуя каждую монетку. Медленно достал завязанный в узел платок, медленно отсчитал нужную сумму. Одну мо-нетку даже поднял вверх, как бы просвечивая её в луче заходящего солнца - не фальшивая ли. Разнос-чика это нервировало, видно было, что он торопится. Он то нахлобучивал свою шляпу на голову, то снова срывал и начинал яростно обмахиваться как веером. По нашим кодовым сигналам это означало: машина не просматрива-ется внутри, непрозрачные стёкла. А это было чревато при применении пара-лизатора. Стекло могло быть с отражаю-щим слоем, а если и нет, то могло ощу-тимо снизить поражающий эффект при стрельбе.

И тут в здании глухо зацокали разрывные пули. Дверь машины неожи-данно откры-лась и из неё выскочил юнец очень внушительного вида и, пре-зрительно гаркнув:

- Пошли вон отсюда, крысы! - сделал шаг вверх по полуразрушенным ступенькам. Это был его последний шаг в жизни: Армата раскроил его глу-пый череп увесистым тро-фейным кинжалом. А секундой раньше Роберт за-действовал парализатор, направив его в проем закрывающейся дверцы. Ма-шина резко дернулась, потом клюнула носом, дергаясь, проехала метров де-сять задним ходом, забрала вправо и, с ускорением, грохнулась в оди-ноко стоящую стену. И, вроде как, замерла. Зато стала раскачиваться стена, заша-тавшись как живая. Мы обмерли, наблюдая, куда она рухнет. И она обвали-лась, к счастью, в про-тивоположную от машины сторону.