В изгибе развития - Николай Советов

Карандаш Литы забегал по бумаге, и Ник Лов увидел, что всех в эту минуту, как ни странно, не столько интересует смысл текста, сколько процесс его записи, который они все считали божественным даром. Тид смотрел с завистью и восхищением. Остальные с любопытством.

— «… наследственное различие в цвете одежды я образе жизни отменяется!» — прочитала Лита. — Дальше?

— «Создан революционный комитет, во главе которого стоит…» — Ник Лов сделал паузу и обвёл глазами присутствующих. — Начнём вводить демократические нормы поведения сразу. Кого мы изберём и поставим во главе революционного комитета?

— Здесь не может быть вопросов, — сказал Тид. И продиктовал Лите продолжение:

— «… во главе которого стоит Ник Лов, человек, пришедший из прошлого для того, чтобы изменить вашу жизнь».

— Отдаёт немного мистикой и волшебством, — покачала головой Лита. — Людям будет непонятно.

— Ничего, — ответил Тид. — Надо же объяснить, откуда он взялся.

— Чем непонятнее, тем больше почтения, — добавил Кос. — Уж поверьте мне, я знаю.

Ник Лов продолжил воззвание:

— «Больше не придется тяжело работать. Энергии, пищи и одежды будет много, каждому по потребности. Власть стражников, палочные наказания и тюрьмы отменяются! Космиты сами будут выбирать себе начальников.

Да здравствует свобода, равенство, братство!»

Ник Лов попросил Литу снова прочитать воззвание. Кос Чип хотел что-то сказать, но передумал. Сол же задумчиво произнёс:

— Если бы я был внизу, то, услышав это воззвание, не понял, что же мне теперь надо делать?

— К сожалению, сначала всё делать придется нам. Вы будете учиться сами и учить других, — настойчиво подчеркнул Ник Лов, обращаясь ко всем присутствующим. — Это займёт немало времени. Но в этом будет состоять наша жизнь, и она будет неизмеримо полней и богаче той, которую вы все вели здесь до этого.

— Когда ты собираешься обнародовать воззвание? — спросил Кос Чип.

— Нужно ещё выполнить ряд работ, — ответил Ник Лов. — Установить громкоговорители, вывести энергетические жилы и подключить их основным потребителям. Им, в первую очередь, будет завод по производству пищевого белка. Сразу же после переворота необходимо будет восстановить кухни, найти и реставрировать кухонные автоматы, которые скорее всего просто заброшены.

— В хранилище есть целые склады непонятных машин, — сказал Тид.

— Стало быть, придётся повозиться с их восстановлением.

— Кто же это будет делать? — опять спросил Тид, обращаясь к Ник Лову. — Вряд ли кто-нибудь из нас может оказать помощь в этом.

— Да, начинать придётся мне и Лите. А потом подключим к работе восстановленные автоматы.

— Сколько же времени займут перечисленные тобой дела? — Кос Чип в каждом вопросе добивался конкретности.

— Самое необходимое можно будет сделать за несколько дней. Но большинство работ нужно проводить не здесь, в шлюзах, а там внутри звездолёта. А для этого нужно свергнуть Вайна и взять власть в свои руки. И лишь тогда можно будет перейти к полному восстановлению всего, что было. — Ник Лов немного помедлил. — Но мы всех обучим, и работников станет много. И я уже говорил, что на это уйдут годы.

— Есть страшная угроза. Правители всегда грозили ею шлюзовикам. — начал Кос, но Ник Лов перебил его:

— Я уже не в первый раз слышу об этой угрозе. Поверь мне, она теперь не страшна. Но то, как поведёт себя Вайн, определит и наше к нему отношение. Пока я хотел бы рассматривать его как четвёртого грамотного человека на звездолёте.

Кос Чип скептически улыбнулся, а Тид спросил:

— Неужели мои зачатки грамотности ты принимаешь всерьёз, считая меня третьим?

— Конечно. А после нескольких сеансов гипнопедии ты станешь по-настоящему грамотным. Жалко лишь, что ММ имеет только одну кабину для гипнопедических инъекций. Поэтому сначала будем обучать вас, чтобы вы потом учили космитов обычным способом.

— Как ты думаешь, Ник Лов? Удастся тебе восстановить и запустить в работу Большой Мозг? — спросила Лита.

— Я очень на это надеюсь. Без него наш корабль останется грудой металла. И уж во всяком случае, не сможет сдвинуться с орбиты, по которой вертится сейчас. Но это длинная и трудная работа. На годы вперёд.

— Распределяй обязанности, Ник Лов. Мы хотим работать, — сказал Сол.

— Хорошо. Но перед началом работы я хотел бы, друзья, показать всем вам одно. зрелище.

— Зрелище? — удивился Дин. — У нас внизу бывали зрелища. Например, ежегодный объезд Божественным Вайном кольца этажа.

— Если бы вы знали, сколько забот оно мне приносило, — вздохнул Ком Чип.

— Нет, друзья. Я подарю вам самое величественное зрелище из всех, какие когда-либо видел сам и какое сможете увидеть вы.

— О чём ты, Ник? — присоединилась к вопросам Лита.

— Через час я всех вас выведу в космос!

— Куда, куда? — послышался нестройны хор голосов.

— Лита! Я сейчас пойду подготовлю семь скафандров. А к тебе у меня просьба: прочти им краткую лекцию о мироздании. Пусть они поначалу не поймут или не поверят. Когда увидят собственными глазами, неверие пройдёт.

Ник Лов прошёл в скафандровую, подзарядил и проверил ещё пять скафандров. Ему сегодня предстояло приобщить к великому знанию шестерых неофитов, каждый из которых, включая Литу, встретится с Космосом первый раз. Конечно, Лита — исключение из всех шестерых, она образована и всё видела в цветных и объёмных изображениях. А некоторые его новые друзья, возможно, даже не побывали под перископическим окном, пропускающим внутрь звездолёта свет Солнеры.

Когда Ник Лов вернулся, он увидел Литу, объясняющую по схеме принцип обращения звездолёта по эллиптической орбите вокруг Солнеры. По изумлённым лицам друзей, не решившихся задать Лите ни одного вопроса. Ник Лов понял, сколь трудно принять им на веру, что та твердь, по которой они ходят, всего лишь песчинка, носящаяся в бездонном океане вокруг светила.

— Пойдёмте, друзья. Вы всё это сейчас увидите.

— Я никуда не пойду, — замотал голой Им. — Я боюсь. — Выражение лица его стало испуганным и отчуждённым. Так и казалось, что он стремится сбросить, оттолкнуть от себя это обременительное знание, как будто его можно просто сбросить с себя, подобно надоевшей одежде.

«Снова психологическая дилемма: либо заставить, ибо очень часто люди не приемлют знаний, либо не трогать его сейчас, дать ему прийти в себя? — думал Ник Лов. — Перегружать неразвитый мозг тоже нельзя».

— Хорошо, Им. Оставайся, — решил он. — Через час мы вернёмся, и твои друзья расскажут тебе, что они увидели.