Штурм бездны: Море - Дмитрий Валентинович Янковский

Я рассказал всем, что услышал от главаря, после чего девчонки быстро приготовили ужин из возвращенных припасов и отличной копченой рыбы. Не хотелось устанавливать дежурство, но и боевые профили использовать Чучундра не разрешил, поэтому мы решили без затей закончить разгрузку, освободить жилой отсек и переночевать в нем, под защитой брони. А что бы ничего из лагеря не растащили, я задействовал тот же профиль «пальцем в небо», который и чужаков отпугнет, и нас разбудит с гарантией, если к амфибии кто-то приблизится на триста метров.

Глава 22. «ЗЛЕЙШИЙ ВРАГ»

Ночь прошла спокойно. Мой самодельный профиль ни разу не активировался, мы выспались на отдельных койках, а поутру проснулись полными решимости и сил. Это было важно, потому что нам предстояла разгрузка почти двадцати тонн груза. К счастью, Вершинский догадался упаковать в один из контейнеров два тяжелых погрузочных экзоскелета, но пока мы их не нашли, роль вилочного погрузчика с успехом выполняла Ксюша. Благодаря ей мы, взяв автономную бомбовую установку за четыре угла, легко переносили ее куда угодно, хотя направляющие с платформой больше пятисот килограммов весили. А когда запустили погрузочные экзоскелеты, дело пошло еще лучше. В них облачились Чучундра и Чернуха, как самые хилые, им помогала Ксюша, без экзоскелета, но с той же эффективностью, а мы с Бодрым занимались переноской мелкого груза – таскали ящики с картриджами, кассеты с боекомплектом, автономные автоматы заряжания для бомбовых установок.

К обеду мы расставили на земле четыре реактивных бомбовых установки с автономными автоматами заряжания, две многоцелевых автономных ракетных установки с возможностью вести заградительный зенитный огонь, две автономных пулеметных платформы, контроллеры которых были оснащены профилями ведения огня не только по наземным, но и по воздушным целям. Боеприпасов Вершинский прислал нам горы, пришлось сформировать арсенал в бывшей палатке связи, так как радиокомплекс полностью вышел из строя благодаря нападению дикарей.

Кроме оружия мы получили удобный прицеп для «Мымры» и два одноместных гравилета открытого типа, похожих на древние мотоциклы, только летающие. Вооружены они были глубинными бомбами и спаренными пулеметами.

Вряд ли это предназначалось лишь для нас, этого на полноценную береговую базу бы хватило, но никаких инструкций Вершинский по этому поводу не прислал.

«К самостоятельности приучает», – не без раздражения подумал я.

Ко всеобщему воодушевлению прислали нам и продуктов. Не только консервов, но и хлеба в вакуумных упаковках, копченой свинины в азотных картриджах, суповых концентратов, свежих овощей на неделю, химический холодильник к ним, солнечные батареи, два ветрогенератора, домашний кинотеатр за каким-то лешим, и особый подарок Ксюше.

Лично меня подарок шокировал. В шкатулке с надписью, адресованной Ксюше, находился наруч из титанового сплава, с хитрым штыревым запором, способный выдержать колоссальные нагрузки. На приложенном листе писчего пластика была выгравирована инструкция по использованию этого гаджета. В общем-то, с первых строк стало понятно, что это ни что иное, как автоматический внешний инъектор для подачи микродозы реликта в кровь Ксюши.

На самом деле, еще месяца три назад, я подумывал о создании чего-то такого, и поделился задумкой с Вершинским. Но тогда задача показалась мне неразрешимой, так как, пока у Ксюши не кончился очередной период, проткнуть ее кожу ничем невозможно, а значит, невозможно ввести реликт. А когда период заканчивался, Ксюша умирала, и уже не могла ничем управлять. Честно говоря, пытаясь найти решение, я не его искал, а лишь пытался убедить себя и Ксюшу в собственной незаменимости, дескать, мы связаны с тобой навеки, до тех пор, пока смерть будет разлучать нас в конце каждого периода.

А тут бац, и посылочка от Вершинского. Внутри наруча было гнездо, в точности под размер расчески, а так же инъектор и усилитель биотоков, как на портативных кардиографах. Принцип действия был прост, судя по инструкции. Наруч надлежало застегнуть на левой руке, уложив в гнездо расческу из реликта. Судя по данным испытаний, он легко выдерживал взрыв торпеды в непосредственной близости. А значит, и в глубине с ним ничего не случится. Как только у Ксюши кончится период и остановится сердце, усилитель биотоков это моментально отследит и подаст команду игле, которая, пользуясь тем, что кожа утратила непробиваемость, пробьет плоть. Тут же открывается специальная мембрана, позволяющая реликту попасть в кровь, а после прохождения через оптический датчик минимальной дозы вещества, мембрана закрывается, прекращая подачу. И все, вот вам новый период. Хоть на земле, хоть в глубине, хоть где.

Честно говоря, у меня кошки на душе скребли, когда я, делая вид, что все нормально, отдал расческу Ксюше.

– Теперь тебе не придется раз в неделю держать на коленях мой труп, – сообщила Ксюша.

Судя по тону, она думала меня этим сообщением обрадовать. И месяца три назад, наверное, даже обрадовала бы. Но сейчас мне стало не по себе. Я не сдержался и ответил:

– Ну вот, теперь меня заменит автомат.

Ксюша застегнула замок наруча, прижалась ко мне и прошептала в ухо:

– Не во всем.

Нельзя сказать, что у меня отлегло от сердца, но стало получше.

– Ты мне покажи, как это штуку снимать, если что, – пробурчал я. – Если автомат облажается, мне надо будет достать расческу.

Ксюша лизнула меня за ухом и показала, как вынимается штырь из замка. Я растаял. В последние пару недель она становилась все жестче и холоднее с каждым днем, все меньше утруждала себя человеческими проявлениями. Но после вчерашнего послеобеденного отдыха ее словно подменили. Надолго ли ее хватит, я не знал.

Зато у меня возникло другое подозрение, насчет Вершинского. И не подозрение даже, а скорее убежденность, что истинное назначение его подарка Ксюше не в помощи ей, а в ограничении для меня доступа к расческе. Он не был уверен, что все мы тут не накачиваемся реликтом от ужаса необходимости уходить в глубину, где живет смерть. Он попросту решил запереть расческу под благовидным предлогом, и титановый наруч это не столько инъектор, сколько сейф. Но я не стал никому говорить об этом.

От души пообедав, мы провели военный совет, на предмет планирования дальнейших действий. Чучундра поручил Бодрому тщательно осмотреть поврежденные модули станции дальней связи. Передние панели были изрублены, индикаторы выведены из строя, ручки отбиты, и ясно было, что в обычном режиме станцию не запустить. Но у Чучундры возникла продуктивная, на мой взгляд, идея, что до электронной начинки блоков дикарям добраться не удалось, и ее можно как-то использовать. Может быть, запитать сами блоки, может срастить со средствами связи «Мымры».

– Что будем делать, если связь не запустим? – напрямую спросил Чучундра. – По сути, есть два варианта. Можно бросить все и пилить обратно на базу. Благо, Хай прислал водородные ячейки, и топлива нам хватит. Второй вариант, остаться и ждать, когда, не сумев с нами связаться, он кого-то пришлет сюда.

– Еще можно убивать тварей, – добавила Ксюша. – Платформа как росла на шельфе, так и растет.

– Это самое продуктивное, – поддержал я ее. – Потому что если катить обратно, нам придется бросить слишком много добра и вооружения. Мы же не попрем это на телеге. Но просто ждать скучно.

– Верно, – согласилась Чернуха. – Не знаю, как у вас, а у меня после недавнего погружения, когда биотехи нас потрепали, страха перед ними вообще не осталось. Если мы почти с голыми задницами так глубоко вошли в систему боевого охранения, то имея четыре бомбовых установки и автоматические зенитные комплексы, мы загасим ее даже без Ксюши.

– Ну, да, – согласился я. – Мы поняли, чего нам не хватало для победы. Сообщили Хаю, он нам выслал с избытком. Я считаю, мы вполне можем загасить тварь.

– Нам не хватало смелости, – неожиданно заявила Ксюша. – Не только нам, всему человечеству. Злейший враг людей – страх. Именно он не дает двигаться вперед. Страх перемен, страх неизвестности. Даже не о страхе смерти речь. Человечество столкнулось с тем, с чем никогда до этого не сталкивалось. С биотехами. И оно опешило. Так бывало, когда на Земле возникали новые вирусы. Еще никто не знает, опасен вирус или нет, сколько людей заразится,