Инопланетянка (или: No Fate) - Анри Бертьен

– Да ничем… Он тогда подробно так поговорил со мной… До утра говорили… А Том,- она улыбнулась,- оказывается, всё это время сидел в соседней комнате – не спал, страдал.

– Ну, и как?

– Да вроде успокоилась. Хотя это всё и не угасло до конца, конечно… А сегодня появился ты – какой-то не такой, как раньше… И – снова головка закружилась… Я становлюсь ветреной – странно, с чего бы это… Раньше со мной такого не бывало… Томми меня год почти обхаживал, пока я решилась… Сегодня я решилась за десять минут… Как-то даже не по себе…- Она помолчала.- Мне жаль Томми – он не может относиться к этому спокойно… Но я не могу остановиться – мне хочется, чтобы голова так же кружилась и дальше, и, самое смешное – я хочу, чтобы это всё происходило у него на глазах…

– Мстительность?- Улыбнулся я. Она яростно замотала головой:

– Нет, не мстительность… Какая-то жажда участия, что ли… Я вижу, что ему нравится, в общем-то, когда у меня вот так кружится голова. Джерри это тоже заметил. Но, в то же время – он, похоже, жутко боится меня потерять. Глупый… Ну, куда же я без него…- Вероника со вздохом положила мне голову на плечо.- Вот и сейчас – я хочу тебя – жутко, до сумасшествия. Но – так, чтобы он видел. Чтобы подошёл потом, по головке погладил… А если останутся силы – чтобы и он тоже… Сделал то же самое…

– Ты сумасшедшая…

– Я знаю… Но я ничего не могу с собой поделать…- Вероника обняла меня руками за шею, откинула голову.- Поцелуй меня…- Прошептала она.- Пожалуйста…- И я не посмел не выполнить её просьбу…

– Пойдём,- зардевшись, она отвернулась и вышла из кухни. Я, как это ни странно, даже не забыв кувшин, последовал за ней.

– Ты только не суди её строго,- вдруг обернулась она.

– Кого?- Не понял я.

– Карину… Мне слишком хорошо знакомо её состояние…

– Ради Бога…- Пожал плечами я.

– Да нет, я серьёзно. Я же видела, как у тебя аж дыхание перехватило…

– Когда?

– Когда ты её у Джерри на коленях увидел… Я, с одной стороны, приревновала немножко, а с другой… Слишком хорошо её поняла… Даже к тебе на руки – не знаю, из-за чего больше влезла: то ли от 'головокружения', то ли – чтобы ты с ней не поссорился…

– Ну, да… А Томми твой чуть не взлетел. Ещё немного – и крылышками б замахал, чтоб скорей вмешаться…

– Что делать – я же тебе говорила… Ему нравится, когда я краснею, когда теряю рассудок, когда… Ну, ты понимаешь…- потупила взор она.- Только он слишком боится, что кто-то станет для меня значить больше, чем он. Глупый… Ну, кто может для меня значить больше, чем моя первая любовь, отец моих детей, человек, с которыми я провела лучшие годы своей жизни…

– Может, будут ещё лучше,- попытался сострить я.

– Может, и будут,- улыбнулась она.- Но – пока не было. Так что – пока – лучшие. Ну, а если будут – я не хочу, чтобы они были без него.- Задумчиво закончила она.

– Линда его правильно поняла.- Улыбнулся я.- Вовремя на руки уселась, и – как…

– Они вообще всё слишком быстро и правильно понимают…- грустно сказала Вероника.- Сколько я их помню – ни разу между собой ни о чём не сцепились, даже если что-то явно не так – лёгкое недоумение, и не больше… И очень быстро всё выясняют. Так что – даже это недоумение – ненадолго… А мы… Как подумаешь, сколько времени и сил мы тратим на 'выяснение отношений' – страшно становится…- Она вдруг остановилась – так резко, что я едва не налетел на неё. Взяла мою руку, положила на грудь:

– Я тебе правда нравлюсь… Такой?

– Правда…

– Тогда не суди её строго… Она тоже сегодня… Такая… Лучше побудь немного со мной – мне будет приятно…- она, как кошка, тёрлась о меня головой,- ладно?

– Ладно…- Мы наконец вышли во двор. Там уже пылали костры, Карина танцевала в кругу под аккомпанемент кастаньет и хлопков зрителей. В бликах костра её платье ещё меньше напоминало о своём присутствии, чем при дневном свете. 'Как хороша…- подумал я.- Диво, как хороша…'. Наконец танец закончился. Судя по аплодисментам, все были довольны. Карина, тяжело дыша, подошла с пустым стаканом ко мне. Я молча налил. Она посмотрела мне в лицо сквозь стакан и протянула его мне. Я пригубил. Она начала пить, демонстративно глядя мне в глаза. Поставив недопитый стакан, обняла меня и шепнула:

– Я сегодня какая-то сумасшедшая… Совсем…

– Не только ты,- шепнул ей я.

– Да?- Изумилась она, но, взглянув на вышедшую со мной Веронику, понимающе улыбнулась:

– Наверное, сегодня вечер такой…

– Наверное,- согласился я.

– Ты не грустишь?- Встревожилась она.

– Нет,- я ласково-отрешённо взглянул на неё, не зная, какими бы словами выдать ей индульгенцию на сегодняшний вечер.- Знаешь,- наконец вымолвил я,- ты мне такой… Даже больше нравишься…

– Правда?- Недоверчиво обрадовалась она.

– Правда,- шепнул я и поцеловал её в мочку уха.- Знаешь…- Нерешительно добавил я,- никогда не думал, что мне может… вот так вот… нравиться… наблюдать за тобой… со стороны…- Она отстранилась, внимательно посмотрела на меня – видимо, пытаясь определить, шучу я, издеваюсь, или нахожусь на грани кипения либо помешательства. Не обнаружив, по-видимому, признаков чего-либо из перечисленного, она озадаченно и нерешительно улыбнулась:

– Нет, ты что – серьёзно?

– Вполне,- поспешил заверить её я.- И, знаешь,- я на секунду задумался,- если будешь ещё танцевать – сними платье, а?

– Но ведь… У меня там ничего нет…- зарделась она.

– Именно… вот поэтому и сними. Пожалуйста,- добавил я. Она смотрела на меня во все глаза, не в силах понять, что всё это может значить. Наконец какая-то догадка мелькнула в её глазах:

– Вероника?- Тихо спросила она.

– Что – 'Вероника'?- Сделал я вид, что не понял вопроса. И тут же сообразил, что я его и на самом деле не понял… Но разговору этому не суждено было закончиться – из маленького голубого ящика раздались звуки знакомой мне мелодии и Линда, танцуя, вошла в круг, медленно снимая через голову свою тунику. Вероника попробовала проделать то же самое и так же эффектно, но конструкция её одеяния не позволила ей этого. Лин быстро пришла к ней на помощь и, как бы танцуя руками по её телу, буквально за несколько тактов заставила непослушную конструкцию соскользнуть к ногам хозяйки. Та ловко выскользнула, извиваясь, из образовавшегося на земле круга, который Томми не замедлил повесить себе на шею, словно шарф, и эффектно вошла в танец. Я уже видел этот танец, слышал эту музыку из голубого ящика… Да, конечно – на 'пирушке'… Они тогда тоже это танцевали… Но – Боже мой, насколько сейчас это смотрелось эффектнее! Блики пламени, казалось, тоже попадавшие в такт, отработанность и чёткость движений, заметно возросшее мастерство Вероники и масса более сложных элементов, появившихся теперь… Линда творила чудеса, удовлетворённо поглядывая на партнёршу: по-видимому, этому предшествовали немало изнурительных репетиций, и теперь они могли показать всю красоту и сложность танца синхронно, как, по-видимому, это и задумывалось… Временами то одна из них, то другая, выскользнув из круга, начинала творить какой-то образ перед кем-либо из мужчин. Доведя его за несколько секунд до почти гипнотического состояния, она со смехом ускользала в круг, 'под защиту огня', чтобы вскоре очередную фантазию посвятить другому мужчине. Карина смотрела на всё это широко открытыми глазами – видно было, что она просто потрясена увиденным. Примерно к половине танца это потрясение прошло и так знакомый мне озорной огонёк мелькнул у неё в глазах. Как она потом мне призналась, к этому времени она поняла основную идею танца и решила его дополнить. Не отрывая взгляда от танцующих, она просто и по-деловому сняла с себя платье, сунув его мне в руки, разулась и шагнула в круг.