Знак Змееносца - Ватутин Алексеевич

   Правда, эта прекрасная панорама была подпорчена следами войны: в гуще зелёных крон чернели выжженные воронки от взрывов. То тут, то там виднелись орудийно-заградительные комплексы, чьи многочисленные стволы смотрели в небо, а над прекрасными сияющими конусами города парили в небе боевые машины атмосферной авиации.

   На серо-голубом покрытии из поли-бетона, когда мы приземлились на космодроме, ко мне подошли люди строгих чёрных мундирах и в форменных кожаных плащах, мне, на ломаном импирио объявили, что я арестован, и дали кулаком в живот. Я пытался что-то объяснить, но меня никто не слушал. Меня уволокли в какой-то подземный коридор, где усадили в железный вагон и привезли сюда... вот собственно, и вся история... Допросы, иногда избиения... я не пойму, что они от меня хотят. Да кажется, они и сами толком не понимают: просто они пытаются мне объяснить, что я коварный и опасный враг -- я уже не имею сил что-то им доказывать и объяснять -- всё равно они не слушают. Они хотят услышать что-то своё, а я и близко не знаю, что это. Разве что, я враг всего живого, и отец всех Чёрных Дыр космоса?

   Из тех скудных данных, что мне удалось получить, эти люди называют себя Империей Первой Расы или просто расистами и борются за объединение с Великими Богами Ари. Я решил, что они тут все находятся под воздействием какого-то мощного психологического оружия, или всех поразил вирус сумасшествия. Противостоит им "старый ветхий режим" Ядро Девяти Эрзац-Королей Аттолана. Бред полный, хотя и про Девять Королей я слыхал ещё на Земле, но думал, что это красивое название, не более -- власть на Аттолане, вроде, была парламентская. По крайней мере, во время войны. Сейчас, видно, тоже шла глобальная гражданская война, только её глобальность проявлялась как-то странно -- не выли сирены, предупреждающие о авиа налётах, гула взрывов не слышно было, даже если учесть, что мы под землёй... и эти земные крейсера на орбите, и бронзовый человек... всё странно, глупо и нелепо... Хотя, мне уже наплевать -- скорее всего я не узнаю разгадок этих тайн. Да и не сильно хочется...

   Последнее время в коротких бредовых снах мне часто снится, как меня ведут на расстрел... ставят у стены... слышу тихое жужжание перезарядки магнитных винтовок... Пли!... боль и тишина... я просыпаюсь в холодном поту, а надо мной гудит сиреневый фонарь... и по влажным стенам ползают улитки, оставляя слизистые борозды...

   ГЛАВА 3

Грозовой фронт

   (сон о грядущем)

--

Айзор, ты меня слышишь, нет? Эй, Айзор...

   Звук голоса пронзила хохочущая фиолетовая вспышка, и под конец слова утонули в многослойном раскате грома...

   По комнате заметались светящиеся оранжевые пунктиры -- всколыхнулась проекция мыслей высокого белокурого человека в длинных одеждах светло-зеленого цвета. Правильные черты лица, красивые большие голубые глаза... Они напоминали два облачных водоворота за толстым стеклом Башни, в которые бесцельно упирался его взгляд. Разве что стрела носа, разделяющая его лоб на две части делало его облик более непривычным.

   В центре его зрачков светилась тонкая желтоватая точка, что было признаком глубокого раздумья. Его различные каналы мысли, стремились упорядочиться меж собой, от чего мерцающие пунктиры принимали формы неких геометрических фигур: словно ожившие интегральные схемы пульсировали, передавая сигнал замысловатым узором.

   -- Да, сестра, -- рассеянно произнёс он, -- я не ждал тебя так рано... Я -- размышляю.

   -- Извини, если отрываю тебя от столь важного занятия, но есть новости, которых мы оба ждём.

   Легкая ирония, с которой девушка произнесла эти слова, словно продолжение её появления -- пластичная точёная фигура в жёлтой тунике, будто просочилась в круглую комнату. Левая нога вперёд, правое плечо вверх, ладонь чуть наотлет... Она и просила, и требовала одновременно.

   Молодой мужчина медленно отвернулся от стеклянной стены, почти вокруг своей оси и пунктиры растворились в воздухе, который казался жидким.

   Он слегка приподнял брови.

   -- Нирманакайя уже здесь -- сосуд появился, согласно пророчеству Птаха... ты помнишь, что нужно делать?

   Девушка внимательно посмотрела на брата.

   -- Нужна Арфа Гармоний -- где она может быть, Каларати? -- Айзор почти не шевелил губами.

   Вновь за толстым слоем стекла полыхнула яркая мерцающая вспышка, и прокатился раскат свистящего грохота.

   -- Я думаю, что агенты Расов стоят за этим, -- Каларати поджала полные, красиво очерченные губы, а лицо словно порылось тонким слоем мрамора.

   -- Ты не думаешь о разладе у Титанов и Богов -- а как же Мара со своим Бараном?

   -- Нет, -- девушка опустила подбородок, -- они хотят нашей с тобой крови, а не крови этих ублюдков. От этого они не становятся лучше, но это не они... скорее всего... Оракул молчит уже неделю, и вот сегодня...

   -- Расы, так глупы... -- Айзор поморщился.

   -- Нельзя недооценивать врага: вспомни, у кого они на побегушках, -- Каларати наклонила голову вбок, -- а самое важное -- Нирманакайя. Арфа Гармоний без Знания -- пустой звук... извини за каламбур.

   -- Апрель наступает, -- медленно произнёс Айзор.

   -- Да, -- сестра опустила глаза.

   Айзор несколько раз хлопнул в ладоши: Каларати вздрогнула, покосившись на стену с мониторами контроля.

   Вошли, сгибаясь в поясе, несколько слуг с серебряными подносами, на которых высвечивались богатые яства, и сияли синим светом прозрачные кувшины с вином.

   Башня Стражей была окружена облаками, с мерцающими разрядами -- но это не были обычные облака, в которых бушевала гроза -- это был поток частиц различного диапазона -- только в состоянии экстремума. Со стороны, это были клубящиеся массы, ватной квашнёй расползающиеся друг на друга, меняя цвет, в зависимости от пронзавших их разрядов энергий.

   Помещение вновь сильно тряхнуло, под раскатистый грохот.

   Слуги поёжились и быстро удалились.

   -- Кажется, сегодня Переход не стабилен, -- произнёс Айзор, -- более глупой фразы от меня и не жди сейчас...

   -- Ладно, -- пробормотала Каларати, -- мы и так всё понимаем -- смысл слов?

   Она наклонилась к подносу и взяв изящной рукой синий бокал, сделала маленький глоток.

   Айзор подошел к монитору и громко произнёс:

   -- Дежурный! Это Айзор!

   -- Слушаю, Айзор Великий, -- ответил, сквозь потрескивания не молодой голос.

   -- Вы? Январь Патефонович?

   -- Ждал Ваш вызов -- сквозь помехи ответил тот, -- тут нестабильность поля... с Первой Радуги такая ситуация... Приём...

   -- Причина? -- сухо осведомился Айзор.

   -- Повышенная сингулярность...