Мустанг и Чика. Черновик. - Макс Ливнев

За эту новость стоило выпить, что я и предложил. Выпили, дядя закурил, ожидая, пока я покончу с едой. Иногда они с Сашей переговаривались о малозначимых вещах.

— Этот список передай Валерию Михайловичу, — вдруг снова обратился ко мне дядя, — И это… Поздняков не спец в музыкальных делах, но много умеет в контактах с нужными людьми. Будет работать по организации концертов и вообще обеспечивать, чем нужно.

Если об этом зашел разговор, то стоит расставить акценты:

— Тогда мне нужно знать свои полномочия, иначе мне там делать нечего. Не очень приятно знать, что кто-то может в любой момент вмешаться и сделать по-своему. Навязал в ансамбль двух блатных своим приказом. Так дела не делаются.

— Напрасно ты так говоришь. Никто их тебе не навязывал. Мог бы и отказаться. А полномочия сам распиши как считаешь нужным. Посмотрим, что получится.

Завершив ресторанные посиделки и распрощавшись с тренером, мы с дядей направились домой. Он, кстати, предупредил, чтобы я не особо наедался, потому что дома ожидали сырники. Эмма Эдуардовна встретила меня со всей возможной женской душевностью и долго восхищалась моим самоисцелением.

Жека почему-то не выходил на связь. Позвонил ему сам. Дома он сидел без настроя. В поликлинике подтвердился мой диагноз. Хотели его сразу положить в больницу, но ему удалось уговорить перенести госпитализацию на понедельник. Просил пока никому не говорить про болезнь и завтра собрался поехать с командой на матч. Успокоил парня, сказав, что приду к нему ночевать и заодно начать лечение. У Медика дома трубку взяла тетя Ира и сообщила грустную новость, что ее сын загремел в больницу. Этот олух царя небесного чем меня слушал? Или этот паразит у него последние мозги выел? Опять полезли косяком косяки.

Еще позвонил этому Мине Пятнице. Назвался, как просили, Токаревым. На другом конце трубки очень обрадовались и даже стали немного лебезить. Растеклись по древу, восхваляя мой талант и прочие достоинства. Странный акцент: какой-то южный, молдаванский. Объяснил парню, как со мной можно встретиться, вызвав междометия недоумения:

— В Москве бываю очень редко. Меня можно завтра увидеть на хоккейном матче юношеской команды «Березовая роща». Битва состоится во дворце спорта «Кристалл» в подмосковном городе Электросталь в полдень. Адреса не знаю, но думаю, что местные подскажут. Игрок с номером двенадцать с фамилией Чекалин и с самой нахальной мордой будет тот, кого вы ищите. Переговорить можно в перерыве, или после игры.

Миня Пятница, немного подумав, сообщил, что у него есть назначенные на это время встречи. Но, чтобы увидеть меня, он готов все отменить и приехать в Электросталь.

В записной книжке наткнулся на телефон Кавы. Кто такая Кава и какие у нее параметры? Блин горелый! Да это же Серега Кавагоэ из «Машины». Набрал его номер. Серега недовольно отозвался, но спустя секунду узнал и обрадовался с каким-то бешеным энтузиазмом. Мне было буквально велено приехать по одному адресу в район метро Текстильщики завтра в семь вечера. Будет крутой сейшн. При всем при этом намечались неплохие шансы на перепихон.

Так, теперь осталось пожрать сырники и отправиться к Жеке.

Дядя еще немного помурыжил меня на кухне по вопросу проектов под старину, я отбоярился от него сложностью темы. Сказал, что к другу срочно надо зайти. У него и переночую.

Видок у Жеки тот еще… Краше в гроб кладут. Сидит на диване и на гитаре бренчит, сглатывая слезы. Даже не образовался моему подарку от неведомого почитателя. Решил заодно проверить кондицию товара. На жекиной «Комете» запись моего исполнения была вполне удовлетворительного качества. Голос такой блатной, выпендрежный, но все равно понятно, что обыкновенный дворовый пацан на гитаре бацает. У блатного Юрки на кассете та же запись была гораздо хуже за сколько он там ее купил. Елена Сергеевна предложила мне отужинать. Увы, мое пузо было еще малоразмерным. Пришлось отказаться. Потренькали еще немного на гитаре. Вернее, это я потренькал, исполняя четыре новые песни Токарева под запись. Малость утешил бедолагу. Незаметно подошло время укладываться спать.

— Сейчас начнем, — предупредил я друга, когда мы разлеглись на диване.

— А мне что делать? — осторожно поинтересовался Жека.

— Лежать, сопеть в две дырки и довериться мне на сто сорок шесть процентов.

Сканировать его не буду. И так все понятно. Включаю свои эмоции-вибрации, создаю общую энергоинформационную систему. По закону сообщающихся сосудов из моего высокогорного ледникового озера ликвус прямиком устремляется в иссушеную жекину долину. Теперь с образовавшимся водоемом придется провести кое-какие эксперименты, а Жеке поработать лабораторной мышкой. Проклятые ведьмы поделились комбинациями, но не указали адреса и области их применений.

Возможно, это я протупил. Проникающие ранения, разрывы связок и переломы костей ведь у меня получается излечивать. Методика понятна. А с другими массивами так и не смог разобраться. Ладно, потихоньку подберу ключи ко всем дверям, используя наш советский метод тыка. Я сгенерировал последовательно комбинации из разных эмоций. Некоторые частично сопрягались с паразитной программой и нарушали ее структуру, к сожалению тоже частично. Для Жеки это было очень болезненно, он постанывал. Я тоже чувствовал боль. Иногда приходилось зажимать ему рот, опасаясь, что он криком разбудит мать.

Прошло полночи. Я сильно устал, и энергии в жекином водоеме осталось менее половины от исходного значения. Пришлось разорвать контакт и прекратить воздействие. Мы, не сговариваясь, потопали в ванную освежиться прохладной водой.

— Паша, я не могу больше. Будто раскаленные спицы пронизывают тело. Пусть лучше врачи операцию сделают мне под наркозом, — промямлил парень, сидя со мной в одной ванне.

А до меня только сейчас дошло, что боль дают нервы здоровых тканей. Создаваемые мной программы поневоле атакуют и окружающие ткани. Если вычленить больные ткани, то будет понятна дверь, к которой надо подобрать ключ. А как у Жеки определить здоровые сигналы щитовидки? Спишем с себя. Методом наложения исключил здоровую часть органа. Вот она — вредоносная блямба во всей своей красе. Теперь нужно подобрать из ведьминского набора что-нибудь противоположное, ингибирующее.

— Паш, ты опять во мне лазаешь, — перепугался приятель.

— Не опять, а снова. Завершающий аккорд.

Хоп! Нужная программа нашлась, а вместе с ней и картинка. Свиток развернулся. Я теперь стал специалистом по лечению всех заболеваний щитовидной железы. Нужно с Женей вновь объединиться, чтобы завершить лечение, но не получалось. Его личность начала активно сопротивляться моим воздействиям, боясь наступления боли. Пришлось поуговаривать парня, обещая, что теперь боли не будет. В принципе, осталось в него только засунуть мою аккордную эмоцию.