Нф-100: Трое вне времени - Мария Бычкова

- Да не переживай ты так, - успокаивал его Саня, - в любое время всегда есть что-то интересное, на что стоит посмотреть. К тому же, я считаю, что у нас уже лет сто как полный застой, ничего нового не происходит.

- Глупости, - Вадим от возмущения аж остановился.- Как это не происходит? Столько новых исследований и открытий. Взять хотя бы наши корабли. Раньше плелись месяцами, а в свете последних разработок, три-пять дней и всё - ты на месте. Красота!

- И что? Я и говорю, что после открытия контурного импульса так ничего нового и не появилось. Вот тогда, более двухсот лет назад, действительно была технологическая революция, был скачок на новую ветвь. Появились кары, корабли дальнего космоса, да что там, вся техника стала другой.

- И объёмники тогда?

- Дались тебе эти объёмники, - поморщился Саня, - Это всё тот же телевизор, как и тысячу лет назад.

- Разве тысячу? - удивился Максим, - Мне казалось, их изобрели позже.

- Не обращай внимания, у Александра всегда плохо было с историей и с математикой, впрочем, и с физикой тоже.

- Может быть, - примирительно отмахнулся Саня. - Я вот о чём хочу сказать. Что мир меняется не так быстро, как нам кажется. Главные изменения происходят тогда, когда появляется какая-то новая суперидея. Например: изобретение колеса, или паровая машина. Сразу скачок в технологиях. И уже потом происходит только улучшение, оптимизация и тому подобное. Взять тот же телефон, - Саня посмотрел на свою руку, где бесполезным грузом болтался браслет, - первые аппараты были большими, неудобными, работающими через станцию. Потом габариты уменьшались, качество связи улучшалось, изобретение обрастало новыми возможностями и функциями. И что? Это и сейчас те-ле-фон! Разве не так?

- Хм, пожалуй, - Вадим задумался. - А ведь действительно, мы сейчас только усовершенствуем то, что уже придумано до нас. И все мои хвалёные изобретения, это всего лишь применение новых материалов или всё тех же материалов, но в чуть других условиях. Блин, Саня, да ты, оказывается, философ!

- Станешь тут философом, когда ты то и дело вне времени, - улыбнулся он. - Вот тогда, у Никиты в двадцать первом веке, мне всё было ясно и понятно. Я имею в виду технику и быт. Чайник - он и до нашей эры был чайником. И плевать, что раньше это был бронзовый сосуд, а сейчас пластиковый шар со встроенным анализатором. Суть осталась всё та же. Вот Максим не даст соврать. Ты сам как у нас вжился в быт, быстро?

Максим расплылся в улыбке.

- Ага, меня ваш пульт дистанционного управления чуть с ума не свёл. Я думал, это за мной шпион летает. Я шаг в сторону - он за мной, я на кухню - и этот летит. Я от него пытался отмахиваться, фиг вам, не даётся. Только случайно, когда стал с собой вслух разговаривать, типа хоть бы телевизор включили, увидел, что шарик мигнул и сразу включился объёмник. Ну, тут уж я стал экспериментировать.

Вадим с Саней заржали, представив, как Макс гоняется по всей квартире за безобидным пультом.

- Вам смешно, - едва сдерживаясь, чтоб самому не заржать, оправдывался Макс, - а я думал, что надо мной эксперименты ставят. Вот, думаю, понаблюдают, а потом придут и начнут опыты проводить.

Все трое уже ржали во всю, нарушая тишину горного перевала.

Истерика понемногу спадала. Вадим вспомнил по ходу дела, как у его приятеля тоже был голосовой пульт. И тут к нему неожиданно приехала в гости сестра с тремя детьми и собакой в придачу. Так несчастное устройство свихнулось, пытаясь выполнить все улавливаемые команды, исходящие от близнецов-хулиганов, визжащей девчонки и постоянно лающей на всех собаки. После того случая он перепрограммировал пульт на сенсорное управление.

- Ладно, это всё понятно, ╛ - продолжил Саня прерванный внезапным весельем разговор, - я хотел вот что сказать. Быт - это ерунда, совсем другое дело - социальный строй, действующий в ту эпоху. Тут надо много всего знать, чтобы нормально влиться в жизнь и не наломать дров. Здесь без помощи кого-то из местных не выжить. Так что, если мы сейчас попали в то время, когда жил Максим, то нам уже повезло. Если немного раньше - тоже не беда. Максим, я, надеюсь, ты историю хорошо учил?

- Э-э-э... ну, не на пять, но учил.

- Предыдущих президентов вспомнишь?

- Конечно, - успокоился Максим, - их не так много и было.

- Не волнуйся, - вставил Вадим, - это нам не понадобится.

- Почему? - удивился Саня. - У тебя есть мысли о том, куда мы попали?

- Точно не скажу, но мне кажется, что после того обстрела, когда пропал Максим, прошло какое-то время, не день или два, но и не столетия. Это я сужу по тому зелёному образованию: от взрыва пласт обнажился, но сейчас его занесло гравием и камнями. Не сильно, но всё же. Так что вот.

- Отлично, - оптимист в Сане не умирал, - чем ближе к нам, тем проще. Ведь так?

Вадим покачал головой, но не стал ничего говорить. Максим несколько приуныл, но молодость не давала ему далеко забегать в будущее, заставляла жить настоящим. А настоящее требовало собрать силы и идти вперёд, к людям. Что, собственно, они и делали уже второй день, который клонился к закату.

Устроились на вторую ночёвку. Животы уже не бурчали, очевидно, окончательно обидевшись на своих хозяев. Всё тело болело и ныло от долгой ходьбы, ушибов и ссадин. Было приятно вытянуть ноги и расслабиться, но было неприятно всё это делать на жёсткой холодной земле. Вадим, как первый дежурный, ходил по кругу, собирая хворост и просто разгоняя сон. Саня с Максом лежали, прижавшись друг к другу спинами, пытаясь согреться.

- Сань, а как мы всё-таки переместились?

- Ты не понял? - удивился Саня. - Просто наши кары дальнего следования применяют контур, идентичный космическому. А мы стояли как раз под той зелёной штуковиной. Вот и получился "побочный эффект", лучи времени отразились от скалы аккурат на нас.

- Фантастика, - восхищённо прошептал Максим, - в жизни не поверил бы!

- Если честно, то я до сих пор не верю. Всё надеюсь, что сейчас спустимся к людям, и всё сразу станет на свои места, что никуда мы не перемещались, что просто глюкнул кар, а система связи не захотела работать в горах, что страховки нам подсунули бракованные, ну и всё в том же духе. Так что спи, и не бери дурного в голову.

После обеда следующего дня они увидели пасущихся на небольшом горном лугу коз и пастуха, сидящего на траве.

Глава вторая. Усть-Канас.

1.

Еле заметная тропа уходила вниз, местами извиваясь, иногда круто спускаясь, порой становясь вполне комфортной для передвижения. Справа, на более-менее плоском заросшем травой участке паслись козы. Их было много, сразу и не сосчитаешь. Козы сбивались отдельными кучками, обгладывая ветки кустов. На траве, прислонившись спиной к валуну, сидел пастух. Он не сразу заметил путников, спускающихся с гор. Первой почуяла гостей собака, до этой поры лежавшая за камнем и невидимая для путников. Она встала во весь свой немаленький рост и навострила уши, принюхиваясь. Обнаружив нарушителей покоя, собака глухо зарычала. Пастух повернул голову и уставился на странных мужчин. Далеко, толком и не рассмотреть. Мужчина окинул взглядом своих подопечных, на всякий случай пробежался глазами по склонам. Козы спокойно паслись, а вокруг никаких других людей больше не было.