Разумное животное - Робер Мерль

После речи президента Соединенные Штаты в течение недели находились в какой-то странной ситуации. Война еще не началась, но мира уже не было. Люди испытывали немалые затруднения, покидая привычную колею будней и готовясь в душе к великим надвигающимся событиям. Мужчины в разговорах отделывались спортивными словечками. К примеру, агрессию в Тонкинском заливе описывали в футбольных выражениях. Китай забил гол нечестно, мошеннически. Но Китай не бог весть что, и когда Соединенные Штаты возьмутся за дело, то он сразу же поймет: его «разложат» со страшным счетом.

В то же время готовность пожертвовать собой рада общего блага — одна из основных черт американской души — вспыхнула сразу же и, не находя подходящего употребления, пропадала зря. Тысячи людей звонили в Белый дом, либо предлагая бесплатно свои услуги, либо давая властям советы по проблемам глобальной стратегии. Студентки женского университета в Вассаре, в стенах которого учились, по словам американского коммуниста Мак Грегора, «самые богатые, самые элегантные и если не самые красивые, то по крайней мере самые чисто вымытые девушки Соединенных Штатов», собрались, чтобы «обсудить положение». После двух часов дискуссии они приняли резолюцию, где заявляли, что готовы отдать родине все преимущества своего «специального образования». Что, собственно, подразумевалось под этим, никто никогда не узнал, так как власти не дали хода их благородному предложению.

Вечером того дня, когда Олберт Монро Смит произнес по телевидению свое обращение к нации, в 22 часа 30 минут полисмен задержал и привел в полицейский участок матроса Джо Макклайда (ВМ силы США) и Салли Шют — 34-летнюю проститутку, которые в состоянии опьянения дрались на одной из улиц Хобокана. По признанию Салли, она привела Макклайда к себе в комнату, заявив: «Морячок, после того, что эти мерзавцы сделали с «Литл Роком», я тебя развеселю и не возьму ни монетки». Но Макклайд примерно через полчаса покинул ее, захватив с собой серебряную пудреницу, которую намеревался подарить родной сестре на день рождения. Салли выбежала за ним на улицу. Джо Макклайд — 20 лет, 182 см, уроженец города Сан-Анджело (Техас) — заявил судье: «Я начал ее колошматить только после того, как она заорала: «Ступай, пусть и тебя подорвут китайцы». Судья подвергнул Макклайда штрафу и наложил взыскание, но оправдал Салли Шют. Как бы низко ни пала она в личной жизни, заметил судья, она тем не менее сохранила живые патриотические чувства, о чем и свидетельствует ее наивное предложение матросу Макклайду.

В совсем другой среде, иным образом, но тоже повинуясь потребности пожертвовать собой ради общего блага Мэри Уайт — секретарша редакции, 36 лет, незамужняя — вступила в секту пуритан штата Индиана-полис, которая приняла название «Сыновья Марии»[44]. Когда Мэри с опозданием на 10 минут пришла на собрание, которое должно было состояться в понедельник 5 января в 21 час, она застала членов секты в самом разгаре споров. Спорили о том, надо или нет в отместку за взрыв крейсера «Литл Рок» сбросить на Пекин атомную бомбу. Дискуссия стала пылкой, даже яростной, и Мэри Уайт это несколько удивляло; она не понимала, каким образом решение «Сыновей Марии» из Индианы могло повлиять на Белый дом. В конце концов проголосовали, и двенадцатью голосами против девяти решение бомбить Пекин было отвергнуто. Принятая большинством голосов резолюция, переданная в тот же вечер местным газетам, разъясняла, что мораль запрещает уничтожать три миллиона жителей Пекина в отместку за смерть двухсот американских моряков. Резолюция кончалась следующими словами: «Как бы там ни было, мы народ с возвышенными идеалами». Хотя Мэри Уайт находила эти споры довольно оторванными от реальной жизни, она чувствовала себя глубоко удовлетворенной этой концовкой.

Пожилые люди, немало выстрадавшие во время второй мировой войны, смотрели на обстановку не так отвлеченно. Эрнст Розенблюм — 52 года, немецкий еврей, эмигрировавший в Соединенные Штаты в 1939 году, работал портным в Лексингтоне (штат Кентукки). Со смешанным чувством слушал он обращение президента. Хотя у Розенблюма и не было вполне определенного мнения о Вьетнаме, с некоторого времени он склонялся к мысли, что следовало бы «со всем этим покончить». Узнав о катастрофе с «Литл Роком», он ощутил острый прилив возмущения и сказал жене: «Надеюсь, что президент проявит твердость». Теперь же, когда президент показал свою твердость, Розенблюм испытывал какую-то странную смесь облегчения, гордости и испуга. Его жена Герда, убрав под себя ноги, сидела возле него на диване с милым и усталым лицом. Она выглядела как толстая кошка, состарившаяся у камина. После обращения президента она взглянула на мужа и удивилась его бледности. Он, в свою очередь, посмотрел на нее, его глаза покраснели, и тихим, сердитым голосом он произнес: «Ну, вот мы и снова в дерьме»[45].

Статья «Известий», появившаяся во вторник 6 января, была первым откликом Советского Союза на речь президента Олберта Монро Смита. Сначала автор статьи отмечал, что материальный ущерб и людские потери, вызванные исчезновением «Литл Рока», не идут ни в какое сравнение с катастрофой в Пирл-Харборе, с которой его сравнил президент Смит. В Пирл-Харборе американский флот стоял на якоре, на Тихом океане царил мир, тогда как в течение нескольких лет VII флот, попирая международное право, осуществляет в Тонкинском заливе непрекращающиеся агрессивные акции против Северного Вьетнама, день и ночь подвергаемого бомбардировкам без предварительного объявления войны. Впрочем, не доказано, что взрыв «Литл Рока» был вызван какими-либо действиями с китайской или вьетнамской стороны, так как не осталось ни свидетелей, ни обломков, годных для химического анализа. Принимая во внимание эти обстоятельства, можно полагать, что атомный снаряд, уничтоживший «Литл Рок», находился на борту самого корабля и по ошибке взорвался.

В действительности, с сожалением констатировала газета, складывается впечатление, что государственный департамент хочет использовать дело «Литл Рока» как casus belli[46]. Советское правительство предупредило США, какие крайне серьезные последствия будет иметь для всеобщего мира атомная агрессия. Милитаристские круги Вашингтона, писал в заключение автор статьи, не могут рассчитывать на то, что мы останемся в стороне, когда американские ракеты будут стирать с лица земли города и заводы граничащей с СССР страны.

Эксперты государственного департамента уже давно спорили о том, какую позицию займет СССР в случае конфликта Соединенных Штатов с Китаем. И эта статья лишь подкрепила обе существующие точки зрения. Одни сделали из нее вывод, что рано или поздно СССР бросит на весы конфликта всю мощь своего оружия. Другие увидели в ней подтверждение своей мысли, что Россия не пойдет дальше чисто словесных протестов или материальной помощи Китаю, если война затянется. Однако именно эта гипотеза совершенно исключалась. Пентагон объявил, что ему понадобилось бы два часа, чтобы стереть Китай с лица земли.