Ловцы душ - Павел Пуляев

— Ну не я же, — хихикнула Джулиана.

— Насколько мне известно, их вообще вредно мыть, — парировал взбудораженный парень, быстро обвивая обе руки вокруг талии девушки.

— Фии, тогда мне, наверняка, опасно их целовать, — стала вырываться Джулиана, прячась от его ответных поцелуев в покрывале.

Укутавшись с головой, она приглушенным голосом продолжила оттуда:

— Приманкой для русской и прочей агентуры, как ты понимаешь, стали сознательно распускаемые слухи о том, что в Вильриллийском мегаполисе есть талантливые программисты, которым ничего не стоит взломать сеть города и спереть всю информацию по проекту «относительное бессмертие», являющееся совместной разработкой всей Западной Европы.

Девушка резко выскочила из укрытия и неожиданно быстро со звонким и ликующим хохотом, игриво взъерошила волосы Лернора.

— …Иии! Иии-мен-но с того самого момента, несчастным и главным подопытным оказался ты, мой зайка с не мытыми ушами. Хотя…

Девушка запыхалась и упала в объятья своего не очень активного друга.

Лернор обнял ее за плечо и спрятал под мышкой. Желания продолжать дальнейшие постельные игры и развлечения не возникало. У него, несмотря на весь жгучий интерес к этой детективной истории, не оставалось никаких сил на какое-то еще адекватное восприятие. Последняя озорная выходка Джулианы полностью истощила запасы его жизненной энергии.

Он теперь даже не слышал раздающегося в противоположной стороне комнаты храпа Куллера.

Девушка тоже закрыла глаза. Но, даже засыпая, все еще продолжала бубнить, растягивая слова.

— Точнее будет сказать…, что филиал твоей компании…, уже давно разрабатывался как плацдарм…для проведения ключевой операции…. — Джулина широко зевнула. — А ведь, ты действительно… прославил себя великими делами в сфере информационных технологий. Иначе бы не привлек изначальное внимание… спецслужб и Центра.

Лернор уснул. Он больше не слышал никого, погружаясь в мир призраков и теней. Ему казалось, что девушка продолжает рассказ, хотя подсознательно чувствовал, что и она уже спит крепким сном.

Парню, наконец-то, снился сон.

На этот раз он стоял на вершине высокой горы.

Ее заснеженный пик был укрыт вековыми многометровыми пластами сухого снега. Обжигающе холодный ветер, проносясь над белой пустыней, поднимал к небу огромные белые столбы и угонял их куда-то вдаль.

Порывы ветра развивали полы тонкого брезентового плаща, безжалостно царапали его незащищенную кожу, заставляя слезиться неприкрытые защитной маской глаза.

Ощутив тяжесть в руках, Лернор попытался поднять свои ладони к лицу, но они не подчинились. Что-то мешало, не позволяя парню пошевелить замершими пальцами.

Он осмотрелся, и с ужасом заметил на запястьях свитые из старых оптических кабелей кандалы.

А ведь сети из этого материала до сих пор обволакивают мир всемирной информационной паутиной. Никому доподлинно не известно, сколько километров кабелей тянется под землей и под водой, обвивая в авоську многострадальный земной шарик.

Эти толстые змеи обвивали его руки и уходили своими концами в разные стороны, исчезая где-то вдали по белому от снега горному склону.

По правую сторону, где-то вдалеке сквозь облака, Лернор увидел мираж мегаполиса, напоминавшего Вильриллин, по левую руку парню предстал златоглавый пейзаж Москвы. Эти два города как будто держали его прикованным на этой одинокой вершине неизвестного горного хребта. Он был полностью в их власти, являясь лишь ключевым звеном в передающей сети, соединяя восток и запад.

«Нет! Я вам не посредник!» — Лернор безмолвно закричал в безжалостную синеву неба, — «Я не слуга!»

Собрав в себе силы, парень ощутил способность разорвать кандалы.

Борясь с сопротивлением и режущей болью, он сантиметр за сантиметром сближал сжатые в кулаки руки друг с другом.

Окрестности содрогнулись.

Снег треснул, образуя длинные впадины. По обе стороны грозно зашумели сходящие лавины.

Ободренный, достигнутым результатом и взбудораженной ледяной стихией, Лернор рванул кулаки к груди с удвоенной силой.

Лед проломился, крошась в местах проложенных кабельных магистралей, взлетая к небу маленькими хрусталиками холодной белой крошки.

«О, да!» — вскричал довольный герой, разрывая обвивающие его путы и сжимая концы этих «цепей» в своих окровавленных руках, — «Теперь не я, а вы в моей власти!»

Его смех, разносясь по долине, превращался в рев. Он возрастал и затихал, повторяясь эхом, множество раз, пока не превратился в громкий храп…

…Храп Куллера.

Лернор, завернутый в простыню, проснулся от неприятного холода. Теплой Джулианы рядом не оказалось, соответственно исчезло и махровое покрывало. Больше некому было греть его остывшие после горячего бассейна бока.

Сев и осмотревшись, он не нашел ничего хоть отдаленно напоминающего часы, поэтому оставил попытки определить время суток.

Свет по-прежнему горел так же ярко, а камин полыхал как ни в чем небывало.

Окрепший организм бодро рапортовал о том, что в сон его больше не клонит. Хотелось только есть.

Встав с дивана, Лернор завернулся в простыню и подошел к столу. Сморщив нос, он миновал безнадежно остывшие горячие блюда, целиком концентрируя свое внимание на салатнице.

Одеваться было еще слишком лениво, Куллера будить как-то нецелесообразно, поэтому парень решил посвятить себя еде и поискам Джулианы.

Взяв в руки полную тарелку, он отправился в дальний угол комнаты, где в прошлый раз исчезла девушка. Здесь он обнаружил узкий темный проход, освещенный в конце желтым светом.

— Джулии, ты там? — поинтересовался Лернор, громко шлепая босиком по коридору.

— Да, да, — откликнулась девушка. — Заходи.

— Доброе утро, если оно утро, — поприветствовал ее парень, очутившись в ярко освещенной небольшой комнате. Она была буквально до потолка заставленна оборудованием неизвестного значения.

Десять плазменных экранов под потолком передавали изображение, фиксируемое камерами наблюдения, по всей территории подземного укрытия.

— Утро то оно — утро, — утвердительно кивнула головой девушка, одной рукой что-то набирая на проецируемой на стол клавиатуре. Второй рукой она придерживала, постоянно спадающее с обнаженных плеч покрывало. — Только вот не совсем доброе.

— А что стряслось? — Лернор наклонился к ней и, поцеловав в щеку, уставился на бегущие по проекции строки.

— Ничего особенного, просто мы проспали слишком долго. Остался лишь час, до того, как компьютер убежища передаст записанную за сутки информацию с камер слежения в Центр, а я никак не могу блокировать эту операцию.