Повелители сумерек - Эндрю Свонн

Она встала, но приступ головокружения заставил ее пересмотреть свои намерения. Эви выкарабкалась из тележки, стараясь при этом сохранить равновесие, и медленно побрела по гладкому полу к манящей приятной прохладой яме.

Подойдя к краю отверстия, Эви заглянула вниз. Оно оказалось — трубой, уходящей почти отвесно куда-то вглубь. Судя по всему, от нее требовалось съехать вниз по трубе, как по ледяной горке.

Димитрий снова взмахнул автоматом.

— Полезай.

Эви довольно внятно сказала себе, что Димитрий и компания уже наверняка бы давно отправили ее на тот свет, если бы это входило в их планы. Она шагнула в трубу, бережно прижимая к телу раненую руку.

Эви съехала по трубе гораздо быстрее, чем она ожидала. Словно в отместку, к ней вернулось головокружение. Оно проявляло себя еще сильнее от того, что труба была гладкой и однообразно белой и взгляду было не за что зацепиться. В конце концов голова закружилась так сильно, что Эви даже не заметила, как лишилась сознания.

Она открыла глаза и обнаружила, что видит перед собою бородатого мужчину лет пятидесяти. Эви тотчас узнала в нем одного из персонажей видеоролика, заснятого Димитрием при помощи полевого бинокля. Это был ученый кабинетного типа, профессор Фитцджеральд, ксенобиолог.

— С вами все в порядке? — поинтересовался он.

Эви тот час ухватила его за лацканы пиджака. Быстрота движения дала ей понять, что действие наркотика практически закончилось.

— В порядке? — набросилась она на него. — А как по-твоему? После того как ты, Фрей и все остальные сделали из меня идиотку? — Эви бесцеремонно оттолкнула профессора и присела.

На этот раз обошлось без головокружения. Она встала, огляделась по сторонам. Фитцджеральд попятился к обычной плоской стене подземелья. Обе койки-скамьи стояли одна напротив другой, а свет исходил из вмонтированных в потолок люминесцентных ламп. Где-то вдалеке на низкой ноте гудел кондиционер, а из вентиляционных решеток под потолком поступал прохладный воздух.

Эви стояла посередине столь заурядного помещения, что на мгновенье ей показалось, будто путешествие по среде обитания пришельцев было не более чем галлюцинацией. Но нет… Эви до сих пор различала слабый запах серы и сжигаемого метана, который проникал в комнату, несмотря на мощный кондиционер.

И если у Эви и остались на сей счет какие-то сомнения, тот факт, что помещение располагало одним единственным входом — а именно, круглым отверстием между койками — свидетельствовал, что увиденное ею не плод больного воображения. Возможно, наркотик слегка искажал истинные размеры, но те залы, что Эви довелось увидеть в среде обитания пришельцев, занимали никак не меньше нескольких акров.

Фитцджеральд с опаской попробовал сделать шаг вперед.

— Мисс Ишем?

— Что? — Эви шагнула ему навстречу, ощущая в крови по меньшей мере трехдневную норму адреналина. — Что, во имя всего святого, что еще вы можете мне сказать?

Фитцджеральд запнулся:

— Но…

— Неужели вы пытаетесь мне поведать, что сожалеете о случившемся? Что ваша гоп-компания в действительности не желала держать меня в неведении. Что вам не хотелось делать из меня предательницу! — здоровой рукой Эви оттолкнула от себя профессора. — Или же вы желаете принести извинения, что именно вы выдали весь ваш заговор с потрохами этим вонючим пришельцам. Согласитесь, ведь это же ваших рук дело. А Габриэль? Какие чувства вы испытываете по тому поводу, что он пытался отправить меня к праотцам?

— Он мертв, — хрипло прошептал Фитцджеральд.

— Что? — и тут до Эви дошло, что правой рукой она сжимает профессорское горло.

Господи, да так не трудно и прикончить беднягу. Эви попятилась и, стараясь успокоиться, начала делать дыхательные упражнения.

— Все до одного, — прохрипел Фитцджеральд. — Габриель, Дэвидсон, Фрей, Хофштадтер пытались свалить свою вину на вас.

Эви задумалась над тем, что за это время случилось с ней.

— А при каких обстоятельствах погибли Дэвидсон и Габриэль?

— Их машина потерпела аварию в юго-восточном секторе Манхеттена.

«Ага, значит это был аэрокар, — подумала Эви, — тот самый, что загнал ее в Гринвич-Виллидж».

— Вы уж простите, что я набросилась на вас.

Он покачал головой:

— Это вы убили Фрея?

— Нет! — Эви до сих пор ощущала запах крови Фрея, ощущала охватившую ее после того панику, когда впервые до нее стали доходить истинные масштабы происшедшего.

— Гейб и Дэвидсон…

— Они пытались меня убить.

— Прошу вас, извините, — Фитцджеральд начал заламывать руки. — Мы никогда не предполагали, что дело дойдет до насилия… Это была исследовательская работа…

Эви фыркнула.

— … Первый контакт с представителями внеземных форм. Вы даже представить себе не можете, что это значит…

Эви села на койку.

— Отчего же, очень даже хорошо представляю.

Вентиляционные решетки были слишком малы, по трубе вверх ей ни за что не вскарабкаться, а стены — сплошной бетон.

Да, увязла она здесь недурно с этим профессором.

— Это была цель моей жизни, — продолжал Фитцджеральд. — Неужели вы не способны понять…

— Конечно же, ваша работа, — оборвала его Эви. — И моя ни хрена не стоящая жизнь.

Фитцджеральд обиженно умолк. Однако тишина действовала Эви на нервы:

— Итак, за шесть лет исследований вам удалось найти что-либо полезное?

Фитцджеральд подошел к ней и сел на койку напротив.

— А что вас больше всего о них интересует?

— Абсолютно все.

Фитцджеральд выдал ей все, от «А» до «Я».

Раса возникла на одном из соседних миров, массивном раскаленном, тектонически активном безводном шарике, что вращался вокруг тусклого красного солнца. Расе удалось заселить несколько миров, где-то около десятка, включая одну из планет в системе Альфа Центавра. Раса знала о существовании Земли и населявших ее созданиях.

Она остро нуждалась в ресурсах колонизированных ею планет и поэтому видела в Земле и землянах потенциального соперника. Как только последним удастся проникнуть за пределы Солнечной системы, рассуждали они, не исключено, что может вспыхнуть война за право обладания вновь открытыми мирами.

Как только Земля вступила в новое тысячелетие, перед Расой встала политическая дилемма. Как же предотвратить этот, судя по всему, неизбежный конфликт? Решение, принятое после заочного изучения земной культуры, предполагало проведение тайной подрывной операции. Представители Расы, проникнув на Землю, должны были воспрепятствовать какому бы то ни было техническому прогрессу или же намерениям и планам проведения космических исследований и межзвездных полетов.