Социальная сеть "Ковчег" - Евгений Вецель

– Слушай, дай мне разрешение на управление, – сказал дедушка, – продолжая активно осматривать салон автомобиля.

– Сейчас, секундочку, – сказал я, вспоминая утренние инструкции от Тани и доставая свой лист, затем вызывал сайт салона, где было несколько кнопок управления демонстрацией. Я нажал «Разрешить базовое управление клиенту».

Петрович оживился и стал нажимать на кнопки своего листа. Он, не требуя моего участия, пробовал различные приспособления и функции. Я внимательно смотрел за тем, что он делает. Благодаря визиту Петровича, которого я вчера встретил на алее, первого человека, с которым я заговорил в XXXV веке, я узнал много нового. Научился включать дворники, поворотники, омыватели лобового стекла и фар. Он самостоятельно смог включить камеру заднего вида. Когда он нажал один из рычажков, крыша автомобиля сложилась за 20 секунд назад в багажник, а точнее, в капот. Ну, в общем, сзади, туда, где реактор, который я принял за несколько пылесосов.

В режиме кабриолета Петрович смог сложить даже лобовое стекло. Оно, оказывается, могло регулироваться по высоте и уходить вниз совсем. Мой новый знакомый завёл автомобиль и поигрался с несколькими звуками мотора. Окружающие клиенты с интересом оглядывались на эти звуки.

– Может, прокатимся? – сказал Петрович, давая понять, что далеко не первый раз в этом салоне.

– Конечно, – сказал я, прикрепляя свой лист к передней панели и нажимая кнопку «демонстрационная поездка».

Как только я нажал на кнопку, мой вестибулярный аппарат, казалось, упал вниз. Пол и автомобиль, на котором он стоял, стал медленно опускаться. Отверстие, которое возникло в полу первого этажа, обезопасилось выдвинувшимся заборчиком. Когда мы уже были внизу, через отсутствующую крышу кабриолета я увидел, что сверху, опираясь на поручень, на меня смотрела Таня и, улыбаясь, показывала большой палец вверх.

На лобовом стекле отображалась дополненная реальность, которая помогала понять, куда нам теперь двигаться. Петрович уже знал, что делать в этой демонстрационной поездке и, не теряя времени, нажал на газ. Когда мы ехали по подземной парковке, и я мельком увидел «Ё-шку» Всеволода Владимировича, я вдруг подумал: а его крыша складывается?

Тем временем, мы промчались через выход и направились к широкой пустынной трассе. Эта трасса немного напоминала американские горки. За эти двадцать минут очень длинного кольца я ощутил все виды покрытия асфальта. Мы несколько раз преодолевали крутые повороты, горки, крутые спуски, на трассе в неожиданных местах располагались оранжевые конусы, которые приходилось резко объезжать. Ехали мы не быстро, всего около 160 километров в час на прямых участках. Петрович настолько умело водил, что я, несмотря на открытую крышу и явственное ощущение скорости, испугался не больше 12 раз.

Я белой завистью завидовал местным продавцам, у которых есть собственная трасса для тест-драйва. Надо будет в свободное время протестировать местные образцы. Перед возвращением назад в прошлое нужно будет набрать побольше впечатлений. Видя, как ловко Петрович проезжает препятствия, очень хотелось сесть за руль. Я так за свою жизнь и не ездил за рулём кабриолета и глотал слюнки, видя, какое удовольствие получает мой первый за последние полторы тысячи лет клиент.

– Можно мы заедем к моему другу, я хочу показать ему эту малышку? – предложил Петрович. – Если нам понравится, я этот флип куплю.

– А это далеко? – сомневаясь, спросил я.

– Примерно 15 минут езды, – умоляюще смотрел на меня Петрович.

– Хорошо, договорились, – улыбнулся я. – Чего только не сделаешь для старых знакомых.

Петрович свернул в сторону города и ускорился в два раза. Я сидел и думал, стоило ли разрешать сворачивать с установленного маршрута. В любом случае, мне не запрещали кататься с клиентами на тест-драйве по городу. Правда, запрещали общаться с клиентами, но это ерунда. Ведь Всеволод Владимирович не отшлёпает меня, так как не является моим отцом. А если захочет поругаться, то пожалуйста. Готов выслушать.

Мы ехали достаточно долго и доехали до кремлёвской стены, где Петрович остановился прямо у Лобного места и стал звонить по листу. Я впервые в жизни сидел на знаменитой Красной площади в автомобиле. Чувствовал себя некомфортно, как голый в церкви. Что интересно, площадь практически не изменилась. Только на месте ГУМа оказалось новое современное здание, из которого вышел пожилой человек и направился к водительской двери флипа, в котором мы сидели. Петрович открыл крышу, и мы смогли рассмотреть незнакомца.

– Познакомьтесь, это Володя, – говорил Петрович, показывая на меня, – а это мой лучший друг. Я ему сейчас покажу флип, ты не против?

– Приятно познакомиться, – улыбнулся я. – Показывайте.

Пожилой человек пристально посмотрел в мои глаза и, вытягиваясь над водительской дверью, протянул свою руку мне. Я пожал его мягкую и холодную ладонь. На мгновение мне показалось, что знакомому Петровича больше интересно рассматривать меня, чем индивидуальный флип цвета слоновой кости.

Но через минуту они уже стояли с Петровичем на улице в нескольких метрах от флипа и оживлённо беседовали, периодически показывая пальцами на автомобиль. Через некоторое время Петрович сел на водительское место и, пристегнувшись ремнём безопасности, тронулся с места.

Мы на прощание помахали знакомому Петровича и, проехав всю площадь в сторону бывшего метро «Охотный ряд», спустились на подземную парковку. Там Петрович заглушил мотор и спросил:

– Володя, мы решили купить эту ласточку. Давай оформим всё здесь, а ты отправишься домой на вот этом общественном флипе?

Я взял свой лист и нашёл кнопку «Оформить договор». После нажатия на неё показался договор, который через мгновение уменьшился, и я смог смахнуть его на лист Петровича, положив их рядом. Петрович кликнул пальцем в место для своей подписи и набрал пароль. Затем уменьшил документ и передвинул обратно на мой лист. Как только это произошло, в правом верхнем углу моего листа отобразился пришедший за продажу бонус +1350 коинов, что означало, что сделка совершена.

– Ну, всё в порядке, – сказал Петрович, сияя от счастья, – не смею больше задерживать.

– Счастливо, Петрович, – выходя из машины, сказал я. – Вы один из лучших моих клиентов. Буду рад видеть вас снова.

Флип Петровича развернулся на месте и, резко ускорившись, исчез из вида. Я находился в смешанных чувствах вины и победы. Когда я попробовал прикоснуться к ручке двери соседнего ярко-жёлтого общественного флипа, та гостеприимно открылась и я сел внутрь. Включив навигацию, я со скоростью в два раза меньшей, чем привык, добрался до автосалона «Эдем». Где у самого входа стоял грозный Всеволод Владимирович с растерянной Татьяной.