Огонь на поражение (Атомный шантаж) - Сергей Кутергин

- А мне-то что, ты ж воровал. А я знать ничего не знаю, я, как верная жена, с утра до вечера дома, в твои дела не лезу.

- Это сейчас ты дома, а как придут, если и не загребут, то квартиру конфискуют. И поедешь ты в том, что на тебе есть, к мамочке своей, в Саратов. Поняла?.. А так, меня кореш научил, чего делать. Шмон весь этот на неделю, не больше. Потом выдохнутся. Так что заводи свою машину и кати на дачу. Жрачки по пути в супермаркете прикупи. Я завтра тоже приеду, отсидимся. Ну а потом - всё по-прежнему будет. Всё поняла, тупица?

- Я еще свои мозги не пропила, в отличие от тебя. Поняла! Собираюсь.

Рая бросила трубку и грязно выругалась. Вот же скотина. Мало того, что всю жизнь испортил, так еще и сегодняшний день испортить пытается! Не выйдет. Ишь чего захотел, пока он там в бане пьянствует да с бабами развлекается, она должна с высунутым языком за жратвой бегать? Вечером поедет, а пока у нее свои дела!

Еще в старших классах, заметив, как сбиваются с шага и пускают слюну взрослые мужики, завидев ее, она поняла, что красота - это единственное богатство, которое у нее есть. И ради хорошей жизни надо выгодно поменять свою внешность на толстый кошелек. А у них в провинции особо толстые кошельки уже все под прицелом. Поэтому, получив свой троечный аттестат об завершении среднего образования, Раиса собрала вещички и махнула в город неограниченных возможностей - Москву, поступать в институт. Будущая специальность ее не интересовала, поэтому она легко поступила во что-то сельскохозяйственное с постоянным недобором студентов и общежитием для иногородних. За пять лет учебы она, кроме диплома, приобрела сексуальный опыт на общежитских койках, бесплодность после не совсем удачного подпольного аборта и, что самое важное, мужа. Как ни странно, именно в этом захудалом институте и водились толстые кошельки. Ее будущий муж Гурген поступил в этот институт только ради того, чтобы спокойно пять лет заниматься своими делами в Москве. А дела были различными: торговля на рынке при перестройке, рэкет во времена экономического беспредела, и нынешний легальный бизнес, прикрывающий какие-то настолько невероятные аферы, о которых Рая и слышать ничего не хотела.

Заполучить Гургена в мужья Раиса захотела после их первой совместной ночи в общаге. Умел южанин довести женщину до невообразимого состояния. Они занимались любовью до самого утра и прервались только тогда, когда возмущенные соседи, которые всю ночь стучали в стену, требуя, чтоб Раиса перестала стонать, кричать и рыдать под джигитом, вынесли дверь и попытались остановить это издевательство над нервами окружающих.

До сих пор Рая с улыбкой вспоминала, как в рассветном полумраке соскочил с нее Гурген и бросился голым на врагов, потрясая не только кулаками. Хоть член ее возлюбленного и не участвовал в драке, но почему-то она запомнила именно его, как он мотался вслед за резкими движениями Гургена. А она была так вымотана, что даже не могла шевельнутся и лишь глазами следила за происходящим. Потом вдруг нападавшие куда-то исчезли, а Гурген, забравшись на нее и еще раз кончив, скатился к стенке и унул, абсолютно не обращая внимания на выбитую дверь и не стесняясь своей наготы.

А Раиса так и продолжала лежать с раздвинутыми ногами, блаженной улыбкой и взглядом, устремленным в никуда. Когда она немного отошла от ночного удовольствия, то накрылась одеялом, пододвинулась поближе к Гургену и стала размышлять о дальнейшей жизни. Когда она собиралась в Москву, то была согласна и на старого плешивого мужа, лишь бы был богатым. А тут подвернулся и богатый, и молодой. Пусть он пока спит и думает, что она - одна из многих, с кем он переспал, Рая уже знает, что он ошибается.

И действительно, в конце второго курса они поженились, Гурген на свадьбе напился и клялся, что больше никогда не взглянет на другую женщину, раз нашел такое сокровище. На третьем курсе они сняли себе однокомнатную квартиру, а к концу учебы в институте у них уже была своя. Распределение к тому времени отменили, так что молодой семье не составило никакого труда остаться в Москве.

После этого они сменили еще несколько квартир. И каждая была лучше предыдущей. А Раина жизнь с каждой квартирой становилась всё хуже и хуже. И теперь молодая холеная двадцатишестилетняя женщина сидела одна в шикарной пятикомнатной квартире элитного дома с улучшенной планировкой.

Чем больше зарабатывал денег Гурген, тем уже становился круг ее общения. Институтские друзья и подруги уже стали чем-то давным-давно забытым. Со своими деловыми партнерами муж знакомил Раису только если ему присылали приглашение на ужин, и явиться надо было обязательно с супругой. Но такие вечера были редки, а завязавшиеся знакомства никак не продолжались. Впрочем, оказалось, что не одна она такая. Весь подъезд днем был заполнен одинокими женщинами, которых их мужья, выйдя за дверь, выбрасывали из головы. Сперва, заселив этот дом, женщины собирались вместе и жаловались на свои судьбы, но потом это всем надоело, так как все истории жизни были близнецами: красавица- богатый муж одиночество в заперти. И охрана на входе, казалось им, сидела не для защиты от воров, а для того, чтоб докладывать мужьям, выходила ли которая из них из дома. Поэтому покидать подъезд они боялись. И каждая из запертых в роскошную тюрьму искала выход по-своему.

Раиса тоже нашла свой, отвергнув такие способы для слабых, как алкоголь, лесбийство и петля. Она, несмотря на то, что каждый ее шаг вроде бы как контролировался, умудрилась завести себе любовника! Ведь муж не только днем стал уделять ей меньше внимания, но и ночью. Да и не нужно было ей его ночное внимание. С каждым разом, а их за восемь лет замужества все же было много, секс с Гургеном приносил ей всё меньше удовольствия. Оказалось, что у мужа ограниченный набор постельных приемов и полное отсутствие фантазии. Так что супружеский долг для Раисы стал чем-то вроде фильма "С легким паром" в новогоднюю ночь: надоело, знаешь всё, что будет, а вроде без этого и нельзя.

И вот теперь, когда до прихода любовника - Раиса глянула на часы - оставалось лишь сорок минут, Гурген хотел, чтоб она уезала из дома. Ну уж дудки! Раиса провела руками по бедрам - сперва удовольствие, потом дела. Нало подготовиться. Раиса открыла дверцу шкафа и задумалась - что одеть? Вначале она достала комплект черного кружевного белья и одела пояс. Когда-то, пять лет назад, Гурген ее заваливал подобным бельем и просто с ума сходил, когда она исполняла ему стриптиз на обеденном столе, временами задевая головой лампочку без абажура, от чего ее тень металась по кухне, как сумашедшая. Давно это было... Ну и не стоит грустить!

Подцепив к поясу такие же черные колготки, Рая глянула на себя в зеркало и оценивающе повертелась. Ну чем не девочка из "Плейбоя"? Жаль, оценить некому. Трусики и лифчик она одевать не стала, помня о предыдущих случаях, когда дважды от напора страсти ее кавалера белье оказывалось разорванным на клочки и его приходилось выбрасывать. Но вызывающе торчащий пушок надо было чем-то прикрыть от чужих глаз. Хотя бы на то время, пока любовник будет входить. Вдруг в это время кто-то будет на лестнице! Для такой цели Рая выбрала черную гофрированную юбку, посчитав, что она отлично дополнит уже одетое и в нужный момент легко задерется. А сверху она наоборот одела молочно-белый тонкий обтягивающий топик и лишний раз полюбовалась в зеркало, как еле заметно коричневеют под слоем молока ее соски. Такой наряд мог бы завести любого мужчину. А что он сделает с уже заведенным - трудно догадаться, это выяснится через несколько минут. И оставшееся время Раиса потратила на лицо. Тут надо было соблюсти меру - нанести самый минимум косметики, все равно от нее к уходу гостя ничего не останется.