ЗЕМЛЯКИ ПО РАЗУМУ - Олег Готко

– Выпустить его? – Тохиониус беспомощно посмотрел на остальных.

– Да, – ответил за всех Горелов.

– А что там у нас насчет причинно-временных связей? – ехидно спросил майор.

– Именно поэтому и выпускать, – пояснил мысль Горелова Семен. – Без Духа, который немало способствовал непорочному зачатию, никакого Рождества не выйдет... А нашему Джеку просто смерть как хочется кого-нибудь зачать!

Дух первого вождя-космонавта, а также Джека и Потрошителя Медвежьих Животов покинул их, чтобы стать Святым. Тохиониус вздохнул ему вслед с облегчением, Горелов перекрестился, а майор показал бывшему приятелю на прощанье язык и, перестав хотеть быть Моисеем – шляться по пустыне сорок лет не шутка, возвратился к теме:

– Так получается у нас что-нибудь или нет?

– Конечно, – радостно крякнул осьминог. – Я думаю, что смогу вычислить параллаксы созвездий и тогда...

– Тогда у нас сейчас дома созвездие Рыб, – дал астрономическую справку Семен и поклялся, что больше никогда не пойдет на рыбалку под этим созвездием.

                                                                                                                                                               ***

Дух плыл над планетой, шаря взглядом и остальными органами чувств по сторонам. Безрадостные горные пейзажи сменялись аналогичными равнинными, но, кроме безмозглых животных, никто не попадался. Если бы не Голос, он бы уже давно плюнул на все и вернулся.

Вождь увидел Его в тот момент, когда начал было склоняться к мысли, что и у электромагнитных полей бывают галлюцинации. Привыкший к панибратскому обращению с богами, он сказал просто:

– Привет, Батя!

– Какой я тебе батя, нехристь? – лениво поинтересовался Тот, не поворачивая головы и продолжая сидеть во всем своем великолепии.

Великолепие это, нужно сказать, было убогим, потому как Он был еще нецивилизованным и развлекался варварским зрелищем – в райских кущах двое австралопитеков-гладиаторов со знанием дела лупили друг друга увесистыми дубинками.

– Духовный, черт побери! – поразился такой откровенной тупости Дух.

– Но-но, не богохульствуй, а не то они тебя сейчас дубинками так отделают!.. – пригрозил Он, кивая на дерущихся во славу Божию. – Это – моя гвардия!

– Ты дай мне тело с дубинкой, и я покажу твоей гвардии, где раки зимуют! – нагло заявил Дух, которому искусство боя на дубинках было хорошо известно.

– Тело, говоришь? – Он сделал вид, что впервые заинтересовался его присутствием. – Что сегодня у нас? Пятница?

– Вроде бы...

– Тогда пошли искать глину – по пятницам я люблю лепить что-нибудь.

– Только мне сделаешь тело не такое уродливое, как у них, а по тому образу и подобию, которое я закажу, – поставил условие Дух, когда они оказались на берегу озера, которое потомки назовут Кучерявым. – Да и тебе не мешало бы сменить обличье, а то похож на помесь обезьяны с котом! Сфинкс какой-то! Я ведь должен стать твоим святым духом!

– Ладно, – согласился Он. – Заказывай!

Дух изложил основные требования и параметры Семена Саньковского. Бог умылся грязью и приобрел удивительное сходство с персонажем рассказа, а затем еще немного поковырялся в глине и сказал:

– Готово!

– Вот это? – засомневался Дух, глядя на то, что получилось.

– Внутрь полезай, – приказал Он и вдул Духа. – Нарекаем тебя... Ну, к примеру, Адамом! Нравится?

– Так я и знал.

– Я тоже. Пройдешь испытательный срок, а потом и в Святые... – Всевышний поднапрягся и тоже перевоплотился. – Ничего. Скажем так, даже удобно.

Адам встал и недоверчиво пощупал тело. Убедившись, что все на месте, он цыкнул зубом:

– А баба где? Я без нее не могу.

– Какая баба?! Ты же дубину хотел!

– Сам ты Дубина! Ева, кто же еще!

– Тьфу, зануда! – Он занервничал и выдернул у Адама ребро. – Сейчас я тебе сделаю!..

И сделал.

С тех пор и пошла поговорка: «Семь раз подумай, а потом делай».

                                                                                                                                                               ***

Суббота, 29 февраля 1992 года

В вечернем небе сверкнуло, и на высоте птичьего полета над озером Кучерявым повис космический корабль.

– По-моему, приехали! – сообщил Тохиониус.

– Наконец-то! – выпалил майор и радостно вскочил, чтобы тут же сдавленно охнуть. Потолок снова напомнил ему, что он еще не дома.

– Кто-то должен пойти на разведку, – сказал Семен, ни на кого не глядя.

– Зачем? – спросил Горелов, приподнимаясь. – На все воля Божья! Я иду домой, а там будь что будет! Открывай!

С легким жужжанием открылся люк и внутрь ворвался морозный вихрь.

– Привет, мужики! – сказал он. – Ох, и заскучал же я за вами! Сколько тысяч лет, сколько тысяч зим!

– Кто это? – встрепенулся Михалыч и набил еще одну шишку.

– Святой Дух! – простонал, узнавая, Тохиониус. Он уже и думать забыл об этой проблеме и вот!..

– Какое сегодня число, Джек? – задал Саньковский самый насущный вопрос.

– Суббота, двадцать девятое февраля тысяча девятьсот девяносто второго года от Рождества Христова. Семь часов вечера, – четко отрапортовал тот. – Подходит?

– Еще бы! – завопил Семен. – Ура-а!!! Свобода!!! Я тебя люблю!!!

Он первым спрыгнул на лед. В темно-синем небе подмигивали и ежились от мороза звезды. За спиной тихо гудели генераторы, поддерживая корабль над хрупкой поверхностью.

– Ну что? – донеслось изнутри.

– Родина!

– Тогда подвинься!

Поплотнее замотавшись в хламиду из инопланетных тканей, которыми снабдил всех Тохиониус, незадачливый рыбак шагнул в сторону.

Тохиониус делал вид, что играет с Фасилиясом, и с нетерпением ждал, когда же пассажиры освободят салон. Нервные клетки горели, как свечки.

Однако и это было еще не все. Он понял это, когда услышал о желании вождя продолжить путешествие по Галактике. Прощаясь с земляками, тот сказал:

– Понимаешь, Горелов, быть Святым Духом – сплошное занудство. От самой своей вездесущности с ума сойти можно... Так что больше я сюда не ездок!

– Я тебя никогда не забуду, – клятвенно пообещал Горелов и прослезился.

Он сказал бы что-нибудь еще, но помешал Тохиониус.

– Слушай, чем тебе, Джек, родина не нравится? – воззвал тот к совести Святого Духа. – Вот Фасилияс от нее без ума!

– Ну и пусть остается, – вождь был непреклонен. – Пожил бы он здесь с мое!..

Однако и осьминог был упрям. Завязался жаркий диалог и под его шумок майор Вуйко А.М., вдохнув свежего воздуха и отбросив всякую фамильярность, никем не замеченный проскользнул к пульту управления. Его сердце скребла черная кошка отмщения.