Просто игра - Н Колесова

Кошка пошла, не разбирая, через кусты до хорошей дороги. которая когда-то называлась Доменной. Ветер, как обленившийся футболист, гонял туда-сюда листья, по асфальту змеились глубокие трещины. Кошка стянула маску, вытерла ею лицо и вертя ее на пальце, неспешно побрела в мертвятник...

Мандос, как с первых ХИ традиционно называли владыку Страны мертвых, встретил Кошку брюзгливо.

- Имя? - спросил хмуро, раскрывая уже порядком исписанную тетрадь.

- Кошка, - покорно сказала Кошка.

- Время смерти?

- Тридцать пять минут назад.

Мандос, шевеля губами, сделал сложный расчет.

- Причина смерти?

- Комариная плешь.

- Иди, - Мандос мотнул головой. - Дрыхни.

Бодрствующие трупы встретили Кошку с полузлорадной приветливостью: если уж Кошка залетела в мертвятник в первую половину Игры, то им и сам Бог велел... Она рыскнула взглядом, своих не обнаружила и опрокинулась на свободную "пенку". Сосед, не прерывая игры в карты, мотнул бритой головой.

- Твои были.

-Кто?

- Арнольд с Улыбкой.

- А Шустрик?

- Арнольд, говорю, с Улыбкой... что ложишь, что? Арнольд от студня сдох, мужики напоролись на копов. Улыбку подстрелили. Шустрик удрал... ну куда, куда, глаза-то разуй!..

- На то он и Шустрик... - пробормотала Кошка и обнаружила перед собой раскрытую банку сгухи. Рыжий желтоглазый парень присел рядом с ней по-турецки.

- От нашего стола вашему столу... - он махнул рукой в сторону валявшихся с голыми торсами трупов - те вяло пошевелили верхними конечностями. - Твои велели передать тебе пиво - сказали, что скоро загремишь к Мандосу - но мы его оприходовали. Так что извини... Нам через полчаса выходить. Кипяток в ведре. Мандос с глубокой похмелюги злой и не кормит. Где попалась-то?

- На Плеши.

Парень уважительно присвистнул. Свист получился звонким и переливчатым. Труп, пластом лежавший неподалеку, поднял голову, пробормотал злобно: "Из могилы подымут, падлы..." По свисту Кошка узнала - Крис с Вольных Охотников.

- Без карты, что ли?

- В том-то и дело, что с картой... - пробормотала Кошка, открывая прижатую крышку сгущенки. В уме заново раскручивалась сцена на стене. Вот она подходит, наклоняется, Ланс разворачивается, из-под ног падают крошки цемента, взмах левой рукой...толчок правой, несильный, вскользь... Вот теперь лежи и думай - случайно-неслучайно... Кошка задумчиво лизнула с ложки сгуху.

Крис явно переотдыхал - так и подпрыгивал от нетерпения, как маленький мяч - яркий, рыжий, упругий.

- Карту, поди, у Стервятника брали? Он, говорят, специально сталкеров на ловушки выводит. А слыхала, кто-то на границе Зоны рэкетом занимается? Сидят, ждут, когда сталкер с хабаром выйдет, раз-два - и готово... Много нашли?

- Да чего теперь... - сказала Кошка. Заметив ее движение Крис достал и прикурил две сигареты, отдал одну Кошке и стал рассказывать, как Вольные Охотники втроем загремели под смерть-лампу. Кошка облизывала ложку, запивая чуть теплым чифиром, слушала вполуха, поглядывая на сутолоку в трактире напротив. Прищурилась. Похоже, мелькнул Шустрик. На Игре зрение почему-то резко обострялось и очки ей были практически не нужны. Точно, Шустрик. Лавируя между посетителями, он вылетел из-под брезентового навеса кабака, прижимая локтем какой-то сверток. Мельком глянув на мертвятник, понесся было дальше. Остановился на ходу, обернулся, вглядываясь. Кошка кивнула. Шустрик вскинул руку - помахать, спохватился и почесал затылок. Постоял, соображая, схватился за голову, изображая вселенскую скорбь и пошел дальше, но уже гораздо медленнее, оглядываясь на ходу. Кошка невольно начала улыбаться и наконец ощутила вкус сгущенки.

- Охотники! - гаркнул Мандос. - Свободны!

- Пока, Кошка! - радостно сказал Крис, вскакивая. - Ни пуха тебе...

- К черту! - напутствовала Кошка, доскребая последнюю ложку. Улеглась на спину, задирая на животе майку. Не обгореть бы на солнце, хоть бабье, но все же лето...

- Ну привет! - сказал он. - Долго же ты добиралась!

Кошка остановилась на приличном расстоянии, раздумывая, почему она совсем не удивилась при виде Ланса. Он сидел на стене, мотая ногами и с явным удовольствием разглядывал ее.

- Где пацан?

- В порядке ваш Лошонок, не бойся, - усмехнулся он. - Я его в кабак с хабаром послал.

- А сам остался организовать мне торжественную встречу? Или снова торжественные похороны?

- У меня есть карта с расположением Золотого Шара, - сообщил Ланс, спрыгивая со стены.

- Надо же, как тебе повезло.

- А перед Шаром стоит мясорубка.

- И что?

- А передо мной стоит отмычка. Сейчас ее возьму и пойду Золотому Шару.

- А есть еще такая птица, - сообщила ему Кошка словами Шустрика. Называется Обломинго...

Он прыгнул. Кошка тоже, но недостаточно быстро. В миковских играх допускается физическое насилие - когда оно не переходит в мордобитье. Оно и не дошло. Ланс просто выкрутил руку Кошки, упираясь коленом в ее спину и разговаривая вполне доброжелательно, искал в карманах веревку.

- Нет, ты скажи, зачем вы, бабы, лезете в мужские игры? Ну играй в салоны, в ХИ, наконец, что ты сюда-то лезешь? А раз лезешь - терпи! - он повыше заломил кошкин локоть, она чуть не взвыла, хватанув губами пыль с земли. Отплевываясь, скосила взгляд:

- Ты всех баб так не любишь? Или только мне... честь такая?

- А ты что думала - всех умнее, да? - сказал он, почти касаясь губами ее уха. - Всех круче, да? Ты у меня на этой игре из мертвятника не вылезешь! Поняла?

Локоть пошел еще выше. Кошка поняла. Поняла только сейчас - плевать ему на Игру. Плевать ему на все - кроме нее и себя. Он и на Игру приехал, наверное, только из-за нее... Что-то доказать - ей, а в первую очередь себе...

И с силой выбросив через плечо руку, вцепилась когтями ему в шею.

Когда он наконец поднялся. Кошка стояла в трех шагах от него, сжимая в руке обломок кирпича. Ее трясло - от ярости и страха, - но пальцы впились так, что кирпич стал просто продолжением руки.

- Ну, - сказала она, едва шевеля онемевшими губами, - ну, иди сюда. Иди.

Пот и кровь с рассеченной брови стекали на глаза, но она старалась не моргать, потому что боялась пропустить, когда он шагнет вперед. От скачущего в горле сердца и хриплого дыхания он как будто качался, казался то ближе, то дальше... Он шагнул, и она сделала шаг в сторону - длинный осторожный стелющийся шаг, удивившись мимолетно, что подкашивающиеся ноги еще ее слушаются. Они кружили и кружили - Ланс говорил что-то, но Кошка уже не слушала и только повторяла тихо и неспешно, одним дыханием, словно гипнотизируя себя или его: иди, иди...

Ланс услышал первым. Его взгляд метнулся влево-вправо, он выпрямился, отступая и медленно выдохнул - облегченно? - Кошка, не веря, не спешила повернуть голову, но наконец услышала тоже. Шаги и голоса приближались из-за угла вывернули ее парни.