Грэйв - Диваныч Ватников

Ехали в сторону Таллина. Зинка долго сконфуженно молчала, виновато поглядывая на Макса в лобовое зеркало. Потом оттаяла и девчонки завели разговоры. Макс молчал, отговорившись тем, что он машину ведет. Разговаривать за рулем Макс действительно не любил, только изредка прислушивался. Девчонки почти позабыли про молчащего Макса и увлеченно пересказывали друг другу все те сплетни, которые не успели рассказать на работе. Основных городских сплетен было три — одна про то, что все-таки в Риге построят какие-то олимпийские объекты, бывшее русло Лиелупе, прекрасно подходит для соревнований всяких лодочников. Вторая — про джинсы, их выбрасывали в продажу уже повсеместно, даже в магазинах промтоваров, наверху наконец-то поняли потребности населения, и вся легкая промышленность СССР поголовно переходит на их изготовление по американской лицензии. Третья касалась скоростной стройки, новые спальные микрорайоны в ней росли как на дрожжах, чему было немало свидетелей, а по латвийской программе выступал сам первый секретарь Восс и клятвенно обещал к Олимпиаде каждой семье по благоустроенной квартире со всеми удобствами. Третью сплетню активно поддерживала первая — постоят потому, что в Ригу на Олимпиаду приедут иностранцы и надо им показать.

— Да, думал Макс, недолго осталось. Скоро большой шум поднимется. Пора удирать. Новые цеха в конце концов, ведь не закроют, готовые процессоры под каток не пустят. Мои месторождения геологи уже нашли, так что с этим сырьем у СССР проблем не будет, не то что у всех других. А я махну к себе, в Сибирь. Может, себя молодого там найду или кого из друзей, вероятность, конечно, очень маленькая, микроскопическая, но ведь есть люди, живущие в обоих мирах, мало, но есть. Буду оттуда прогресс двигать, клоны — штука, как оказалось, весьма полезная, и разума у них вполне хватает, а возможности грэйва такие, что сразу трудно было понять. Знал бы я о них раньше, может бы там, у себя, и устроил бы всё, как хотелось, и совершенно другими методами. Хотя, конечно, люди в целом здесь куда приятнее, да и многих неприятных переделать еще не поздно. Дети пока еще о космосе мечтают, а не о собственных заводах и пароходах. Фантасты еще больше о космосе пишут, а не о мире после катаклизмов.

Макс летел на пикник, скорее всего прощальный, так быстро, как только позволяла дорога, машина была абсолютно безопасна, а радаров Макс не боялся. Их пока мало, да если они и попадутся, все равно покажут лишь разрешенную скорость. Наличие идеального антирадара Максу не помогло — его все равно остановили на стационарном посту. Опытный взгляд инспектора на глазок определил значительное превышение, но предъявить Максу было нечего, так что все ограничилось лишь проверкой прав, талона нарушений, техпаспорта и доверенности на автомобиль. Инспектор даже не задал дурацкого вопроса «Куда едете», просто козырнул и пожелал счастливого пути.

Девчонкам нашлась новая тема для разговоров, и они даже не заметили, как Макс, свернув на лесную дорогу, въехал в окно временного портала, сделанное совершенно прозрачным. Дорога вывела прямо к морю. Грэйв неплохо поработал, здесь, в далеком прошлом, балтийское побережье было пустынным. Грэйв обустроил прекрасное местечко для отдыха радиусом пять километров, защитив его от местного дикого мира и силовым полем, и отвесными скалами, и непроходимой растительностью. Над этим анклавом туч не было запланировано, ветра Максу тоже не хотелось, не было здесь и живности, неприятной человеческому взгляду. Морское дно быстро понижалось, уступами, сначала по колено, затем по пояс, потом по горло, кристально чистая вода была подогрета до комфортной температуры. Скалы были далеко, за горизонтом, дорога по об стороны от портала была скопирована с земной, так что, если бы не сделанное по заказу дно, даже сам Макс не заметил бы никакого подвоха. Та же самая Юрмала, только совершенно пустынная.

На дюнах стояла беседка, слегка напоминавшая палубу древнего парусника, был даже простенький деревянный штурвал и небольшой колокол. В беседке был просторный квадратный стол с лавками. Всё из досок, старых, темных от времени. Девченки радостно завизжали и кинулись в беседку, крутить штурвал и бить в колокол. Макс дал им мощный бинокль, чтобы они совсем уж ощущали себя капитанами на мостике, понаблюдал, как они дурачатся, но присоединяться не стал. Макс разделся, одежду и обувь повесил на короткий плетеный заборчик, придуманный именно для подобных целей и принялся разгружать багажник. Девчонки тоже убежали со своими сумками за кусты переодеваться, но только Ленка и Юлька вернулись в купальниках, на Зинке все так же был сарафан.

— Вот незадача, сказала она, верх от купальника дома забыла. И что теперь мне делать, домой возвращаться? — грустно сказала она, но в глазах ее бегали чертики, уже хорошо знакомые Максу.

Ленка с Юлькой суетились, пытаясь обнаружить какой-нибудь подходящий кусок материи, из которого можно было бы соорудить Зинке недостающую часть туалета.

Зинка понаблюдала за их тщетными поисками, и спросила у Макса

— Тут точно никого нет? Ну тогда мне вроде стесняться некого, все свои — и Зинка быстро стянула сарафан.

Девчонки обалдели, Ленка даже слегка покраснела. Зинка достала из сумки покрывало, расстелила и легла загорать, победно поглядывая на подруг. Макс заметил в сумке Зинки знакомую тесемку и задумался.

— Что-то Зинка воду мутит. И уже давно. Ничего она не забывала, просто предъявляет подругам свои права на меня. Замуж больше не просится, но ведет себя так, как будто мы уже помолвлены. Вот всегда так. Чуть любовь начнется и сразу в ЗАГС.

Макс поставил большую пятиместную палатку. Брезент был тяжелым, пришлось потрудиться. С колышками помог грэйв, сухой песок их плохо держит. Макс достал из багажника и собрал рамку для автоматического вращения шампуров, пристроил ее у готового мангала из камней. В багажнике нашелся и большой бумажный мешок с древесными углями, конечно, не совсем подходящее для СССР семьдесят седьмого года вещество, но ждать, пока дрова прогорят в угли, Максу не хотелось. Кроме того, за дровами надо было сходить на полчасика в лес, изображая дровосека, там они, уже нарубленные, дожидались Макса аккуратной кучкой. Достав из багажника стаканы со свежесинтезированным соком, Макс пошел к девушкам спрашивать, не пора ли перекусить. Подойдя к ним, Макс чуть не выронил стаканы. Все трое лежали на зинкином покрывале, подставив спины солнцу, все были топлесс, все смотрели на Макса, ожидая реакции.

— Ба, да это бунт на корабле — сообразил Макс — Капитаншу пытаются столкнуть за борт.