Огонь на поражение (Атомный шантаж) - Сергей Кутергин

Быстрее всех из присутствующих среагировал на слова самый молодой - руководитель президентской предвыборной компании:

- Борис Николаевич, а давайте используем этих террористов в наших выборах? Представляете лозунг перед самым голосованием: "Оппозиция хочет свергнуть законную власть насильственным путем!" И какая разница, что там эти террористы хотят?..

- Сережа, ты у меня умный-умный, а дурак. А ты представляешь лозунг оппозиции "У президента воруют подлодки"? И так уж еле с третим сроком выкрутились, ты мне обещал, что все спокойно будет, а тут за два дня до выборов такое ЧП! Нет уж, наоборот, пусть никто об этом не знает. Министр печати здесь?

- Да, Борис Николаевич.

- Ты вот что, запрети всем центральным СМИ информацию об этом происшествии распространять. Пригрози там или еще что. Справишься?

- Конечно, Борис Николаевич, сразу после совещания разошлем директиву, что запрещается печатать любую информацию по мурманской области. Якобы для того, чтобы не мешать работе органов по спасению посла. Ну и частным образом намекну, чем грозит ослушание.

- Вот, Сережа, учись, как работать надо! А тебе другое задание раз ты у нас самый сладкоречивый, то бери министра иностранных дел и отправляйся беседовать с представителями Евросоюза. Согласятся на пожертвовать послом - ты им объясни ситуацию - памятник тебе золотой поставлю. А то, понимаешь...

Президент обвел взглядом всех присутствующих, обдумывая, о чем необходимо распорядиться прямо сейчас. Его взгляд остановился на Крылове, по-прежнему спокойно сидевшем на стуле у двери, а не за общим столом, как все:

- Алексей Васильевич, а что это за ребята, которыми ты мою охрану усилил?

- Люди генерала Гриценко.

- Да-да, помню, тот самый генерал-профессор, у которого никогда не бывает ошибок... Вроде бы он у нас как раз на терроризме специализируется?

- Да, Борис Николаевич.

- Вот пусть и отрабатывает те деньги, что на его институт затрачены. Как мы выяснили, никто ничего не знает. Так пусть он вылетает на место и разберется! Не справится - закроем его институт, а деньги лучше на пенсии пустим.

- Борис Николаевич, нельзя Гриценко это дело поручать! руководитель ФСБ даже подпрыгнул на стуле, выкрикивая эту фразу.

- Это еще почему, понимаешь? - президент недоуменно приподнял брови.

- Так ведь жулик он, сейчас финансовая проверка его института проходит, а вы его хотите в пограничную зону отправить. Да он наплюет на безопасность страны и к финнам удерет с наворованным. У нас ведь и других спецслужб хватает! А он... у него еще не так давно крупные неприятности были, перестрелка в городе!

- Хорошо, генерал,- ответил от дверей Крылов,- если вы так настаиваете, то мы можем поручить операцию по обезвреживанию террористов вашему ведомству. Только в случае неудачи вы своим постом ответите. Кстати, люди Гриценко еще ни одной операции не завалили, а какое у вас соотношение удач и провалов?

Нельзя сказать, что Крылов покровительствовал Гриценко. Их отношения были весьма сложными, хотя за те десять лет, что они были знакомы, эти отношения постепенно менялись от взаимной ненависти к взаимному уважению. Сперва Крылов подозревал, что институт Гриценко - это мыльный пузырь, призванный выкачивать деньги из правительства. И лишь спустя несколько лет сумел разглядеть в Гриценко человека, болеющего за страну более, чем за свой карман. А разглядев - поверил и в идею Института. И сейчас, когда в критической ситуации кто-то пытался нажить себе политический капитал, не думая совсем о стране, Крылов был резок.

Федерал, поняв, что пытаясь утопить другого, он чуть было не утопил самого себя, резко дал задний ход:

- Нет, конечно, раз люди Гриценко так успешно действуют, то заниматься подлодкой должны именно они. Я просто хотел сказать, что на месте должны присутствовать люди от всех силовых структур. А Гриценко пусть руководит, я не против.

- Значит, никто не против такого решения? Тогда вы,обратился президент к министрам-силовикам,- сообщите на место, что моим приказом Гриценко имеет право командовать всеми вашими людьми, если ему это надо для дела. Все, совещание закончено. Во сколько станет что-то известно о требованиях?

- В десять ноль семь,- первым успел подсказать руководитель ФСБ, стараясь загладить свой промах.

- Ну вот, в десять двадцать жду всех снова здесь! Сережа, а ты постарайся успеть до этого срока.

Президент, поднялся, давая понять, что совещание закончено. Его примеру последовали все остальные. Они с трудом скрывали радость на лицах. Президент никого не лишил поста, а ведь в начале совещания по незначительным признакам, которые улавливает любой хороший царедворец, казалось, что все идет именно к этому. Министры потянулись к выходу, на ходу обсуждая отданные распоряжения. Один Крылов опять поступил не как все. Он достал сотовый телефон и принялся набирать номер генерала Гриценко...

###

Баконин проснулся от того, что его настойчиво тряс за плечо Орлов. Взглянул на часы - ровно семь. Поспал, как и обещал Орлов, чуть больше сорока минут. Голова болела от недосыпа, а глаза норовили снова закрыться. Чтобы справиться со сном, Баконин поспешил вылезти из "Волги", в которой спал. Первые шаги дались с трудом - от неудобной позы ноги затекли.

Убедившись, что приятель более-менее пришел в себя, Орлов сказал:

- Извини, Петь, хотел дать поспать, но к тебе пришли.

Милиционер осмотрелся, стараясь понять, кому он мог потребоваться здесь. Кульного нигде не было видно, похоже, он ушел к своим бойцам. На крыльце радиорубки сидела врач Анечка в накинутой на плечи куртке Орлова - и именно по этой куртке Баконин понял, что теперь она не возражает, когда Орлов называет ее Анечкой. Недалеко же от крыльца стояли два человека и выжидательно смотрели на стоявших друг рядом с другом капитанов. Одного Баконин узнал сразу - это был сержант Саундов. А вот второй, в милицейской форме, был смутно знаком, но Баконин никак не мог сообразить, кто это. Ему пришлось несколько раз энергично покрутить головой, разминая шею и отгоняя остатки сна, прежде, чем он сообразил, что это младший сержант Тарасов, которого он самолично отправил вместе с Саундовым на поиски транспорта, на котором преступники добрались до верфи. Впервые он видел Тарасова без бронежилета и подивился несоответствию круглого лица и тощего тела. В бронежилете тот казался как-то более гармонично сложенным, хотя и излишне пухлым.

- Да, слушаю.

Голос спросонья звyчал глухо, и Баконин непроизвольно откашлялся. Сержанты переглянулись, Саундов смущенно отвел глаза. И Тарасов, хоть и был младше по званию, принялся докладывать:

- Товарищ капитан, мы обследовали место стоянки и обнаружили много интересного! Они оставили машины километрах в трех от верфи, на бездорожье. Приехали на семи машинах, уехали на шести, одну во время боя удалось уничтожить. Правда они скинули то, что от нее осталось, в море, поэтому пока трудно сказать что-нибудь точно про их транспорт. Но я замерил межколесные расстоянья, у всех одинаковые, но не соответствуют соответствующим расстояниям отечественных машин. Так что они наверняка приехали на иномарках. И в сторону базы сначала ушло не более двадцати человек. И лишь много позже - еще около десяти - скорей всего заложники,- быстрый взгляд в сторону Саундова, и Баконин понял причину смущения моряка - морпех проиграл бой, имея более чем двухкратный перевес.На территорию базы они проникали в разных местах, небольшими группами. А после угона лодки машины уехали. Там только один труп остался. И это его не пехотинцы убили, а свои. Вам стоит посмотреть.