Повелитель драконов Мистары - Торарин Гуннарссон

После часа езды, хотя и не такой быстрой, как раньше, они снова очутились там, где они были, когда ударила первая молния, предупреждая их о ветрах. А еще через час они в первый раз пересекли границу Земли Черных Песков. По мере приближения к границе степная трава становилась короче, бледнее и суше, как если бы ужасное влияние со стороны песков старалось убить любую жизнь, которая осмеливалась приблизиться к ним. Братья-Яки, по дороге поедавшие целые пригорошни травы и любых полевых цветов, с презрением отказались от этого пастбища. Тут же, на расстоянии менее ста ярдов, трава уступила место унылым, черно-серым пескам. Когда последний желтый клочек травы остался позади,вокруг не было видно ни малейшего признака жизни.

- Двенадцать миль до подножия горы. Мы не будем подниматься на нее ночью, - объявил Рогатая Голова. Он, единственный из всех трех, иногда что-то говорил. - Мы подождем до утра. Подъем на гору и спуск занимают весь день, и вам нельзя быть там ночью.

Когда они вошли в Землю Черных Песков, над ними тут-же навис неприятный покров из черных туч, как бы грозивший им чем-то ужасным. Здесь не было красок,огромные зазубренные скалы поднимались подобно черным островам из моря песка и пыли лишь немногим ниже черного неба. Молнии продолжали сверкать, освещая облака или ударяя в землю, иногда весьма близко от них, но Братья-Яки не обращали на них внимание, как если бы само их присутствие было достаточной защитой от любых опасностей. Тельвин заметил с некоторым интересом, что как бы близко не ударила молния, он не слышал ничего, кроме негромкого шипения. Холодный, промозглый ветер не прекращался,гоняя песок и грязь между дюнами.

По меньшей мере Черный Песок был достаточно тверд, и лошади сравнительно легко скакали по нему. Первый раз, когда они остановились, чтобы дать отдохнуть своим животным, Тельвин обнаружил, что песок становился очень сыпучий, сухой и вообще предательский, стоило ему отойти на несколько ярдов в сторону от группы. Было ясно, что Братья-Яки используют все свои магические силы, чтоб сделать их путешествие как быстрым, так и легким.

Поначалу они проезжали только над низкими холмами черного песка. Затем появились камни. Поначалу небольшие, с зазубренными краями, они только немного поднимали свои головы из песка, но уже через пару миль появились огромные валуны, которые нависали над лошадями. Эти огромные камни были абсолютно черны и как-то странно тусклы, с большим количеством острых, обломанных граней. Они напомнили Тельвину обсидан и другие вулканические камни, которые он видел в Провале Торкина. Он представил себе, как какая-то невидимая сила заставляет эти камни появляться из песка, давя на них из-под земли, и они начинают вылезать наружу, но пока еще наполовину погребены в песке.

Это привело Тельвина к устрашившей его мысли. Он с трудом мог себе представить сырую магию в такой концентрации, что она могла сжечь мили открытой земли до основания, плавя даже камень. И тем не менее именно так и было здесь, вызванное магическими дымом и грязью, оставшимися после взрыва старинного устройства Блэкмура. Теперь он мог понять, как волшебники Блэкмура почти уничтожили мир. И если он действительно потомок этой старинной расы, ничего удивительного, что драконы, живущие века и обладающие долгой памятью, так ненавидят его род. Для них события, произошедшие двадцать пять столетий назад, то же, что для него позавчера. Он понял, наконец, почему так опасно говорить о его возможном происхождении кому бы то ни было, и решил больше никогда не упоминать об этом любому, кроме его компаньонов.

В полдень Сэр Джордж попросил Братьев-Яков дать им несколько минут отдохнуть, хотя бы ради лошадей, если не людей. Эта замечательная троица шла убийственным шагом. Три духа оглянулись, затем встали так, чтобы защищать отдыхавших компаньонов. Сэр Джордж почувствовал себя вынужденным, пока остальные торопливо ели, предложить их трем стражам хоть что нибудь, даже если это было зерно, запасенное для лошадей. Братья-Яки вежливо отказались, хотя были видно, что они были бы не прочь.

- Они говорят, что нам понадобиться все наши запасы в последующие дни, - объяснил он,присоединившись к остальным. - Я подозреваю, что по своей природе они вообще не нуждаются в еде.

- Они всегда так надменны? - осторожно спросил Перрантин, стараясь чтобы духи его не услышали.

- На самом деле они довольно тупы и сварливы, - сказал ему Сэр Джордж. - По всей видимости они решили, что такое поведение важно, или даже небходимо, когда имеешь дело с Этенгардом. Я думаю, что поскольку мы иностранцы и довольно много знаем о магии и магических существах, такое поведение по отношению к нам не делает им чести.

- Как они обычно выглядят? - спросил Перрантин, не в силах сдержать свое любопытство.

- Когда их призывают служить шаману Этенгара, их нужно постоянно отрывать от пастбища, особенно если есть цветы, которые они очень любят, и их нужно постоянно погонять подобно животным, или они стараются забыть, для чего их призвали. И, насколько я помню, у них также есть неодолимая тяга к тасканию повозок.

Сольвейг с трудом удержалась от смеха.

- Вы должны помнить, что этенгардцы глядят на магию и магические существа, как шаманы, - продолжал Сэр Джордж. - С их точки зрения все в мире служит выражением чего-то. Согласно их философии, простые,знакомые вещи являются символами более сложных и все это для того, чтобы их можно было легче понять. Духи также приспосабливают свой внешний вид и свое поведение, чтобы быть более понятными этим людям.

Если Братья-Яки действительно воины во враждебной стране, то они распоряжаются силами, вполне достаточными чтобы устрашить их врагов. За их продвижением наблюдало много глаз, Тельвин был уверен в этом. Во время скачки он часто ощущал присутствие чего-то чужого совсем близко от себя, напряженного и готового к атаке, и тем не менее не осмеливающегося на это. Черные облака с молниями не уменьшились за день, но наоборот стали еще чернее и тяжелее, когда они приблизились вплотную к Горе Мира.

Гора Мира была довольно скромной высоты по сравнению с великими вершинами севера, поднимаясь не больше, чем на три-четыре или тысячи футов над черной равниной, хотя казалась, что она невероятно высока, так как она высилась одна над гладкой степью. Последнюю пару дней Тельвин предвкушал, как они подъезжают к ней, наблюдая, как гора постепенно вырастает перед ним. А сейчас большая часть горы была скрыта черными тучами.Даже большая часть ее нижних откосов терялась в дымке и тумане. Они осознали, что начали карабкаться в гору только тогда, когда земля начала подниматься под ними где-то после полудня, становясь более крутой и даже более каменистой, чем раньше.