Поле вероятности - Наталья Литвинова

— Аристокл Виндеконд сейчас не сможет быть, он занят, тем более что он уже вас опознал, но с Игулом Виндекондом — его двоюродным братом мы можем устроить встречу, — проговорил адвокат, переглянувшись со следователем

— Да, конечно, — согласился тот.

Клейто — два заволновалась

— Надеюсь, господин следователь, расследование не затянется на неопределённый срок? Дело в том, что скоро мне предстоит покинуть Марс. Билеты на Землю уже куплены. Так может, не стоит тащить сюда Игула Виндеконда, ведь, итак всё ясно.

"Это немыслимо! — возмущалась про себя Клейто, испепеляющее глядя на Марка".

— Не беспокойтесь, госпожа Виндеконд, следствие разберётся в кратчайший срок и второй свидетель нам только поможет.

— Да, хотелось бы.

Клейто убивала такая разительная перемена, произошедшая с Марком.

Несмотря на кажущуюся поспешность, Игула привели лишь через неделю. Неживой, тусклый взгляд Игула удивил Клейто не меньше, чем убийственное поведение Марка. Так, что же тут произошло за эти пять лет? Клейто рисовала в своём воображении неутешительные картины и рисковала пребывать в неведении ещё лет несколько. Обрести свободу, для неё стало первейшей задачей, на грани отчаяния.

На вопрос о том, узнаёт ли Игул Марка, тот ответил утвердительно, и даже задал вопрос:

— Где ты был все эти годы?

Клейто безнадёжно опустила голову. Ей самой хотелось бы об этом знать. Но вдруг, она подумала: наверняка Игул думает, что перед ним сейчас сидит Айна. Ведь это её сознание вместе с телом Марка исчезло тогда — десятого августа. А теперь оно вдруг появилось. Понятно, что в данный момент он не собирается афишировать этот факт и по обыкновению играет на публику. Но, если тело Айны сейчас в клинике для душевнобольных, то Игул запросто может подумать, что видит настоящего Марка, а в клинике находится настоящая Айна. Тогда, кто была Клейто — два? Из стопора мыслей её вывел ещё один вопрос Игула:

— Как ты себя чувствуешь?

Это была подсказка. Нет сомнения, он думает, что перед ним Айна.

— Он будет лжесвидетельствовать, — вместо ответа выпалила Клейто.

Брови Игула чуть приподнялись.

— У него есть для этого основания? — спросил заинтересованно адвокат.

— Конечно. Помнится, я ударил его.

Глаза Игула поползли вверх. Но адвокат вдруг заговорил:

— Я думаю, это не поможет нашему следствию.

— Нет, постойте, — перебил его следователь, — это так, господин Виндеконд?

— Да, было дело однажды, — ответил Игул, сверля Клейто глазами, — и что с того?

"Теперь он точно думает, что она это Марк", — подумала Клейто и вцепилась:

— Я понимаю, это слабая причина, для того, чтобы говорить неправду, но спросите его, где это происходило.

Игул со злорадством, взглянул на неё, позабыв, что за его реакцией внимательно наблюдают и адвокат, и следователь.

— Вам нет смысла лгать, господин Виндеконд, — поддержал Клейто адвокат.

Словно взъерошенный петух Игул произнёс:

— Ну, хорошо, я скажу, но только за это я уже отсидел. Мы проводили испытания в одной из наших лабораторий, и господину Соло не понравилось моё высказывание в адрес его внешности. Он вёл себя словно подросток, которого уязвили.

— О какой лаборатории идёт речь? — заинтересованно произнёс следователь.

— Можно его не спрашивать, господин следователь, он опять продолжает лжесвидетельствовать, — вставила вдруг Клейто.

Брови Игула вновь медленно поползли вверх.

— Но, я напомню ему, где это происходило.

Клейто поймала взгляд Игула и старалась держать его в мысленном потоке.

— Это происходило во дворце "Прогресс" в три тысячи сто восемнадцатом году. Мы с ним повстречались у дверей мини лаборатории Аристокла Виндеконда, во дворце "Прогресс". В остальном, господин Виндеконд не врал, когда говорил, что обозвал меня парнокопытным рогатым животным, за что и получил по заслугам.

Наконец, Игул приобрёл осмысленный взгляд, а его щёки, как и в давние времена, заполыхали огнём

— Так было, Игул? — поспешила спросить Клейто, не доверяя следователю.

— Игул медленно ответил:

— А кое-кто попытался окрасить меня в голубой цвет?

Они не сводили друг с друга завороженных глаз, и Клейто с облегчением откинулась на спинку кресла. На всякий случай она добавила:

— Я имел в виду вашу тесную дружбу с Архиватом Апек.

— Теперь, когда вас, господин Виндеконд уличили в лжесвидетельстве, надеюсь, вы станете говорить правду и только правду?

— Да, конечно, господин следователь. Я всё скажу, как есть.

Теперь Игул был бодрым и оживлённым и глаза его были не столь тусклыми, как в самом начале. Минуту он напряжённо соображал, а после выдал подробнейший рассказ.

— Пять лет назад, ясным утром десятого августа в моей лаборатории раздался сигнал видеофона. Звонил Архиват и просил срочно собираться в Эймос. Он беспокоился о своей бывшей жене Клейто. Когда мы приехали в Эймос, то обнаружили вопиющие нарушения техники безопасности при использовании электроприборов. Марк Соло, как известно, занимался испытаниями шаровых молний, для применения их на практике.

Клейто искоса взглянула на следователя и отдалась воле Господа. Тем временем, Игул продолжал:

— Асинхронные токи, проходящие по жидкому проводнику на минимально короткое время, вызывали индукционные колебания, подобно сверхнизким токам. Их излучение давно изучено, но воздействие на мозг несёт несколько негативный характер. Как известно, шаровая молния, имеется в виду искусственная…

Мечтательно подняв к верху глаза, Игул настроился на долгий рассказ, но следователь, деликатно кашлянув, перебил его:

— Значит, вы, как специалист утверждаете, что Марк Соло нарушил технику безопасности при использовании электроприборов, что и привело к телесному и умственному повреждению людей.

— Что касается телесных, то я лично видел этих женщин, находящихся без чувств некоторое время, потом они пришли в себя, и тому есть куча свидетелей. Теперь на счёт Айны Перкинс. Своё заключение, уже после того, как она родила, дал доктор Мысский, а до этого она вела себя вполне адекватно. Впрочем, об этом вам может поведать сам доктор.

"Похоже, Игул сделал всё возможное. Да, воздаст ему Бог, — думала Клейто, вот только что скажет судья?"

Суд состоялся через два дня. По сути, на нём присутствовал тот же состав, что и накануне, добавились лишь присяжные заседатели и адвокат от заявителя. Сам заявитель, а им, оказывается, был сам Аристокл Виндеконд, на заседании отсутствовал. Заседание шло ровно час. После судья зачитал обвинительный приговор, где Марку Соло вменялось заплатить штраф размером стоимости одной лаборатории, которая уже давно перешла в руки его бывшей жены Клейто Виндеконд.