Посланец небес - Михаил Ахманов

Тревельян бесшумно проник в холл и стал подниматься по лестнице.

«Времена изменились, дед. Нарушение устава ФРИК не влечет ни наказания, ни дисквалификации. Ему подчиняются добровольно, и каждый вправе расторгнуть договор».

«Тогда это не устав, а пособие по ловле блох!» – возмутился командор, но Тревельян, не слушая его, юркнул в дверь своих покоев. Китти-Катахна вздохнула, повернула к нему свое личико и улыбнулась во сне.

Они сидели в библиотеке, под которую была отведена половина третьего этажа. Библиотека была совсем не такой, как во дворце Раббана, правителя Северного Этланда, – никаких чучел, рогов и звериных голов, да и площадь двухсветного высокого зала побольше в десять раз. В то же время вид такого количества полок, заставленных крупными и мелкими томами, ларцами и шкатулками со свитками и тонкими пластинами из дерева и бронзы, был Тревельяну непривычен; в его понятиях библиотека являлась голографическим экраном перед мягким креслом. Конечно, как специалист по гуманоидным культурам, он видел древние библиотеки на Земле, но в состоянии консервации – книги и прочие раритеты хранились в стасис-контейнерах, в залах с аргоновой атмосферой, а все их страницы, вплоть до мельчайшего чернильного пятна, были давно скопированы и уложены в компьютерную память. Те библиотеки были мертвыми, застывшими в своих аргоновых гробницах, а эта, принадлежавшая Уго-Тасми, живой; к каждой книге можно прикоснуться, взять ее в руки, перенести на стол, раскрыть… И книг было такое множество!

– Почти четырнадцать тысяч томов, – с гордостью сказал хозяин. – У меня есть редчайшие рукописи… «Странствие на север» Токот-Преги, возраст двенадцать веков, в ту пору Рингвар, Пейтаха и Ониндо-Ро еще не были заселены… «Сказание о владыках Архипелага», повесть тех времен, когда в Семи Провинциях еще не знали о Жемчужном море… Есть даже «Песни птицы ках»! Ты их знаешь, Тен-Урхи?

– Разумеется, – кивнул Тревельян, – разумеется. И с этими «Песнями» знаком, и с двумя другими манускриптами, которые ты назвал. – Подняв руку, он погладил дремавшего на плече Грея. – Я согласен с тобой, это настоящие редкости!

В глазах Уго-Тасми сверкнула ирония.

– И с тем знаком, и с этим… Удивительно! Клянусь Тремя, ты очень образованный рапсод!

– А ты очень образованный солеторговец, – отпарировал Тревельян. – И потому я расскажу одну историю, которая будет понятна только тебе. Тебе, и только тебе на всем огромном Осиере… – Он сделал паузу, не спуская взгляда с Уго-Тасми. – Жил на одной далекой звезде человек, избравший работу… ну, скажем, наставника. Только наставлял он не двух-трех учеников, а целые племена и народы, обитавшие у других звезд и не столь могущественные, как люди его родного мира, поэтому был он воистину посланцем небес. Случилось так, что он попал сюда, на Осиер, и здесь ему весьма понравилось, и решил он бросить прежнее свое занятие, найти какой-нибудь промысел, дающий почет и богатство, и жить тут в свое удовольствие. Что касается богатства и почета, то добиться их было несложно, ведь этот посланец небес умел превращать в золотые монеты камень, руду или, к примеру, соль. Вот с жизнью оказалось тяжелее… Дело в том, что люди на его звезде жили долго и сохраняли силы молодости едва ли не до последних своих дней, но для этого им приходилось становиться под волшебный дождик. Так, иногда, время от времени… Дряхлеть и умирать тому человеку не хотелось, и он утащил с собой ведро с волшебной водицей, а может быть, целую бочку или цистерну… может, что-то еще прихватил, не менее волшебное… В общем, стал он богат и купил себе остров, назвав его Ньорком, потому что родился в Нью-Йорке, а имя выбрал себе Уго-Тасми, похожее на Хьюго Тасмана. И жил он на Осиере целых пятьдесят лет, а чтобы не удивлялись его долголетию, превращался из деда в отца, из отца в сына, пока, наконец…

– …не встретил другого посланца небес! – рассмеявшись, сказал Тасман. Он ничуть не выглядел обескураженным, даже наоборот – в его глазах плясали искорки веселья. – Если бы ты знал, сколько хлопот мне доставляют превращения! Временами хочется прикончить Уго-Тасми, торговца солью, и сделаться Хуг-Тасом, владельцем ковровых мастерских… Ну, с этим можно еще не торопиться. – Он хлопнул ладонью по колену и спросил: – Когда ты догадался?

– Заподозрил, скажем так. Когда услышал имена девушек и увидел твою усадьбу. Прошлое не отпускает, а, Тасман?

Его собеседник кивнул, пригасив улыбку.

– Да. Пятьдесят лет срок изрядный, и я уже наполовину осиерец, но другая половина все еще оттуда, с Земли… – Лицо Тасмана стало задумчивым. – Как тебя зовут, Тен-Урхи?

– Ивар Тревельян, наблюдатель Фонда, социоксенолог.

– Не помню такого. Сколько тебе лет?

– Тридцать восемь.

– Ты совсем молод… Мне было сорок два, когда я тут застрял. Я прожил на Осиере долго и проживу еще дольше… Мне тут нравится, Ивар.

– Не хочешь улететь со мной?

– Не могу.

– Не можешь? – Тревельян удивленно нахмурился. – Я понимаю, не хочешь… Но почему не можешь?

– Потому, что все было совсем не так, как в придуманной тобой истории. Отдаю должное твоему воображению, однако… Однако есть вещи, Ивар, о которых лучше тебе не знать. – Тасман поднялся, прошел от стены к стене, оглядел полки с ларцами и книгами и резко сменил тему: – Как предполагалось, Фонд выждал половину века и прислал наблюдателя. Тебя. Ты должен проверить действие последнего эстапа? Эстапа Гайтлера, внедренного через Дартаха из Экбо?

– Да, именно так.

– Вот что я тебе скажу, Ивар: убирайся отсюда и с чистой совестью садись за отчет. Результаты у нас нулевые. – Тасман вперил взгляд в одну из шкатулок, что была инкрустирована серебром и перламутром. Затем поинтересовался: – Что с моими коллегами – с теми, из нашей группы? Кроме них, у меня не осталось близких на Земле.

– Гайтлер умер.

Голова Тасмана печально поникла.

– Да, конечно… Курт был уже очень стар…

– Колесников и Сойер живы и благополучны. Сойеру я сдавал экзамен. Шестнадцать лет назад, в Академии.

– Они ничего не знали… – медленно и будто бы сам для себя промолвил Тасман. – Ровным счетом ничего…

– Не знали о чем? – спросил Тревельян, но не дождался ответа. Эти полунамеки начали его раздражать. Конечно, Тасман, проведя здесь много лет, лучше ориентировался в ситуации, но это еще не повод, чтобы изгонять с планеты его, Тревельяна, полномочного эмиссара ФРИК! Во всяком случае, если предложено убираться, то должны быть хоть какие-то объяснения. Не намеки и даже не гипотезы, а точные данные! Либо Тасман выяснил, отчего эстапы тонут здесь, как камни в трясине, либо нет, но ту или другую ситуацию надо ясно обозначить. Тем более что…