Долина - Иржи Чигарж

Наше сообщение, весьма скупое на описание подробностей, в первый момент вызвало сенсацию, а вслед за тем острую полемику. Один научно-популярный журнал выступил с нападками на нас, утверждая, будто все, нами изложенное, - не что иное, как чистый вымысел, мистификация, на худой конец, неудачная шутка. Но шум вокруг нашего открытия быстро утих: началась война, иные, более важные и первоочередные проблемы вытеснили научную дискуссию.

Мы вновь направились в долину спустя семь лет. Нас было трое: я и два моих ассистента, остальные должны приехать через два дня. Ими руководит врач - единственный, кроме меня, участник предыдущей, предвоенной, экспедиции.

Я с трудом дождался момента, когда джип по непролазной дороге перевалил через последний горный хребет. Привал сделали на том же плато, где когда-то мы с отцом разбили лагерь. Выйдя из машины, я окинул взглядом долину. "Ее не узнать", - подумал я. Озеро уменьшилось почти вдвое, берега заросли растительностью, в самой высокой скале чернело глубокое отверстие - словно из нее вырвался необузданный фонтан воды, сметая все вокруг. Внизу, у озера, виднелись какие-то развалюхи из ржавого железа. По берегу тянулись остатки колючей проволоки, а на скале возвышалась скособочившаяся деревянная сторожевая вышка.

- Вот так новость! С исследованиями все кончено! - сказал я в сердцах. - Напрасно мы здесь расположились.

Мы спустились к озеру. Цвет воды в нем не изменился, но само озеро стало гораздо меньше. На поверхности воды, это было заметно даже с берега, вскипали пузырьки. Когда я наклонился, намереваясь рукой определить температуру воды, у меня закружилась голова.

- В воде явно содержится сероводород и другие газы. Они поступают сюда из глубокого ущелья напротив. Но Голов я не вижу. А раньше они находились именно в том месте, где мы сейчас стоим, - я показал на поросший травой и цветами склон.

- Не все потеряно, Мартин, - прервал мои сетования Гонза. Посмотрите-ка на тот камень!

И в самом деле - на камне виднелся едва заметный сероватый слизистый налет. Позднее такой же налет встречался нам и в других местах вдоль берега.

- Сбегай в лагерь за реактивами, Владя, - послал я младшего ассистента. - Да прихвати парочку бутылок для сбора воды. Рассмотрим-ка все это под микроскопом. Может, в озере еще остались зародыши Голов.

Владя возвратился навьюченный, как верблюд. Он приволок не только реактивы, фляжки, фиксаторы и цилиндр для сбора планктона, но и стол с микроскопом. Импровизированную лабораторию мы собрали прямо на берегу. А через несколько минут Гонза исследовал химический состав воды, я же уткнулся в микроскоп, рассматривая слизистый налет. Не успел я хорошенько навести фокус, как услышал голос Гонзы:

- Похоже, что состав воды тот же. Ничего не изменилось, так бы я сказал.

А вскоре под микроскопом я ясно уловил движение. Палочки бактерий, вот они и сгруппировались! Первая и вторая стадии возникновения Голов! Значит, они существуют!

Мы тщательно обследовали все южное побережье озера, но Голов нигде не было. В одной крошечной мелкой заводи между двумя заболоченными участками почвы наткнулись на обилие слизи. Мне это напомнило место, где из слизистых комьев возникали крохотные Головки.

Наконец мы добрались до ущелья в скале. Здесь нам во всей полноте открылась картина катастрофы: по всему краю некогда невысокого каньона зияли глубокие воронки. Тут явно кто-то похозяйничал! Скорее всего разбой произошел несколько лет назад. Скала поросла зеленовато-седым лишайником и мхом, а ущелье покрылось сочной высокогорной травой. Только в самом низу, почти вплотную к озеру, куда просачивались газы, почва оставалась голой. Острые камни - видимо, вырванные взрывом обломки скалы - лежали словно обнаженные тела. Но настоящее опустошение царило наверху. Под крутой скалой проход сужался, в некоторых местах он был не более полутора метров. Как только я заметил этот участок, в моей голове зародился план. Правда, до поры до времени я о нем и словом не обмолвился. Только вечером когда мы разбили палатку и развели костер, мне стала ясна дальнейшая программа действий.

- Послезавтра сюда прибудут остальные, - задумчиво произнес Гонза. То-то они огорчатся! Столько планов! Какое варварство - уничтожить уникальную форму жизни!

- Знаете что, друзья, - начал я, - а не завалить ли нам ущелье камнями, чтобы вновь образовалась запруда, в которой собирался бы газ? Чем не условия для появления Голов? Если нам удастся замуровать эту дыру в скале, у Голов появится необходимая жизненная среда!

- Здорово придумано, - вскочил Владя, но тут же добавил: - На это уйдет уйма времени, а в нашем распоряжении один-единственный месяц.

- Ты забываешь, что через день сюда прибудут полтора десятка новых работников. Разве они не помогут нам?

Следующие два дня с утра до вечера мы не знали отдыха. Снова и снова обшаривали каждый метр поверхности вдоль берега. Напрасно. Ни следа Голов. Отбирая и исследуя пробы воды и слизи, мы обдумывали, как лучше провести защитные мероприятия. Наконец на перевале появились три вездехода, груженные провиантом, и члены экспедиции. В нескольких словах я обрисовал картину бедствия, постигшего долину, и предложил план ее восстановления.

Если не считать врача, вся группа состояла из молодежи. Они с энтузиазмом согласились с нашим предложением: ведь от этого зависит судьба редчайших организмов, некогда обитавших на Земле. Когда мы расселись вокруг костра, вперед выступил наш доктор.

- Я могу рассказать, что здесь произошло, - печально начал он.

Мы все только рты пооткрывали от удивления.

- Значит, ты был в курсе, доктор? Когда же тебе это стало известно? не сдержался я.

- Ты ведь понимаешь, что, когда мы прилетели, необходимо было выполнить кое-какие формальности, обменять деньги, закупить провизию. И знаешь, кого я там встретил? Бывшего пилота вертолета, помнишь? Мы разговорились о том, о сем, и мне бросилось в глаза, что он от меня что-то утаивает. Стоило мне завести речь о долине, как он переводил разговор на другую тему, юлил, недоговаривал. И только за ужином, когда я напоил его так, что язык у него развязался, удалось выудить из него все.

- Что он рассказал? Не томите, доктор, - раздались голоса.

- Видите ли, я предполагал худшее. Пилот сказал, будто уничтожена вся долина, ни одного "гриба", ни капли воды не осталось. Но все же долину не удалось начисто смести с лица земли. А во всем виноват этот проходимец. Ты ведь помнишь, Мартин, дело было перед самой войной. Раззвонил он о долине, так что и до оккупантов в конце концов дошли слухи. Когда они стали допытываться - а они умели это делать! - он не только рассказал обо всем, но и показал дорогу.