Знак Змееносца - Ватутин Алексеевич

   В общем, молча и про себя, я уже начал разделять мысль Луция, что мне не плохо бы показаться хорошему врачу, тем более, что за это не возьмут денег, которых у меня нет. В городе удалось выяснить, что меня списали, как погибшего, в рядах гладиаторов, и, так как родственников, ни близких ни далёких, на Аттолане у меня и быть не могло, весь мой гонорар с телешоу перевели на счёт Министерства Обороны. Луций тоже не смог воспользоваться своими деньгами, так как, хоть и числился без вести пропавшим, попыткой манипуляций с банковским счётом, официально подтвердил бы себя дезертиром, и был бы объявлен в розыск.

   Все обрывочные воспоминания о моей родной планете, почему-то не вызывали у меня ни малейших ностальгических чувств. Напротив, то, что я вспомнил из событий на Аттолане, казалось мне более важным и интересным, не смотря на то, что это были в основном жуткие картины боя, насилия и смерти. Но и это не волновало меня особенно.

   Просто грудь, иногда сдавливал какой-то внутренний спазм, напоминающий рыдание.

   Я поймал себя на мысли, что мне жутко и одиноко... словно я не могу проснуться... Когда происходит страшное -- мне не страшно. Когда всё спокойно -- я начинаю психовать и нервничать... кажется я, флуктуация...

   А ещё, у меня есть одна психологическая проблема -- я всех люблю, но считаю ниже себя... причём, без гордыни: чисто по способностям. Что бы это могло быть? Посттравматический синдром? Или умопомешательство?

   Ночами мне снится странная черноволосая женщина -- она безумно красива! Есть в её красоте что-то нереальное, словно она творение рук художника... хотя, она реальна, как ни что вокруг: осязаема и материальна. Но от неё исходит агрессия и боль. Её глаза сверкают в тусклом свете синими бликами. Хочется её обнять, защитить -- но только я протягиваю руки, она исчезает... Благо хоть до сексуальных сцен не доходит, -- я всё же в гостях... сказывается жизнь в военном гарнизоне, долгие недели на корабле и эта кошмарная тюрьма... этот гул... эти смерти...

   А ещё и улитки...

   Вчера начал играть в игровую приставку маленького Эзопа -- там были истребители... За тринадцать минут я набрал рекордное количество очков, под восторженный и завистливый взгляд маленького Эзопа. Я вспомнил, правда: я был пилотом. Я люблю управлять летающими объектами и защищать свою целостность... не знаю... мне невыразимо тяжело, но, в то же время я чувствую некоторую силу своего пофигизма...

   Всё -- доктор идёт... Я сделал вид, что сплю...

   -- Ну-с... молодой человек! -- лицо с видео-имплантом вместо глаза и татуировки, МСВ по всей левой части, склонилось надо мной.

   -- Так... и здесь... хорошо... отлично...

   Он обернулся.

   -- Луц! -- позвал он.

   -- Да... -- ответил голос моего провожатого.

   -- Он не мутант, часом? Или клон, может быть, какой-то? -- он говорил, словно я здесь отсутствовал.

   -- Землюк он, Карл, -- Луций зевнул, -- а что там у него не так?

   -- Конфиг твою мать! -- Карл хмыкнул, -- изменения на уровне генотипа, да такие, что я понять не могу.

   -- Что такое? Выключи три дэ, ребёнка разбудишь.

   -- У нормальных людей набор из двадцати трёх диплоидов -- сорок шесть хромосом. У этого твоего парня, двадцать шесть пар! Луц! Ты где его нашел?

   -- Да говорил же тебе, -- Луций застегнул ширинку, -- служили мы с ним, в отряде "гамма", ё...

   -- Ты говоришь, его титан раздавил ногой?

   -- Тихо-тихо, зая моя, -- шепчет Изольда Эзопу...

   -- Да -- одним пальцем... а потом он встал и пошёл... Может болван просто промахнулся? Или передумал в последний момент? У них бывает такое...

(Интерлюдия из

XX

-го века. Тень

Б

ашни)

   А теперь, уважаемый мой читатель, вернёмся с Аттолана на Землю. В то самое время, когда окончились описанные события в "Храме Театра".

   Да простит меня торопящийся читатель, и возблагодарит пытливый: нужно будет немного описать то место, куда мы попадём, согласно той нити плетения судеб и событий, о которых идёт наш рассказ. Буду максимально краток, дабы не навлечь на себя термин тех лет -- "грузево".

   Да, признаюсь с самого начала, что и это место, в Москве, так же довольно необычно, с точки зрения простого обывателя, и, даже с точки зрения нашего повествования. Информации об этом месте достаточно много, так что мы ограничимся лишь общими сведениями, чтоб было понятно, почему события, происходящие тут в данное время, происходили тут, и в данное время (да простит меня редактор).

   Если бы мы знали технологии древних, то могли бы зажмуриться и очутиться именно в том месте, в то время. Это на тот момент, была станция городского метрополитена, носящее имя "Сухаревская", как и площадь со сквером.

   При советской империи, это место было переименовано в "Колхозную", (как и станция) но, после падения вышеуказанной империи, здесь вернули прежнее название.

   Если "копнуть", как выражаются археологи, глубже, то выяснилось бы многое. Но копать очень глубоко мы не станем, так как в этом нет особой необходимости. Единственное, что можно отметить, что в этом месте, так же есть стык "линий Леи", некоторый геологический разлом, на большой глубине, и, восходящий поток энергетических полей третьего порядка.

   Своё название, данное место получило в 1692 - 95 годах, когда на месте старых деревянных Сретенских ворот Земляного города (на пересечении Садового кольца и улицы Сретенка) была построена Сухаревская башня.

   Башня была сооружена по инициативе Петра I по проекту М. И. Чоглокова. Название получила в честь Лаврентия Сухарева, чей стрелецкий полк в конце XVII века охранял Сретенские ворота. В 1689 году Пётр I бежал, спасаясь от своей сестры, царевны Софьи в Сергиеву лавру. При этом полк Сухарева встал на защиту наследника Петра. В благодарность царь приказал построить на месте старых ворот, новые: каменные с часами.

   В 1698--1701 годах ворота были перестроены в том виде, в котором они и дошли до начала XX века, с высокой, увенчанной шатром башней в центре, напоминающей чем-то Биг Бен. Существует предание, что в рапирной (фехтовальной) зале на верху Сухаревой башни проходили заседания секретного "Нептунова" общества под председательством Ф. Лефорта и Я. Брюса, прозванного "колдуном с Сухаревой башни".

   Яков Вилимович Брюс (при рождении Джеймс Дэниэл Брюс), был фигурой загадочной, и, далеко не однозначной. Он был уважаем при дворе Петра, почти так же, как его ближайший соратник, Меньшиков. Брюс утверждал, что является потомком шотландских королей, которые принимали участие в крестовых походах. Якобы, оттуда была привезена, некая "чёрная скрижаль", чудом уцелевший, после пожара в александрийской библиотеке, трактат, содержащий в себе обрывки древних сакральных знаний, почерпнутых в одной из книг некоего "неизвестного", состоящего в ордене "Девяти Неизвестных Хранителей". Этот орден основал сам древнеиндийский царь Ашока Великий, для сохранности знаний древних высокоразвитых цивилизаций от неправильного использования. Орден развивался, и в последствии стал иметь двенадцать Хранителей.