Босиком по времени - Анастасия Крамар

 — А нас только какой-то подозрительной кашкой покормили, и то давно, — пожаловался Вовка.

 — Почему же вы не сказали, что голодны? — запоздало спохватился Александр.

 — Эх, не умеешь ты, Санек, принимать гостей.

 Лина тем временем делилась впечатлениями со своими друзьями, которым повезло гораздо меньше:

 — Представляете, мы сейчас летели, и у нас перед глазами два столетия пронеслось за одну минуту…

 В ожидании Влада и всех остальных ребята присели на скамейку. Им было о чем поговорить.

 — Итак, земля по-прежнему круглая, мы студенты-медики и химию у нас преподает Геннадий Аркадьевич. Вроде никаких кардинальных изменений не произошло, — подвела короткий итог Аня в ответ на нравоучения о том, как опасно путешествовать в прошлое и менять реальность. Сотрудник С.С.О.Р., профессор Галогенов, Влад, Кира, Аня, Игорь, Маша и Андрей устроили в лаборатории нечто вроде совещания.

 — Так кажется только на первый взгляд, — не сдавался Алексей. — Тем более, еще не всех затерявшихся во времени отыскали.

 — Уже всех, — сияя, объявил Влад, когда закончил разговаривать по телефону. — Если верить Линке, вернулось даже больше людей, чем пропало.

 — Это как? — не поняла Маша. Влад пожал плечами.

 — Она не признается. Поехали — и узнаем, нас уже все ждут у меня дома. И Вы, Геннадий Аркадьевич, поезжайте с нами, отпразднуем удачное завершение операции. А то некрасиво получается: пригласил в гости уважаемого человека и даже чаем не угостил.

 — Нет-нет, Зеницкий, — замотал головой академик. — У уважаемых людей всегда много дел, так что спешу откланяться, — Галогенов подошел к Владу и пожал ему руку. — Поздравляю, Владислав, Вы меня сегодня удивили. Обещаю Вам твердую пятерку по химии. Но это не значит, что вы можете внаглую игнорировать мои лекции.

 — Ну что Вы, Геннадий Аркадьевич, и в мыслях не было! Вы ведь так интересно преподаете.

 — А вот подлизываться не надо, все равно больше пятерки поставить не смогу, — с улыбкой подмигнул Владу профессор и в следующий момент обратился уже ко всем: — В понедельник чтобы все как штыки были на последней паре! Пусть кто-нибудь только попробует сбежать. И остальным искателям приключений тоже передайте.

 Аня, Игорь, Маша, Андрей и Кира с самым честным видом закивали.

 — До свидания, Геннадий Аркадьевич, — чуть ли не хором попрощались они со своим деканом и, когда тот ушел, сами засобирались на выход.

 По дороге домой ребят, которые были уверены, что все закончилось благополучно, ожидало первое потрясение. Отъехав не так далеко от здания университета, в окно маршрутки Маша увидела столпотворение людей с фотоаппаратами и любительскими видеокамерами в руках. Подобную картину, наверное, можно была наблюдать у Пизанской башни или Стоунхенджа. Вот только Маша достаточно хорошо знала свой город и могла поклясться, что раньше никакой достопримечательности здесь не было.

 — Что это? — спросила она у Ани, которая сидела рядом, но та лишь пожала плечами.

 По красному приказу светофора автобус остановился, все остальные тоже с любопытством выглянули в окно, но за спинами туристов ничего нельзя было толком разглядеть.

 — Ребят, вы чего? — обратилась к первокурсникам пожилая женщина, одна из пассажирок, и смерила их таким взглядом, будто бы увидела диких и непросвещенных неандертальцев. — Это же камень с увековеченной надписью преддревних!

 — А-а, ну тогда понятно, — с умным видом протянул Игорь.

 — А мне вот ничего не понятно, — вмешался Алексей. — Что за камень?

 По салону прошелся шепот, пассажиры прислушались к разговору и устремили заинтересованные взгляды на Алексея.

 — Мужчина, ну ладно молодежь, но Вы-то должны были о нем хотя бы слышать! — возмутилась его невежеством незнакомая собеседница. — Единственная материальная памятка от преддревних.  Надпись на камне, — повторила она.

 — И что же на нем написано? — не смутился Алексей.

 — Признание в любви. «Лиля, я люблю тебя».

 «Непросвещенная молодежь» какое-то время не могла вымолвить ни слова, только обменивалась между собой ошарашенными взглядами.

 — И как вы это объясните? — прошипел Алексей, сверкая глазами с такой злостью, что Влад и Андрей в испуге от него отшатнулись.

 — Мы?! Среди нас Лили нет, — улыбнулась Кира.

 — Да, вот приедем — и Вы ей все свои претензии предъявите, — сказал Игорь.

 — А почему это ей? — вступилась за подругу Аня. — Вряд ли она сама себе признание в любви написала.

 Ребята дружно захихикали.

 — Молодые люди, о какой Лиле вы говорите? — снова обратилась к ним словоохотливая пассажирка. — Вы, наверное, что-то не так поняли. Та Лилия, которой адресовано признание, по словам ученых, жила около двухсот миллионов лет назад. А сколько о ней легенд существует, сколько песен спето, романов написано! Неужели вы действительно ничего об этом не знаете?

 — А Вас в детстве не учили, что подслушивать чужие разговоры — признак плохого воспитания? — взвился Алексей. — А вмешиваться в них — вообще уже наглость?

 — А не знать таких элементарных вещей в Вашем возрасте — это признак чего? — не осталась в долгу дамочка. Публика в маршрутке притихла и ловила каждое слово этого диалога, а компания студентов-первокурсников старательно делала вид, что Алексея они видят в первый раз. Впрочем, если разобраться, так оно и было.

 Грузовик доставил машину времени к Владу домой — так было решено, ведь в университете она произвела бы слишком много шума — и скрылся за поворотом. Ребята все вместе стояли у подъезда дома номер пятнадцать и ежились от прохладного ветра. Но Алексей заявил, что они никуда не пойдут, пока во всем не разберутся.

 — Вот это новость! — воскликнула Дашка, справившись с приступом дикого хохота. Такова была ее реакция на рассказ о «камне с увековеченной надписью».

 — Но как он в таком виде смог сохраниться до нашего времени? — не понимал Андрей.

 — Это все я, — сознался Ромка, однако, судя по торжествующему выражению лица, он ни капли не раскаивался в содеянном. — Я опросил инопланетянина, чтобы он так сделал.

 — Инопланетянина??? — переспросила Лина.

 — Перед самым нашим отправлением Рома попросил того гуманоида, чтобы время никак не повлияло на надпись, — зашептала Лиля Дашке на ухо, пока сам герой-любовник отвечал на посыпавшиеся вопросы. — Мысленно, ты не могла слышать.

 — Да я уже поняла, — тихо ответила Даша. — Вот только с чего вдруг наш крючконосый так расщедрился?

 Лиля весело пожала плечами:

 — Не знаю. Может, он чувствовал себя виноватым после того, как связал нас и допрашивал, — блондинка кинулась Роме на шею. — Я тебя обожаю! Это лучшее признание в любви за всю историю! — Аня успела пересказать ей слова женщины из маршрутки о легендах, песнях и романах, и теперь Лиля находилась где-то в районе седьмого неба от счастья.