Гремлины - Джордж Гайп

Он уже почти приехал домой, но теперь ему придется проделать весь путь обратно в город.

— Черт, — пробормотал он. — Это все моя вина…

«Да. Меня зовут Дамиан Филлипс, и у меня есть теория на этот счет. Мой брат недавно уволился из ЦРУ, и он говорит, что русские придумали робота, который…»

— Заткнись, — заорал Билли, протянул руку и выключил радио. Набрав максимальную скорость, на которой можно было ехать по обледеневшим улицам, он выглядывал сквозь небольшой квадратик чистого стекла, щедро выделенный ему старой системой снятия наледи фольксвагена. Как и большинство жителей Кингстон Фоллз, вначале его забавляли некоторые шалости Гремлинов, отчасти потому что он давно испытывал тайное желание узнать, что будет, если все светофоры будут показывать зеленый свет. Но это, и затаскивание человека в почтовый ящик, и скатывание покрышек с холма — было невинными шалостями в сравнении с последними несчастьями, учиненными Гремлинами.

— Мистер Фаттерман мертв, — прошептал Билли. — Бедняга. Не могу поверить.

Но он верил, и вывод был очевиден. Если эти существа смогли убить мистера Фаттермана и миссис Дигл, и, возможно, еще кого-нибудь, они могли также, не задумываясь, убить Кейт.

Когда машина взревела, и колеса забуксовали под ним, Билли помолился про себя, чтобы успеть.

ГЛАВА 18

Черт, подумала она, у тебя была возможность выбраться отсюда, но ты ее упустила. Она сохранялась недолго, и чтобы ею воспользоваться, надо было поспешить, но тебе надо было действовать прилично, хладнокровно и разумно.

И вот теперь ты — приличный, хладнокровный и разумный человек, — размышляла она, мучаешься сожалениями.

— Еще хуже того, — пробормотала она сквозь зубы, наливая очередные порции выпивки. — Это новый вид вечного двигателя. Я единственная официантка для самых жаждущих, самых злобных, самых грязных пьяниц в мире. Какой кошмарный сон наяву!

Застигнутая за длинной прямоугольной стойкой, когда поток зеленых демонов полился от двери и закружил ее, как щепку в ручье, Кейт вначале отвлекала внимание Гремлинов, смешивая и наливая напитки как можно быстрее и передавая их. Это сработало, или, по крайней мере, помешало неуправляемой толпе убить ее или, как любят говорить в дешевых книгах, обречь ее на нечто худшее, чем смерть. Проблема состояла в том, что не было времени даже подумать, не то чтобы придумать, как быстро и безопасно убежать. Как только она наполнила несколько стаканов, перед ней поставили новые для очередных ухмыляющихся, смеющихся существ с острыми клыками. Единственное, что утешало ее, когда она исполняла свою задачу, от которой болели руки, — они были неразборчивы. Вначале Кейт смешивала настоящие коктейли — манхэттэны, мартини, виски — но вскоре стало очевидно, что они могут пить все, что угодно. Поэтому когда закончилась бутылка кукурузного виски, она начала добавлять в напиток ром или текилу или еще что-нибудь, что было под рукой. Один Гремлин, который сидел у края стойки, даже приспособился к пиву, и начал скандалить, когда оно у Кейт закончилось.

Теперь, хотя прошло всего полчаса с тех пор, как появились Гремлины, Кейт страшно устала, а Кабачок Дорри казался гибридом штаб-квартиры партии в ночь после выборов и пляжа Омаха наутро после дня катастрофы. Воздух, вонючий и липкий, был наполнен летающими предметами — бутылками, стаканами, бильярдными киями, шарами, стульями, всем, что не было прибито к полу. Шум, состоящий из незнакомой речи, визга и тонкого смеха, поддерживал напряжение на опасно высоком уровне. На полу, среди пролитого вина, еды и раздавленной воздушной кукурузы, лежало несколько тел тех, кто уже отрубился. Кейт подавляла все более сильное желание закричать и резко побежать к двери, что, как она понимала, привлечет к ней внимание и, возможно, сразу приговорит ее.

— Успокойся, — бормотала она снова и снова. — Рано или поздно будет возможность убежать. Или придет помощь. Или они все разом отрубятся.

Она не была уверена в этом, но имело смысл продолжать обслуживать их. По крайней мере, ее не было видно, или же они видели ее только тогда, когда им нужно было выпить.

По мере того, как все больше Гремлинов заходило в кабачок и запасы начинали истощаться, дьявольские существа становились все более страшными и наглыми. Хотя она не понимала их язык, Кейт отметила, что типичный пьяный Гремлин и соответственно пьяный человек проявляли одинаковое нетерпение, когда их обслуживали не так быстро, как им хотелось.

На лицах открыто появлялись ухмылки, им больше не нужно было притворяться хладнокровными. Некоторым, казалось, нравилось держать ее в напряжении, кричать ей в уши, нарочно разливать выпивку, делать все что угодно, чтобы мешать ей работать.

— Где все? — прошипела она сквозь сжатые зубы. — Что, в этом городе нет полиции?

Вдруг перед ней возник Гремлин с сигарой в зубах и потребовал, чтобы его обслужили. Кейт налила ему стакан. Злобно закричав, он бросил стакан вместе с содержимым в толпу около бильярдного стода, забрался когтями на стойку и, казалось, изготовился, чтобы прыгнуть на Кейт.

— Что? — закричала она.

Существо показало на потухшую сигару.

— Что ж ты не сказал? — пробормотала Кейт.

Она нашла бутановую зажигалку, быстро поднесла к лицу Гремлина и щелкнула ею. Сноп пламени в шесть дюймов высотой вырвался из зажигалки, отчего Гремлин скорчился, зарычал от боли и попятился назад.

— Извини, — пробормотала Кейт.

Когда она регулировала пламя, у нее возник план. Те правила, о которых говорил Билли, когда передавал Могвая мистеру Хэнсону — там же что-то было насчет того, что надо избегать яркого прямого света. Конечно, убеждала себя Кейт, поэтому Гремлину с сигарой не очень понравилось, когца сильное пламя возникло вблизи его глаз.

Кейт огляделась. Если яркий свет ее союзник, она находится глубоко в тылу врага. Почему она не оказалась в банке или в офисе? Тогда единственной проблемой было бы добраться до выключателя, чтобы зажечь верхний свет и сбежать в суматохе, вызванной болью.

Кабачок Дорри был совершенно иным заведением. Тускло освещенный, он вообще не имел верхнего света во всей центральной части. Это выглядело романтичным, старомодным, уютным, но для Кейт оказалось ловушкой. Если бы у Дорри не было пары фонарей за стойкой, у нее не было бы никакой возможности использовать свет в качестве тайного оружия. У него должен быть фонарь, думала она, распахивая дверцы и открывая ящики, выполняя все время обязанности официантки и рабыни зеленой массы у стойки.

Она заметила, что, возможно, устав от бильярда, видеоигр, еды и питья, они становились все более назойливыми. Кейт постепенно тоже теряла терпение, и ее раздражение и страх росли по мере того, как она просматривала ящик за ящиком, наполненные бесполезным хламом.