Необычайное путешествие - Вера Кузнецова

Дети бросились туда же. Чуть не сбив с ног дежурного по ангару и, наскоро объяснив ему, в чем дело, они спросили: куда прошел человек в белом костюме.

Дежурный указал им выход на площадку маленького аэродрома, с которого поднимались вертолеты. Дети успели вовремя.

Незнакомец уже сидел рядом с пилотом в небольшой четырехместной стрекозообразной машине. Дети подбежали к ней, и Вася протянул пассажиру блокнот.

— Вот тебе и раз, — сказал «изобретатель», хватаясь за карманы пиджака. — Первый раз в жизни теряю свои записи. Хорошо, что они вернулись ко мне обратно, а то все вычисления пришлось бы производить сначала. Спасибо, мальчик.

Он пожал Васе руку, и тот убедился, что имеет дело с человеком, которому приходилось часто заниматься тяжелым физическим трудом.

— До свидания, ребята, — сказал «изобретатель». К сожалению, я тороплюсь, а то с удовольствием бы побеседовал с вами. Но меня в Алма-Ате ждут срочные дела. И еще такие же ребятишки, как вы.

И он широко улыбнулся чудесной, осветившей все его лицо улыбкой.

— Подождите, — торопливо сказал Вася. — Я… Мы вас очень просим… Если можно, возьмите нас с собой. Нам тоже очень нужно в Алма-Ату.

— Взять вас с собой дело нехитрое, ребятки, но что скажут ваши родные? Не попадет мне потом за вас?

— Мы здесь одни, наши родственники в Алма-Ате, — жалобно сказала Кюльжан. И покраснела оттого, что ей пришлось солгать в первый раз в жизни.

— Ну что с вами поделаешь, — сказал незнакомец. — Садитесь, пожалуй. Правда, машина четырехместная, а нас, значит, будет пятеро. Что думает насчет этого пилот?

Тот неопределенно пожал плечами.

— Выдержит, — уже уверенно сказал незнакомец, искоса взглянув на опечаленное личико Кюльжан. — Когда я ездил в этих краях машинистом, моя машина брала состав весом и пять тысяч тонн, вместо двух с половиной. И ничего. Садитесь, ребятки!

Дети мигом очутились в воздушной машине, которая тут же почти вертикально поднялась в воздух.

Они летели на небольшой высоте. Прозрачный пластмассовый купол вертолета был откинут, и свежий ночной ветер, насыщенный пряным ароматом южных цветов, приятно овеял их лица.

Прекрасен был вид земли ночью. Она светилась тысячами огней, и казалось, что внизу лежит гигантское ожерелье из сверкающих драгоценных камней. Огни, дробясь, отражались в черной глади каналов, и Вася, пользуясь тем, что шипящий свист маленьких воздушных реактивных двигателей не мешает разговору, обратился к незнакомцу.

— Скажите, пожалуйста, откуда здесь взялось столько воды?

— Наверно, вы жили на другом конце планеты, — усмехнулся тот. — Давно уже великие сибирские реки Обь и Енисей соединены каналами, и воды их направлены на юг, в степи Казахстана. По пути они оросили огромное количество земли, и поэтому наш климат чудесно переменился. Ведь, испаряясь в пустынях Казахстана, сибирская вода превращалась в облака. Облака проливались в горах дождями, и реки, которые брали в них свое начало, стали многоводными. Там, где не проходили русла рек, мы прорыли соединяющие их каналы. Результаты этого вы и видите.

— Ой-ой-ой! — удивился Валерик. — Какими же гигантскими силами можно было проделать такую работу?

— Атомная энергия, ребята. Ее применение дало нам возможность создать такую взрывную технику, которая вполне обеспечила размах работ. Остальное довершили гиганты-экскаваторы, сверхмощные земляные снаряды и другая техника. А потом мы ведь имели возможность в случае перебоев с дождями вызвать их искусственно.

— Как это?

— А вот как: недавно, например, правительство одной республики обратилось к нам с просьбой: помочь «по-соседски» дождиком, пока они не закончат строительство своей оросительной системы. Мы послали к ним в командировку нескольких наших специалистов по искусственному дождеванию. Они и обеспечили дождями все заданные им территории. Благодарственные грамоты с собой привезли.

— Но как они это сделали?

— Очень просто. Разрыв атомной бомбы на большой высоте, богатой водяным паром, приводит к образованию огромных облачных масс. А эти массы уже вовсе нетрудно заставить пролиться на землю дождем. В свое время мы такую помощь оказывали и Китайской Народной Республике. Стоит только опылить хоть одно облако мелким порошком хлористого кальция, и оно прольется на землю дождем. Мало того: дождь захватит и всю остальную облачную массу и, значит, будет лить до тех пор, пока вся она не исчезнет.

— Здорово, — сказал Вася. — Ну, а если наоборот: дождь совсем не нужен, а он все-таки идет. Можно его как-нибудь прекратить, или нет?

— Можно. Для этого надо, чтобы облако испарилось. То есть поднять его температуру на два-три градуса.

— А разве это возможно?

— Разумеется. Опыты такого рода проводились еще в 1953-54 годах группой учёных во главе с Федосеевым. При помощи специального прибора они распыляли в дождевом облаке перегретую воду. При этом образовывался мощный устойчивый туман. Теперь мы подобные, но действующие автоматически, аппараты подвешиваем к обыкновенному дирижаблю, и он поднимает их внутрь облака, которое угрожает дождем. Между прочим, полученные таким образом туманы мы используем для защиты посевов от ранних заморозков.

На нашей планете это дело нехитрое. Кладовая природы у нас богатая. Воды в изобилии. Ею ведь покрыта большая часть земного шара. Задача только в том, чтобы по-хозяйски ее распределить: где лишняя — убрать, где не хватает — добавить. Это вопрос техники. Вот с другими планетами будет посложнее.

— С какими другими планетами? — невольно вырвалось у Васи.

— С Марсом, например. Эта планета наиболее нами изучена, благодаря трудам астроботаника Гавриила Адриановича Тихова и его учеников. На Марсе с водой трудная проблема. Ни морей, ни больших рек там нет. Есть болота, озера — и те водорослями заросли наподобие нашего Саргассова моря. А раз плохо с водой, значит плохо и с растительностью. Плохо с растительностью, значит, и кислородом воздух небогат. Одно явление обусловливает другое. Закон диалектики.

— Интересно, есть ли на Марсе люди? — спросил Валерик.

— То есть, разумные существа? На этот вопрос можно ответить, только побывав на этой планете. Конечно, законы развития материи одни для всей вселенной. Земля не является исключением. Поскольку есть на Марсе растительность, должен быть и какой-то животный мир, а может быть, и венец его — разумно мыслящее существо. Но пока все это — область гипотез. Ведь условия развития жизни на Марсе иные, чем у нас, на земле. А каждый организм растительного или животного мира, все равно, формируется в зависимости от окружающей его среды, приспосабливается к ней, чтобы выжить. Это — закон биологии.

— Интересно все-таки, если там есть марсиане, то как они могут выглядеть? — спросила Кюльжан.

— А вот этого я вам пока не могу сказать, — усмехнулся незнакомец. Это не моя область, хотя и имеет некоторое отношение к моей работе. Я только пилот одной машины, которая может достичь и Марса. Кстати, скоро наступит день великого противостояния, когда между Марсом и Землей окажется расстояние только в пятьдесят шесть миллионов километров.

— Ничего себе, «только», — сказал Валерик.

— Сущие пустяки, уверяю вас. Когда я, еще в 1952 году был машинистом в этом самом Матае, из которого мы вылетели, моя бригада на своем паровозе «накатала» двадцать миллионов тонно-километров. Так ведь это же на обыкновенном паровозе, а не на межпланетном корабле.

— Так я же вас знаю, — воскликнул Вася, — вы были тогда знатным машинистом-тяжеловесником. Ваша фамилия Медведь!

— Так точно. Владимир Михайлович, к вашим услугам. А откуда вы обо мне знаете?

— Папа рассказывал, — скромно потупился Вася. — А вот мы, кажется, подлетаем и к Алма-Ате!

«МЫ РОЖДЕНЫ, ЧТОБ СКАЗКУ СДЕЛАТЬ БЫЛЬЮ…»

Алма-Ата! Город-сад!

Он всегда считался одним из красивейших городов Советского Союза. Как же прекрасен он стал сейчас!

Светящиеся жемчужины домов сверкали в черной зелени садов. Легкие арки воздушных мостов радугой соединяли белоснежные вершины Алатау. Огненными змеями неслись по канатной электрической дороге поезда на вершину пика «Комсомол». На центральной площади города возвышались две гигантские светящиеся статуи.

— Ленин и Сталин! — воскликнула, увидев их, Кюльжан.

— Да! Ленин и Сталин, — сказал Владимир Михайлович. — Те, кто в годы решающих битв за счастливую жизнь человечества отдали все свои силы и знания коммунистической партии. На основе учения Маркса и Энгельса они разработали и теоретически обосновали дальнейшую тактику нашей партии на путях перехода страны к социализму, а затем и к коммунизму. Благодаря их трудам был сформулирован основной экономический закон социализма.