Дар страны Мидос - Алексей Удалов

Тогда уж пусть Лану в Пятницы определяют! При этом условии он согласный.

Мысль о ней нагнала тоску. Не так все должно было закончиться.

Бережной сидел в своей пирамиде («сидел» по полной программе, под усиленной охраной) и тоскливо смотрел на стену. Раньше, когда он был свободным и уважаемым, стены его жилища были прозрачны изнутри и непроницаемы для взгляда снаружи. Теперь, когда он стал изгоем и отбросом — он видел только стены своей камеры, а сам был как на ладони для зоркого ока туземной стражи.

Ладно. Спасибо и на том, что из-под земли вытащили, куда его Глар с таким проворством упаковал.

Какая же сволочь этот Глар.

Он ведь не только его с грязью смешал, сделал без вины виноватым, он ведь экспедицию сорвал! В любой момент на Янусе могут начать операцию. А Макар, который мог все это предотвратить, должен будет жарить пупок на солнышке, жрать бананы и ждать, когда и его, как «безбилетника», выловят и посадят в брэдовский инкубатор.

Вот так, земляне — дети галактики. Из-за какого-то кобелястого полудурка из другого измерения на Земле скоро можно будет вешать большой амбарный замок.

В дверь влетела сложенная записка. Макар уловил ее боковым зрением, встал с кровати.

Хотя в Мидосе для письменного общения в основном пользовались электроникой, это послание было на обычном листе бумаги. Он поднял его с пола, развернул.

Торопливым почерком было написано:

«Милый Макар!

Хотела прорваться к тебе, но меня ни в какую не пускают. Строгий приказ. Ребята-витязи позволили только написать записку. Это какой-то ужас, что происходит! Мы неблагодарные, недостойные люди. А ты очень хороший, смелый, верный. С тобой я провела лучшие дни своей жизни. Я постараюсь сделать все, что смогу для тебя.

Потому, что я тебя люблю.»

Подписи под сим манускриптом не значилось. Но и без подписи Бережному сразу что-то попало сначала в один глаз, а потом и во второй. Он улыбался, глядя на влажно мерцавшую дверь пирамиды.

Перечитал записку еще несколько раз. Сложил ее и спрятал в карман.

Остаток дня Макар поленом провалялся на воздушной кровати, что-то вспоминая и осмысливая.

Вечером нехотя пожевал дарийского искусственного мяса с овощами и отрешенно уставился в «телевизор». Одна из панелей пирамиды превращалась в объемный экран, где можно было смотреть записи интелло-систем. То есть не в «прямом эфире» — то, что сейчас реально происходит на Земле (на это здесь существует срок давности в несколько лет) — а, как бы голографическую энциклопедию человечества, автоматически классифицированную по годам, континентам, странам и так далее. А еще, как оказалось, через эту панель можно узнать массу полезной информации о самом Мидосе.

Когда Бережной только включил экран, один из охранников на улице сказал другому:

— Смотри, что делает. Я думаю, не положено ему.

Второй витязь, стоявший позавчера в оцеплении и видевший, как Макар усердно работал на расчистке завалов, махнул рукой:

— Да ладно, на этот счет не было указаний. Что ему еще делать?

— Ладно, — согласился первый.

На том и порешили. Следующая смена охраны тоже не свирепствовала насчет видеопросмотров. Так Макар смотрел кино, с перерывами на еду и беспокойный сон, аж до самого полудня послезавтрашнего дня.

В урочный час, после обеда, зашел охранник и сделал стены полностью непрозрачными.

Финальный акт так бесславно заканчивающегося путешествия Макара в Мидос наступил. Пирамиду почтила визитом группа официальных лиц. Первым нарисовался Глар, потом Фет, Манест и еще два незнакомых человека. Один был в защитном камуфлированном комбинезоне, за спиной висел большой рюкзак. Бережной понял — это и есть разведчик, который занырнет с ним на Землю, потом отнимет кристалл и вернется обратно.

Дарийцы прошествовали к стоящему у стены Бережному с церемониальной неспешностью, даже некой торжественностью.

А Макар встретил их, одетый в прошедшую с ним огонь и воду старую одежду — джинсы и футболку. Это была хорошая идея — облачиться в свое валявшееся в стенной панели земное тряпье. Мне, мол, от вас, господа свиньи неблагодарные, ничего не надо, в чем пришел, в том и уйду. Хотел и сандалии сбросить — двигать восвояси босиком, но потом решил, что обувь все-таки пригодится.

Так он и предстал перед процессией: с головы до ног землянин, а ступнями — истинный ариец.

Вошедшие остановились, оглядели его наряд. Судя по замешательству во взглядах — он уязвил их как надо. Дарийцы переглянулись, но ничего не сказали.

— Здравствуй, Макар, — сказал Фет.

— Здравствуй, Фет, — почтительно кивнул в ответ Бережной, показывая рулату, что его то он уважает, в отличие от всех остальных.

— Давайте к делу, — решительно заявил новоиспеченный капитул Чести. — Речей говорить не будем, все уже сказано и всем все ясно.

— Ничего вам не ясно, — парировал знающий за собой святую правду Макар. — Мечетесь туда-сюда, как дерьмо в проруби. Когда надо действовать, вы всё сомневаетесь: как бы чего не вышло. Прозаседаетесь! Угробите человечество, а вслед за ним и себя. Так ведь по вашей религии выходит?

Глар открыл рот, хотел как-то осадить диссидента, но Макар бухнул:

— А Книгу ты мне подбросил, к гадалке не ходи!

Шеф безопасности надул жилу на лбу и расправил плечи.

— Да как ты смеешь… щенок…

— Все, хватит! — вмешался Фет. — И правда, обойдемся без дебатов. Давайте приступать, раз все решено.

Он вручил разведчику кристалл. Напутствовал: «С Богом!»

Парень отошел к стене. Привычным движением сжал в ладони кристалл и исчез.

— Ждем один хрон, — сказал Фет.

Пока было время, Макар задал ему самый волнующий вопрос.

— Вы точно отмените экспедицию на Янус?

— Увы. Я не могу пойти против решения Верховного Совета. Но мы постараемся разобраться во всем побыстрее. Держи кристалл, Макар. Здесь настроены все координаты. Нажмешь вот сюда.

Он показал Бережному едва различимую кнопку на рифленой сверкающей поверхности.

Снова держа в руке это яйцо, огорченный словами рулата, Макар опустил голову.

— Значит откладываете… А если опоздаете?

Но тут его охватило такое смущение личного свойства, что он уже не слушал ответа, а по-детски беспомощно покраснел.

Взглянув вниз, он увидел, что стоит с распахнутой настежь ширинкой, из которой веселенькой шторкой выглядывают трусы в ярко-зеленую клеточку.

— Ой, извините… — глухо выдавил Макар и бросился застегивать джинсы.

Да… что такое! Еще и молнию заело…

И это в такой исторический момент, когда Первый земной гость хотел с высоко поднятой головой покинуть эту негостеприимную землю. Показать им своим видом: тьфу на вас!