Когда время сошло с ума - Дирк Уили

Бестелесное "я" Уэбба сжалось в бездонной черноте: затерянное, удивленное, испуганное. Дружелюбный голос Рона, донесшийся прямо из пустоты, вернул Уэбба к жизни.

- Все в порядке, Уэбб! - воскликнул Дайнин.

- Где... где ты... мы? - судорожно спросил Хилдрет, озираясь.

В ответ - беззвучный смех. Как и предыдущий возглас, он не доносился из окружающего пространства, а возникал непосредственно в мозгу Уэбба.

- Мы здесь, - ответил Рон, его голос изменился, став серьезным и сильным. - Ты пытаешься поймать мысль, Уэбб, но это невозможно. Мое сердце, - произнес он, - перестало биться. Я должен поторапливаться. Я перехожу в тебя, Уэбб. Ты что-то почувствуешь при этом, но не протився: процедура перехода безопасна. К тому же, даю слово, ты нескоро обнаружишь мое присутствие. Но, не забывай, я буду находиться в тебе. Итак, ты готов, Уэбб?

Хилдрет дал мысленное согласие, и его тут же наполнило ощущение приятного тепла, растекающегося по всему телу, возникло незнакомое прежде чувство двойственности, как будто два человека одновременно смотрятся в зеркало... Он беззвучно застонал от болезненного стремительного расширения собственного "я", разлетевшегося на отдельные атомы в самые дальние уголки Галактики... Уэбб ощутил первозданный холод космического пространства и, набирая скорость, полетел вниз, вниз, вниз...

Очнувшись, он открыл глаза и осмотрелся. Ничего не изменилось. Ветер по-прежнему шумел в кронах деревьев, по-прежнему гнал по небу облака... У его ног лежал Рон...

Рон Дайнин был мертв.

Уэбб тяжело поднялся. Вздохнув, он коснулся худого угловатого тела и побрел прочь.

Друзья и прежде умирали на его глазах, когда они продвигались от Нормандии к Рейну. Жизнь продолжалась только для живых...

Он устало взглянул на почерневший обо жженый корпус Хрони. Марево над ним все уплотнялось, образовав мерцающее ядро. Уэбб не знал, чем вызвано его появление. Он даже не удивился: за два последних часа он столкнулся с таким количеством необъяснимых фактов, что еще один роли не играл.

Едва волоча ноги, он направился к машине; если Хрони не безвозвратно поврежден Усмирителями, он сможет доставить его домой. Порыв ураганного ветра налетел на Уэбба, швырнул в лицо гроздья холодных колючих капель, вызвав ощущение, будто он направляется в самый центр шторма. Уэбб, пригнувшись до земли, не мог сдвинуться с места. Мешал не только ветер: антигравитационная установка Хрони, вновь заработавшая, создавала поле, не подпуская его к машине. Хилдрет минуту-другую пытался тупо и безуспешно бороться с антигравитацией, но потом в его действиях возобладал здравый смысл; он остановился и сел на траву.

Хилдрет досадливо вздохнул: есть ли на свете силы, способные помочь ему преодолеть невидимый барьер? Наверное, есть, но они не известны ему - Уэббу Хилдрету.

Для того, чтобы воспользоваться Хрони, его нужно, перво-наперво, вернуть на завод, отремонтировать и получить обратно, перебросив через бездну столетий.

Уэбб сидел, раскачиваясь из стороны в сторону, долго и молча. За всю историю человечества никто не был более одинок, чем он. Лес, обступивший поляну, не имел ничего общего с Нью-Йорком, хотя Рон уверял, что Хрони движется лишь во времени, а не в пространстве. Но если Уэбба не окружают многочисленные небоскребы Нью-Йорка, то это однозначно свидетельствует, что он находится в эпохе, предшествовавшей их строительству.

Раздраженно обернувшись на Хрони, красующийся на расстоянии вытянутой руки, Уэбб вздохнул; Хрони так же недостижим для него, как самая далекая звезда. Вот если отключить силовое поле... Нет даже это его не спасет. Он методично прокручивал в уме все воспоминания, связанные с машиной времени: во-первых, ему не попасть внутрь Хрони; во-вторых, даже пробравшись в кабину, он не знает, как им управлять. И, в-третьих, если произойдет чудо и осуществятся первые два пункта, ему не вернуть к жизни искалеченные приборы и механизмы Хрони. Это - несомненно, как и то, что Уэббу Хилдрету легко выпутаться из этой передряги не удастся.

Ба! Он совсем забыл об Усмирителях! Рон говорил, что местонахождение машины определить... а еще он говорил, что таинственное силовое поле вокруг Хрони, если выйдет из-под контроля, представляет опасность... Что имел в виду Рон? Уэбб даже не догадывался, но предвидел, - перспектива не из приятных.

Тягостные мысли о собственном будущем сменились воспоминаниями о смерти Рона Дайнина. Сон это был или явь: действительно ли имел место невероятный факт - слияние двух разумов?

Уэбб мысленно обратился к Рону:

"Рон! - взмолился Уэбб. - Рон! Если ты слышишь меня отзовись!"

Но ответа не последовало...

Уэбб смутно припоминал наставления Рона, его слова, что никаких следов присутствия постороннего разума, Хилдрет не заметит. По крайней мере, в первое время... Так и оказалось - одинокий человек по имени Уэбб сидел в незнакомом ему лесу, где только ветер гулял в кронах деревьев.

Одинокий? Нет! Уэбб ошибался - среди дерезьев он различил неясные силуэты смуглых человеческих фигур, подбирающихся к поляне.

Уэбб закричал так громко, что заглушил шум ветра. Приветственно подняв над головой руки, он пошел навстречу людям, прячущимся за деревьями.

ЗАТЕРЯННЫЕ ВО ВРЕМЕНИ

Из леса раздался ответный крик, и на поляну вышел меднокожий человек, остановившись на некотором расстоянии от Уэбба. Чуть позже его примеру последовали остальные туземцы, все-в заплатанных штанах до колен, с дротиками и короткими тяжелыми луками. С гортанными возгласами они приблизились к Уэббу и с нескрываемым интересом, как дети, принялись на него глазеть.

- Индейцы! - изумился Хилдрет. - Боже правый!

Впрочем, подумал он, все логично: в прошлом Америку населяли индейцы, а он, Уэбб, попал именно в прошлое. По крайней мере, с облегчением отметил он, его не занесло в эпоху неандертальцев или динозавров.

Меднокожий вождь подошел вплотную к Уэббу, окатив его потоком непонятнЫх звуков.

Уэбб покачал головой, пожал плечами и спросил:

- Никто из вас не говорит по-английски?

Толпа ответила дружным ворчанием. Один из индейцев указал остальным на лицо Уэбба, покрытое двухдневной щетиной. Индейцы дружно загалдели, без признаков враждебности окружили его, стали ощупывать одежду, прикасаться пальцами к светлой коже и щетине Уэбба. Их наивные восторженные действия доказывали, что в радиусе многих сотен миль от этой поляны не было ни одного белого человека. Возможно, Уэбб Хилдрет стал первым бледнолицым, посетившим североамериканский континент. Роль первооткрывателя не обрадовала его, наоборот, с каждой минутой он все сильнее осозновал, в какую глубокую пучину времени забросила его судьба... И все же, в его нынешнем положении даже такая компания весьма кстати. Поэтому он решил представиться, используя язык жестов; подав знак вождю, он похлопал себя по груди, а затем, как можно более выразительно, махнул в сторону мерцающего корпуса Хрони.