Империя Вампиров - Брайан Стеблфорд

- Прошу прощения, сэр.

Эдмунд на мгновение задумался, не ободрить ли посланника словами о том, что понимает его встревоженность, но он уже давно усвоил, что когда затрагиваются дела Братства, лучше всего говорить как можно меньше. Никогда нельзя знать заранее, когда этот человек снова заговорит об этом деле, или с кем, или в связи с чем.

Механик поднял ящик и перехватил его поудобнее. Крысы внутри зашевелились, царапая пол коготками. Свободной рукой Эдмунд опять перекрестился.

- Господь да пойдет с тобой, - сказал посланник с тревожной искренностью.

- И с духом твоим, - монотонно отозвался Эдмунд.

Потом он ушел, не задержавшись даже для символического прощания со старухой. Пронести свою ношу тайком обратно в Тауэр ему не составило труда. Стражник одних из ворот давно уже совершенствовался в искусстве не замечать происходящего.

Глва четвертая

Когда наступил понедельник, Эдмунд и Ноэль пришли в покои леди Кармиллы. Ноэль никогда прежде не бывал в таких апартаментах, и все вокруг вызывало его изумление. Эдмунд наблюдал реакцию мальчика на ковры, настенные украшения, зеркала и орнаменты, и невольно вспомнил, как САМ впервые входил в эти покои. Здесь ничто с тех пор не изменилось, и каждый

предмет тревожил и оттачивал его поблекшие воспоминания.

Более молодые и пристрастные к новизне вампиры имели склонность часто менять окружающую их обстановку, словно боялись перспективы остаться неизменными самим. Леди Кармилла давно оставила позади эту фазу своей карьеры. Она свыклась с неизменностью и перенесла это отношение на мир, допускающий скуку и однообразие. Она приспособила себя е новой эстетике

существования, в то время как ее личное пространство превратилось в расширение ее собственной вечной неизменности, а все новое ограничилось тщательно контролируемыми сторонами ее жизни - включая нерегулярный перенос эротических привязанностей от одного любовника к другому.

Изобильность стола госпожи стала для Ноэля еще одним источником удивления. Он мог заранее представить себе серебряные тарелки и вилки, хрустальные бокалы и резные графины с вином. Но щедрость, с какой был накрыт стол всего для троих обедающих - с явным избытком - явно потрясла

его. Он всегда знал, что принадлежит к привилегированной элите, и что по стандартам большого мира мастер Кордери и его семья питаются хорошо, поэтому осознание, какая пропасть отделяет его от частного мира реальной аристократии с неизбежностью ошеломило его.

Эдмунд с большой тщательностью подбирал свой костюм, одеваясь на обед, и извлекал из шкафа одежду, которую не надевал много лет. На официальных церемониях он всегда предпочитал играть роль механика и потому одевался соответственно, поддерживая это представлению в глазах присутствующих. Он никогда не появлялся в облике придворного, но всегда

как функционер. Теперь же, однако, он разыгрывал роль, в которой Ноэль его никогда не видел, и хотя мальчик не имел представления о тонкостях игры, которую вел отец, он ясно понимал, что что-то происходит. Но несмотря на это, он ехидно прошелся по поводу однообразия и унылости костюма, в который отец заставил облачиться ЕГО.

Эдмунд ел и пил скупо, с удовлетворением отмечая, что Ноэль поступает так же, выполняя инструкции отца несмотря на искушения обильного стола. Некоторое время леди обменивалась в разговоре с ним вежливыми пустяками, но достаточно быстро - по ее стандартам - перешла к настоящему делу.

- Мой кузен Жирард, - сказала она Эдмунду, - весьма удовлетворен твоим хитроумным устройством. Он нашел его очень интересным.

- Тогда я буду рад преподнести его ему в дар, - ответил Эдмунд. - И столь же рад изготовить еще одно, дабы подарить его вашей светлости.

- У нас нет такого желания, - холодно заметила она. - Кроме того, у нас другие планы. Великий Герцог и его сенешали уже обсудили некоторые задачи, которые ты можешь выполнить с выгодой для себя. Не сомневаюсь, что подробные инструкции на этот счет тебе будут переданы в ближайшее время.

- Благодарю вас, моя госпожа, - отозвался Эдмунд.

- Придворным дамам понравились рисунки, которые я им показывала, - сказала леди Кармилла, переводя взгляд на Ноэля. Их просто поразило, что в пригоршне воды из Темзы могут обитать тысячи крошечных живых существ. А как ты думаешь, могут ли и в наших телах жить бесчисленные невидимые насекомые?

Ноэль открыл рот, собираясь ответить, потому что вопрос был задан ему, но Эдмунд плавно прервал его.

- Есть существа, которые могут жить на наших телах, - сказал он, червячки, которые могут жить внутри них. Говорят, что макрокосм воспроизводит сущность микрокосма человеческих существ. Возможно, внутри нас есть свой маленький микрокосм, в котором наша природа снова

воспроизводится в неисчислимо более мелком масштабе. Я читал...

- А я читала, мастер Кордери, - перебила она, - что поражающие людей болезни могут переноситься от одной персоны к другой через этих маленьких существ.

- Мысль о том, что болезни передаются от одного человека к другому через крошечные семена, зародилась еще в античности, - ответил Эдмунд, - но я не знаю, как можно распознать эти семена, и по-моему маловероятно, что увиденные нами существа, обитающие в речной воде, могли ими быть.

- Но все равно очень тревожит та мысль, - продолжила она, - что наши тела могут населять существа, о которых мы ничего не знаем, и что с каждым вдохом мы можем вносить в себя семена всех видов изменений, слишком мелкие для того, чтобы их увидеть или почувствовать. Сама мысль об этом беспокоит меня.

- Но вам не о чем беспокоиться, - запротестовал Эдмунд. - Семена разрушения пускают корни в человеческой плоти, но ваша неуязвима.

- Ты знаешь, что это не так, мастер Кордери, - спокойно сказала она.- Ты сам видел меня больной.

- То была оспа, убившая многих людей, моя госпожа - но вам она принесла лишь легкую лихорадку.

- К нам поступили сообщения из Византии, а также из Мурского энклава, что в Африке разразилась чума, достигшая теперь южных областей Галльской империи. Говорят, что эта чума почти не делает различий между человеком и вампиром.

- Это лишь слухи, моя госпожа, - успокаивающе произнес Эдмунд. - Вы ведь знаете, как искажаются новости при передаче.

Леди Кармилла снова повернулась к Ноэлю и на этот раз обратилась к нему по имени, чтобы у Эдмунда не оказалось возможности узурпировать привилегию ответа.

- Ты боишься меня, Ноэль?

Мальчик смутился и слегка запнулся перед ответом: - Нет.

- Ты не должен мне лгать, - сказала она. - Ты БОИШЬСЯ меня, потому что я вампир. Мастер Кордери скептик, и должно быть, сказал тебе, что вампиры обладают меньшей магией, чем им обычно приписывают, но он наверняка также сказал, что я могу причинить тебе вред, если пожелаю. Ты хотел бы сам стать вампиром, Ноэль?