Последний ангел - Константин Брендючков

Придя к такому заключению, Олег Петрович выключил ангела и, не раздеваясь, лег наискосок на широкую двухспальную кровать. Свет полной луны проступил на письменном столе и стал удаляться все дальше и дальше от темнеющего ангела.

3

В глубине конструкторского бюро размещалась со своим столом веселая копировщица Люся, а через стенку от нее был кабинет самого заведующего бюро. Из-за этого соседства с начальством и по молодости лет Люся сделалась чем-то вроде внештатного секретаря Льва Васильевича: постучит он в стенку, Люся к нему зайдет и спешит с каким-то поручением. Вот и сегодня, посетив кабинет, она встала в позу глашатая и возвестила:

- После звонка конструкторам и сметчикам не расходиться - будет производственное совещание. Копировщицы и прочая пузатая мелочь может быть свободна.

- Осчастливила, Люсенька! - фыркнула Афина Паллада, с треском перевернув свою доску. Ее кульман находился наискосок и несколько сзади рабочего места Олега Петровича, что заставляло его всегда следить за собой. Он же оказывался первым, на кого изливалось ее раздражение в подобных случаях.

- Как будто нельзя было предупредить заблаговременно; у каждого же свои дела, планы, а за десять минут до звонка ничего не успеешь перестроить...

- Если любит - подождет, - лукаво пропела Люсенька, складывая рейсфедеры и убирая в сумочку какую-то мелочь из стола.

Олегу Петровичу спешить было некуда, внезапная задержка ничего у него не нарушала.

Впрочем, долго ждать не пришлось; только что отзвенел звонок, а у входа уже появилась долговязая фигура главного инженера, назначенного главком всего лишь два месяца назад и еще не ставшего привычным и "своим". Он поспешно прошел в кабинет завбюро, где оставил шубу, и тут же снова появился вместе с Львом Васильевичем, который сел за Люсин стол и объявил:

- Секретаря сегодня не надо. Посовещаемся, так сказать, в тесном кругу, без всякого протокола. Артем Артемович выскажет нам некоторые претензии, а нам надлежит сделать соответствующие выводы. Прошу вас, Артем Артемович!

Лев Васильевич достал свой знаменитый карандаш и начал перекатывать его между пальцами.

Речь пошла о новом аппарате СК-12, который спроектировали еще в прошлом году, а в этом уже изготовили в цехе головных образцов, успели испытать у одного из заказчиков и проводили теперь некоторую модернизацию и доводку.

- Вы ожидаете, что я стану вас приветствовать и поздравлять? прищурился главный инженер и, выдержав паузу, огорошил: - Драть вас надо за такое творчество! Вы что же думаете, дирекции завода только и забот, чтобы ваши конструкции проверять? А о плане завода сами вы хоть когда-нибудь задумываетесь, беспокоитесь?

- Простите, а чем плоха конструкция СК-12? - не выдержал Иван Семенович, больше всех причастный к выпуску нового аппарата.

Иван Семенович был инженером старой формации, из тех, кто когда-то носил форменную - "умную" - фуражку и щепетильно относился к своему званию. Он был отличным специалистом, но имел, на свою беду, невзрачную внешность. Маленький, полненький, с пуговкой носика на кругленьком лице, с маленькой бородкой и лысиной, которую было уже не прикрыть жалкими остатками седых волос. Он знал, что производит невыгодное впечатление, и из-за этого всегда горячился. За всю жизнь он так и не поднялся выше конструктора первой категории. Новый аппарат был, в основном, его, детищем, он им гордился и сейчас готов был, кажется, наговорить лишнего.

- Я попросил бы, - хорохорился он, - воздержаться от необоснованных обвинений и изложить претензии предметно. Испытания СК-12, как-никак, показали очень неплохие результаты.

- Я имею в виду не работоспособность аппарата, а его вес и стоимость, уточнил главный инженер. - После модернизации он стал на семьдесят два килограмма легче и дешевле чуть не на полтораста рублей!

- Так и слава богу!

- Которому... богу, Иван Семенович? Богу, может, и приятно, а какой дьявол теперь и какими чудесами возместит нам недовыполнение плана по весу и в рублях? Вы что, не знаете, сколько этих аппаратов? Помножьте-ка их число на разницу в стоимости! Из своего кармана этот дефицит не покроете: зарплаты всех вас, здесь присутствующих, не хватит. Кто же возместит разницу - Пушкин?

- Ничего не пойму, - вмешался Погорельский, зять Ивана Семеновича, молодой, стройный инженер, не так давно пришедший из армии. Его строгое лицо с чуть косящими из-под густых бровей глазами всегда было непроницаемым, а высказывания кратки и лаконичны.

- Модернизацию мы проводили не в подполье, - продолжал он, - на чертежах расписывались и Лев Васильевич и вы, а экономия должна только приветствоваться!

- Ну, знаете ли, вы еще молоды, - возразил Артем Артемович, - но здесь есть опытные инженеры! В производстве помимо конструкций играет роль еще и стратегия. Да, подписал я все чертежи, но у меня же не только этим голова занята. Тут, конечно, большая часть вины падает на вас, Лев Васильевич. Уж вы-то могли бы задержаться с передачей калькуляции в плановый отдел до нового года! А те тоже ничего не сообразили и представили все в главк... В общем, подвели вы, товарищи дорогие, завод своим легкомыслием. Теперь думайте, как выйти из положения.

Главный инженер устало опустился на стул сбоку от Люсиного стола и с подчеркнутым безразличием уставился в окно, за которым уже сгустилась темнота. Молчание затянулось, усиливая общую неловкость. Лев Васильевич, по-видимому, решил, что ждут его вмешательства.

- Кто желает высказаться? Смелее, товарищи, смелее!

И тут Олег Петрович не усидел:

- В "Крокодил" бы вас всех с такой проблемой! - вырвалось у него. Ведь это же надо сообразить, упрекать людей за то, что они создали вещь лучше и удобнее прежней! А уж обвинение в том, что КБ и плановики не придержали новую калькуляцию, вообще чем-то близко к призыву заняться мошенничеством.

- Вы все-таки не слишком разгоняйтесь! - одернул Лев Васильевич. - Не забывайтесь и выбирайте выражения.

- Нет уж! Сами напросились, так извольте выслушивать в натуральном виде, без позолоты. Тут Погорельский проронил что-то о подполье, так мне кажется, что оно было не тогда, когда конструировали аппарат, а сейчас, когда собираемся спрятать, как говорится, концы в воду. Да и чего вы от нас ждете, Артем Артемыч, чтобы мы дали обратный ход? Так это же невозможно, если бы даже мы захотели. Достойный выход, мне кажется, здесь может быть только один, но он находится уже вне пределов конструкторского бюро.

- Какой, интересно, выход? - оживился главный инженер.

- Перевыполнить план по количеству аппаратов.

- Это в четвертом-то квартале!!!

- Вот это зависит уже только от вас, Артем Артемыч. Тут все в ваших руках. Материал у вас есть за счет сэкономленного, деньги должны оказаться по этой же причине...