«Если», 1997 № 08 - Лоуренс Дженифер

Я поглядел налево, оставаясь в лежачей позиции, ну и разумеется, она была тут как тут: черная полоса посреди скукоженных желтых пуговичек! Словно выжженная лучом, и притом в десяти футах от моего носа.

Значит так, подумал я с некоторым раздражением. Кто это здесь, хотелось бы знать, играет в нечестную игру? Кто же явился в этот новехонький мир с гадким старым лучевиком?

И почему, черт бы его побрал?!

У данного вопроса может быть много разных ответов. Самый неправдоподобный заключается в том, что некий завистник, возжелав стать Выживателем, пытается сделать меня полностью непригодным для моей работы. В этом ответе я не мог отыскать никакого смысла, но другие — приблизительно соответствующие схеме: «Кому-то понадобилась необитаемая планета, притом такая, что не убивает сразу, для тех или иных целей» — в качестве первого приближения к истине выглядели несколько лучше.

И все-таки: а) почему некто выстрелил в меня? б) и где же он, черт его раздери, находится, чтобы я мог оказать ему ответную любезность?

Неправильный ответ на первый вопрос: «Потому что он хотел меня убить». Правильный ответ должен сказать мне, с какой стати этот некто, пребывая на континенте размером с небольшую планету, оказался на расстоянии выстрела от меня. Почему именно здесь, а не в пяти тысячах миль отсюда, занимаясь какими угодно делами, согласно неведомым мне планам?!

Ответ на второй вопрос казался более очевидным. Он находится по левую руку от меня, в дальнем конце выжженной полосы.

Стараясь не двигаться, я скосил глаза в нужном направлении. Дул легкий ветерок, пуговичная трава колыхалась медленно и неохотно, а я пытался отыскать в ней любое движение против ветра и, обнаружив искомое, оглушительно выпалил навскидку, не успев даже разглядеть, во что же я, собственно, целюсь.

Примерно семнадцать животных — все за деревьями вне поля зрения — резко вскрикнули и, запаниковав, ударились в бега с шумом, треском, топотом и гоготом, изо всех сил стараясь убраться подальше от неведомой шумной опасности.

Как я уже сказал, пороховой пистолет отпугивает даже тех зверей, в которых ты не целишься, но заодно предоставляет отличные шансы ретироваться человеку (а кстати, почему я решил, что мой стрелок непременно человеческое существо?), промазавшему с первого раза, хотя и ненамного.

Вопрос третий: а не собирается ли этот некто остановиться, развернуться, хорошенько прицелиться и выстрелить еще раз?

Ответ. Семнадцать перепуганных животных все еще сломя голову несутся вперед, круша подлесок на своем пути. Спокойный, хладнокровный, чрезвычайно собранный профессионал в принципе может остановиться, развернуться и прицелиться, невзирая на летящее на него стадо совершенно незнакомых животных, но чтобы сделать это хорошенько, стрелок должен быть на голову выше меня.

Комментарий. Если на свете существуют профессионалы, владеющие ручным оружием НАСТОЛЬКО лучше меня, они наверняка члены стрелкового клуба, о котором я и слыхом не слыхивал.

Я встал, и никто в меня не выстрелил.

Треск, топот, взвизг и прочее постепенно замерли вдалеке, и лесная жизнь, поколебавшись, возобновила прежние шумы. Я сделал оставшиеся четыре шага, набрал полные пригоршни пупырчато-оранжевого черт-знает-чего (для жарки) и спокойно вернулся домой.

А может, все-таки запечь?..

К вечеру наконец выяснилось: если измельчить проклятые овощи в кашицу и извлечь из последней кусочки шелухи (или пленки, или кожицы), соединяющей набухшие оранжевые шарики в единое целое, то полученную субстанцию прекрасно можно поджарить, а готовые лепешки имеют интересный вкус, несколько напоминающий подперченную стручковую фасоль.

Итак, рецепт номер один для КУЛИНАРНЫХ РАДОСТЕЙ на Дереве! Этот день я провел явно не без пользы, к тому же хлопоты в кухонном закутке ничуть не мешали мне предаваться размышлениям о невидимом противнике. В плане активных действий я практически ничего не мог предпринять против него (местоимение ОН в данном случае чистейшей воды эвфемизм, скромно заменяющий одно выразительное, но абсолютно непечатное словечко), однако надеялся, что мне как-нибудь удастся вычислить: а) что, по его собственному мнению, он делает; б) с какой целью он делает это; в) где я могу встретиться с ним, дабы обсудить а) и б).

То, что он оказался поблизости, в конце концов, могло быть простой случайностью, и если это действительно так, то выстрелил он просто с перепугу, совершенно не ожидая напороться на кого бы то ни было рядом с местом собственной высадки на необитаемой планете. Вы можете сколько угодно не верить в случай, но совпадения, как ни крути, все-таки бывают! С другой стороны, слишком уж большое совпадение, размером в целый континент, если не с Дерево целиком… Пометив эту версию ярлыком ВЕСЬМА МАЛОВЕРОЯТНО, я отправил ее в мысленный архив и приступил к рассмотрению других возможностей.

Ладно, предположим, что он желает владеть этим миром единолично, и потому попытался устранить меня сразу же, как только я здесь объявился. Опять же возможно — но очень, очень маловероятно… Чтобы узнать о моем приземлении, да еще и явиться сюда столь быстро, продравшись через бесконечные деревянные джунгли, он должен был каким-то способом проследить траекторию моего корабля вплоть до самой поверхности планеты, но если он МОГ это сделать, у него были все возможности прибыть сюда практически одновременно со мной и подстрелить меня, прежде чем мой домик успел себя возвести. Отчего же такая проволочка?

А может быть, наоборот, именно появление дома или какие-нибудь иные признаки поведали ему о моем появлении уже после свершившегося факта? Насколько я мог судить, его насторожило необычное поведение животных или деревьев, ибо более чем вероятно, что он знает эти места намного лучше меня. Так что он прибыл со всей возможной поспешностью, залег в засаде и выстрелил, лишь только я высунул нос из своего жилища.

Потому что он желает получить планету в свое безраздельное пользование. Видимо, она ему очень нужна для чего-то очень важного. А может, он ненавидит лично меня, Джералда Нейва, профессионального Выживателя, из-за какой-то мелкой интрижки, случившейся неизвестно когда в каком-то Богом забытом месте, а то и вовсе в прежней жизни. Возможно, он страстный охотник, а охотиться на человека не в пример интереснее, чем на здешние пупырчатые овощи или странных местных животных, даже если обратить весь свой пыл на крайне редкие гигантские разновидности. А если предположить, что…

Было совершенно ясно, что для построения крепких, основательных умозаключений у меня попросту нет строительного материала, и стало быть, придется как-то его добывать. Эта деятельность, понятно, сильно помешает моим кулинарным радостям, но неожиданности тут никакой нет, я ведь говорил о непредсказуемых обстоятельствах, разве не так?