«Если», 2012 № 01 - Журнал «Если»

Наконец ему это надоело. Прервав своего мучителя на полуслове, он сказал:

— А знаете ли вы, что на самом деле есть наука?

— Естественно, знаю, — ответил доктор Уоррен Морган из Национального института здоровья и качества медицинской помощи Великобритании. — И кто об этом забыл, так это точно вы.

— Что бы вы сделали, если бы имели неопровержимое доказательство, что вера лечит?

— У вас нет такого доказательства. И я как раз…

— Я спрашиваю не об этом. Я спросил, что бы вы сделали, если бы оно у вас было? Что бы вы как ученый сделали с фактами?

— Вопрос не имеет смысла. Таких фактов не существует. Не может существовать. Это…

— Значит, вы признаете, что закоснели в собственном консерватизме до полной невозможности умозрительно представить свои действия при наличии фактов, которые противоречат той якобы истине, в которую вы верите.

— Я ничего такого не признавал, — быстро проговорил доктор Морган.

— Тогда ответьте на вопрос. Если бы у вас было доказательство, что излечение верой существует, что бы вы сделали?

— Конечно, — начал доктор Морган, — совсем не то, что пытаетесь сделать вы. Хождением в народ с этим вашим плохо проведенным экспериментом вы подрываете веру в традиционную, научную медицину.

— Так проблема в этом? Я заставляю людей утратить веру? — Дастин рассмеялся. — Значит, вас беспокоит не наличие веры, а ее предмет? — Он подался вперед, не давая Моргану возразить. — Вы будете скрывать факты, которые конфликтуют с вашим видением мира, ведь это приведет к тому, что люди потеряют веру в систему. И вы называете это наукой?! Я вам покажу науку. — Он обратился прямо в камеру, держа перед собой рукопись своей статьи. — Здесь у меня содержатся данные, которые без тени сомнения доказывают: вера человека в лечение исцеляет в 99 процентах случаев. Не имеет значения…

— Ерунда! — воскликнул Морган.

— …во что вы верите, если вера ваша крепка. Могу с уверенностью сказать, что если вы положите руку на экран телевизора, пока я держу статью с описанием исследования перед камерой, то вы излечитесь от бессонницы, и если вы поверите в это, то так и случится.

— Вы не сможете этого доказать, — проворчал доктор Морган.

— Смогу. Давайте попробуем. Спорим на тысячу баксов, что по меньшей мере 80 процентов людей, кто сделает это, завтра позвонят и расскажут, как крепко и сладко они спали. Я бы поставил на 99 процентов против некоторого числа неприкаянных душ, которые больше поверят вам. Но здесь у меня чистые научные данные, и держу пари, что люди скорее примут правду, чем мнение любого количества так называемых ученых, прячущих голову в песок при появлении фактов, которые им не нравятся.

— Вы хотите продемонстрировать лечение верой? — вмешалась Шелли. — Прямо здесь и сейчас?

— Почему бы и нет. Лично я уверен в действенности этого метода. И факты это подтверждают. Готов держать пари, что многие люди вне нашей студии тоже в это верят. По всей вероятности, сегодня вечером я могу помочь большему количеству людей, чем вылечил за всю свою медицинскую карьеру.

— Это не то, чем нужно хвастаться, — фыркнул доктор Морган.

— Завтра утром посмотрим, кто здесь хвастает, — парировал Дастин. — Итак, дело в следующем, — сказал он в камеру, и миллионы людей внимали ему. — Если вы страдаете бессонницей, встаньте и подойдите к телевизору. Если вы не можете встать, просто потянитесь к экрану. Я взмахну рукописью три раза, и поскольку вы верите, что так гласит научно разработанный эксперимент двойной анонимности, это подействует — ваша бессонница будет излечена.

— Это просто смешно, — скривился доктор Морган.

— Перед нами будущее медицины, — произнес Дастин. — Принимайте или отвергайте, вы останетесь динозавром. Все готовы? Положите руку на экран! Потянитесь к силе науки! На счет три… Один… два… три! — Он трижды взмахнул рукописью. — Ваша бессонница уходит. Теперь идите спать, добрых вам снов. Завтра утром позвоните мне и расскажите, как вам спалось.

Слева раздалось необычное мягкое шуршание, Дастин тут же повернул голову и увидел, что Шелли сползает с кресла, безвольно свесив голову набок. Вместе с доктором Морганом они бросились и успели подхватить ее, пока она не стукнулась о подлокотник. Инфаркт? Инсульт? Годы практики помогли Дастину за несколько секунд определить состояние журналистки. Она в полном порядке. Просто заснула.

— Ну, доктор, — сказал он Моргану, — какие еще вам нужны доказательства?

Доктор Морган. взглянул на тихонько посапывающую ведущую. Потом на рукопись в руке Дастина.

— Думаю, я бы хотел поподробнее ознакомиться с вашими фактами, — кивнул он.

Перевела с английского Татьяна Мурина

© Jerry Oltion. Quack. 2011. Печатается с разрешения автора.

Рассказ впервые опубликован в журнале «Analog» в 2011 году.

Стивен Бернс

Жди!

Президент Соединенных Штатов, явственно взволнованный только что услышанным, подходит сзади к эмиссару Плохих Земель. Наклоняется и нюхает его.

Когда же он выпрямляется, выражение у него задумчивое и озадаченное. Эмиссар в тревоге замирает.

— Сэр? — нервно спрашивает он.

Неожиданно президент обезоруживающе улыбается. Он хлопает эмиссара по плечу:

— Да уж, задал ты мне задачку. Мне необходимо какое-то время, чтобы поразмыслить над ней.

— Конечно, сэр. Это… э-э… очень важная новость.

— Именно. Мой помощник проводит тебя в комнату отдыха, а я пока обдумаю, как реагировать на предложение, которое ты принес.

В глазах эмиссара вспыхивает искорка страха.

— Сэр?

Президент обнимает его за плечи.

— Ты почетный гость Белого дома, друг мой. Здесь тебе не причинят вреда, и ты можешь оставаться столько, сколько захочешь.

И снова легендарное обаяние президента творит чудо. Эмиссар благодарно улыбается и кланяется:

— Благодарю вас.

— О нет, это тебе спасибо. — Он поднимает руку, подавая знак, чтобы посетителя увели, как следует напоили и накормили и одновременно с этим осторожно прозондировали его мозг на предмет полезной информации о враге.

Когда эмиссара уводят, я снова захожу в Овальный кабинет. Президент уже вернулся к своему столу. Он садится медленно и осторожно, словно опасаясь, что все те новости, которыми загружена его голова, вдруг перемешаются.

— Ну? — вопрошает он, когда я предстаю перед ним.

— Он верит в то, что говорит, — отвечаю я.

Кивок.