Муравейник - Лайт Дэйтон

— Лучше уж тут помирать. А к раскорякам мы все равно не выйдем — незачем!

Пришлось положиться на опыт Кивинары. Тяжелораненых оставили в пещере. Естественно, никуда не пошла и она сама — не бросить же беспомощных людей одних? Многие ее помощницы тоже хотели остаться, ведь среди раненых у травниц были друзья, а то и любимые, но Айрис категорически запретила. Тут уже и мастер согласно закивала:

— Хватит и меня одной. Нечего вам тут толпиться!

Девчонкам пришлось, размазывая слезы по лицу, подчиниться. Некоторые стали было прощаться с увечными охотниками, но кто-то из них гаркнул на юных травниц:

— Решили нас заранее оплакивать? Нечего! Не волнуйтесь, все будет хорошо!

Но почему-то именно эти успокаивающие слова вызывали еще большие слезы.

На всякий случай в пещере мастера-целителя остались и несколько воинов из отряда Римала. Правительницу очень впечатлила легенда, рассказанная Салестером, о снаряжаемых пауками людях-охотниках. Таким убийцам среди раненых и увечных будет полное раздолье.

Айрис пересказала легенду, предложила добровольцам выйти вперед. Ей нужно было человек пять, не больше. Шагнули все. Правительнице даже пришлось наорать на могучих, крепких охотников, чтобы не поссорились. Но, в конце концов, и им нашлось дело — Айрис послала несколько отрядов по пять человек перекрыть основные проходы и сквозные галереи. Не позавидуешь теперь жестоким рабам-убийцам, если они вдруг вздумают наведаться в пещеры Серых скал.

Как ни подгоняли людей охотники Кенгара, все равно переселение затянулось, некоторые не хотели никуда уходить («Мы здесь жили, здесь и умрем!»), приходилось уговаривать, иногда тащить силой. Айрис уже начала беспокойно расхаживать по Приемной пещере (покидать ее Правительница наотрез отказалась), когда явились сразу оба мастера охоты. Всклокоченные и будто бы даже придавленные навалившимся грузом забот, они вразнобой доложили:

— Всех перевели, Правительница! Боюсь, мы нажили себе немало врагов, но зато люди в безопасности.

Айрис тяжело вздохнула, с силой сжала руки в кулаки:

— Что ж, теперь нам остается только ждать, да?

— Твоя правда, Правительница. Ждать и надеяться на лучшее.

— На всякий случай, Кенгар, засядь у Сырого заслона, а ты, Римал, — у входа. Секретные туннели они, точно, не найдут, а вот в обычные могут и сунуться. Возьмите у мастера Ована несколько ре-даровых зарядов. Как пользоваться, он вам показывал?

Оба мастера кивнули.

— Отлично. Если раскоряк будет не так много — сожгите! Но только, если пауки войдут внутрь. Иначе даже и не показывайтесь. Пускай лучше посчитают город брошенным.

Странное и необычное ощущение — лететь над землей. Человек рождается бескрылым, его стихия — земля, и о свободном полете в бескрайних небесах ему остается только мечтать. Хотя старики рассказывают, что Прежние легко поднимались выше облаков, бывало, даже забирались выше самого неба. Никто не знает, что значит эта фраза, ее передают из уст в уста многие тысячи лет. И, говорят, оттуда же, с неба, упала на мир невиданная смерть, отмстив людям за их дерзость.

С тех пор люди больше не пытаются летать. Они и ходить-то стараются незаметно, крадучись, чтобы не приметили вековые враги, новая сила, захватившая власть над миром. Это они — смертоносцы — владеют теперь тайной воздухоплавания и так же, как и канувшие в небытие Прежние, бросают вызов небу.

Редар цепко держался за небольшую паутинную сеть, свисающую под шаром. Не сказать, чтобы он сильно боялся, но все равно от вида лениво проползающей внизу пустыни становилось как-то не по себе.

Шар летел медленно — слабый, почти незаметный ветер толкал его вперед. Кроме того, летательное устройство было перегружено — рядом с Редаром неподвижно замер привычный к полетам паук, странно маленький для смертоносца, ростом не больше обычного человека. А далеко впереди вместе со вторым пауком на таком же шаре летела Управительница Ная. Редар волновался за нее намного больше, чем за себя. Налетевший ветер мог швырнуть шар с более тяжелой женщиной на песок, Ная могла просто сорваться с сети — ее непривычные к труду или оружию руки были отнюдь не так сильны, как у привычного к невзгодам пустынника. Поэтому молодой человек то и дело отрывал взгляд от земли и смотрел вперед — не случилось ли чего?

Нет, вроде все в порядке. Иногда Редару хотелось, чтобы Ная оглянулась и хотя бы помахала ему рукой, но он прекрасно понимал, что это просто опасно.

Еще в Акмоле, когда Ная заявила, что хочет лететь вместе с ним, Редар был, конечно, польщен и растроган, но причины, которые так многословно и горячо излагала Управительница, казались ему неубедительными.

— Ная! Тебе не стоит лететь…

— Почему это?

— Ну, понимаешь, мои соплеменники не доверяют слугам пауков, они могут отнестись к тебе враждебно. Я и сам такой был, помнишь? Понадобится время, чтобы они изменились. Не так просто разом переступить через собственную ненависть…

— Вот и начнем. Пусть переучиваются на мне. У тебя же получилось, — задорно улыбнулась она.

Кроме того, Ная говорила, что, раз в Угрюмых скалах тоже правит женщина, то ей проще будет с ней договориться, что, увидев Редара в сопровождении двух пауков, пещерники могут просто испугаться, спрятаться так, что их не найдешь целую луну, а то и убить опасных гостей. Женщина же способна развеять их страхи. Кто же, дескать, возьмет с собой женщину, собираясь на кого-то нападать? В общем, доводов у Наи в запасе оказалось много, и ей удалось переубедить даже Младшего Повелителя.

Редар же считал, что ей просто хочется увидеть место, где он жил, а может, и одну только Киру — свою, так сказать, соперницу. Он не противился. Фефн тоже согласно коснулся их разумов волной одобрения. Правда, Редар сильно подозревал, что смертоносец хорошо понял все тайные мотивы Наи, но решил не препятствовать, высмотрев в этом какую-то свою выгоду. Раскоряки славятся расчетливостью. Трудно было представить, что паук способен согласиться с прихотью Наи только ради нее самой, потакать желаниям слуги, пусть даже и самого приближенного. Действиями смертоносцев всегда руководила только личная выгода.

Для охраны — в первую очередь, от муравьев — Младший Повелитель решил дать послам сопровождение — двух пауков. Больше не стоит, чтобы не пугать пещерников. Начинать переговоры о мире, и уж тем более о союзе, с вторжения целой толпы боевых смертоносцев — не лучший способ добиться успеха. Дело может завершиться схваткой, а то и смертоубийством. Тогда уж ни о каком союзе и речи быть не может.

Добираться до пещерного города предстояло на шарах — так быстрее. Сейчас время было ценнее всего, каждый день на счету. Чем быстрее воины Угрюмых скал окажутся под стенами Мераса, тем лучше. Муравьи могут нанести удар в любой день. Может быть, уже сейчас первая колонна шестилапых выходит из муравейника, направляясь на север.