Золото - Сизя Зике

Я совершенно забыл про прилив, так что нам нужно поспешить. Нельзя же позволить, чтобы вода застала нас под фалезой, ведь склон практически отвесный, и некуда было бы бежать: так что нужно идти до конца. Последние сорок километров мы преодолеваем бегом. К счастью, пребывание у Ларса вернуло нам физическую кондицию. Добежать нам удается в самый последний момент, волны доходят до самой фалезы, а мы промокли до нитки. Спим на месте, а утром автобус привозит нас в Пасо Каноас.

* * *

Здесь мы обнаруживаем атмосферу, типичную для всех приграничных мест. Здесь живут исключительно мелкие контрабандисты и торговцы, использующие падение костариканского колона по отношению к доллару. Граница похожа на швейцарский сыр, потому что улицы начинаются в Коста Рике, а заканчиваются в Панаме. Весь городишко буквально кипит от возбуждения, все говорят только про Мундиал. В латиноамериканских странах футбол играет огромную роль, так что Чемпионат - это выдающееся событие, хотя сама Коста Рика в соревнованиях не выступает. В первом матче соперничают Аргентина и Бельгия. Если для большинства тикос Бельгия совершенно неизвестна, Аргентину они знают, это их фаворит. Это мне подтверждает молодой перуанский торговец, которого встречаю в каком-то баре.

- Никто не будет ставить против Аргентины. Это латиноамериканцы, как и мы, и в семьдесят восьмом были чемпионами мира.

- Посмотрим. Где тут самый лучший бар, в котором можно посмотреть телевизор?

- Иди к Китайцу, напротив. Там народу больше всего.

Скорее всего, я здесь единственный, знающий, что Бельгия была вице-чемпионом Европы в 1980 году. А поскольку я верю, что счастье снова мне улыбнулось, это дает мне желание сыграть. У меня предчувствие, что надо ставить на Бельгию. Но для этого мне нужна наличность.

- Николя, одолжи мне двести пятьдесят долларов. Поменяй свои дорожные чеки в Панаме, возьми одну стодолларовую банкноту и сто пятьдесят по доллару.

- А ты уверен, что знаешь, что делаешь?

- Если будешь все время волноваться, со мной долго не проживешь. Впрочем, вот, бери статуэтку в качестве залога. Ведь это же честно, или нет?

За три часа до начала матча я уже в баре Китайца и начинаю свой маленький спектакль. Я, никогда не пьющий спиртного, покупаю бутылку виски и через полчаса изображаю из себя совершенно готового. Бар полон, и возбужденные предстоящим матчем посетители скандируют: "Ар - ген - ти - на! Ар - ген - ти - на!" Через мгновение, к всеобщему изумлению, я ору: "Бельгика!"

Тикос поворачиваются ко мне, потому ору еще раз и заявляю:

- Похоже, что Бельгия вам не нравится. Но я бельгиец и принимаю ставки на свою страну. Ставлю три к одному, что Бельгия выиграет с перевесом в один гол. В случае ничьей выигрываете вы!

Они смотрят на меня и гогочут, принимая меня за придурка. Вытаскиваю свою пачку банкнот с сотенной наверху:

- У меня есть чем платить, и я верю в свою страну. Так что, кто решится?

Тут уже ко мне начинают относиться со всей серьезностью и подходят, чувствуя возможность подзаработать на шару. Обеспокоеный Николя записывает имена и суммы на большом листе бумаги. Он тоже, наверняка, считает, что у меня поехала крыша. Я внимательно слежу, чтобы не принять ставки выше сотни долларов, чтобы в случае победы Бельгии, на которую так рассчитываю, они не отказались платить. Требую, чтобы каждый показал деньги, а потом держал их на столике перед собой. Кое-кто даже идет домой, чтобы принести бабки. Ни одному даже в голову не приходит проверить мою пачку.

Рекомендую Николя делать мне рекламу:

- Если кто спросит, рассказывай, что я очень богатый, но немножко прибацанный, что уже не в первый раз проигрываю, а когда чуточку выпью, всегда делаю глупости, но имею чем платить.

- Как хочешь. Только теперь уже сам принимай ставки, а я встану у дверей.

- Да не трясись ты так, все пойдет нормально. тикос - люди не страшные.

- Возможно, только их намного больше, чем нас.

Это точно, людей предостаточно. Они приходят со всех сторон. Мне даже кажется, что сюда сползся весь городишко. Хорошо еще, что до границы недалеко.

Когда начинается матч, я сделал ставки где-то с тремя десятками человек на две тысячи четыреста пятьдесят долларов. Если проиграю, мне придется заплатить семь тысяч триста пятьдесят, а у меня за душой ни копейки. Что поделать, мне хочется подурачиться, но больше всего - верю в свою счастливую звезду.

- Налей всем! Платит проигрывающий!

После первого тайма, во время которого чертовы пожиратели жареного картофеля не смогли забить хотя бы одного единственного гола, я начинаю слегка беспокоиться.

Зову Николя, который все так же торчит в дверях:

- Нужно чего-нибудь поесть. Заказываю по цыпленку. Нам нужно набраться сил на тот случай, если все закончится лажей. Тогда встретимся в Панаме.

- Не знаю, как ты боксируешь, но я быстро бегаю. И как ты расцениваешь наши шансы?

- Все нормально. Расслабься. Вообще-то их больше, чем нужно, но думаю, что если эти тумаки забьют гол, а потом удержатся, то мы повеселимся.

- Так-то оно так, но если не забьют, нам будет плохо

- Спокуха! Надо верить в себя. Вот, держи, выпей.

- Нет, спасибо. Может и тебе перестать уже пить? Если чего случится, нужно быть в хорошей форме.

- Не боись, мой организм настолько привык к наркотикам, что спиртное на него практически не действует.

Николя закончил есть и уже возвращается к двери. И как раз в этот момент Бельгия забивает гол.

Браво, картошкоеды! Я вас всех люблю и обожаю! Ору в честь победителей на целый бар, а Николя, к которому вернулась его уверенность, вновь садится рядом со мной, лыбясь во весь рот. Зато все остальные как-то посмурнели. За пять минут до конца матча поднимаюсь:

- Иди к двери, чтобы никто не смылся. Мой блеф удался, но теперь нужно действовать очень быстро.

- Считаешь, что моя фигура произведет впечатление?

- Неважно. Скорчь грозную мину.

Сразу же по окончанию игры беру лист с записями и вызываю по очереди. Если тип не реагирует, другие выталкивают его вперед. У всех туманное подозрение, что их надули, но заклад дело святое. Те, которые не ставили, хохочут и держат нашу сторону. Знакомый по вчерашнему дню молодой перуанец присоединяется к нам и издевается над приходящими платить мужиками. Когда список заканчивается, даю сигнал к отходу. Тикос, вообще-то, люди нормальные, но предпочитаю слишком долго тут не оставаться. Ведь многим известно, что у меня с собой приличные бабки. Мы направляемся в сторону Панамы, и присоединившийся к нам перуанец показывает нам забегаловку, изображающую из себя ночной клуб, расположенную в самом буквальном смысле на границе, с входами по обеим сторонам. Мы в эйфории, и я решаю устроить грандиозный гудеж. Посылаю перуанца за десятью граммами кокаина, после чего, хорошенько нюхнув, занимаем места в заведении. Я возвращаю Николя его двести пятьдесят долларов, плюс еще столько же в качестве процентов, и забираю свою статуэтку.