Планеты Магды - Павел Гашев

   До подземелья снаружи докатились первые громовые раскаты. Потоки воды хлынули по  ступенькам, ведущим из темноты наружу,  к дневному свету. Зачастил треск молний, сливаясь в один грохочущий гул.

   Над мегаполисом впервые за последние пятьсот лет разразилась жуткая, очищающая всё гроза.

  – У тебя нет куба, и ты не должен меня слышать, как и не должен существовать. Но я в первый раз нарушу закон!   И больше никогда не жди от меня ответа! Его не будет! Ты заслужил мой последний подарок, неисправимый упрямец! Хотя я ещё пожалею…

  Кот не слушал. Он  мчался в сторону нейтральных земель: браконьеры здорово ошиблись, приняв его за беспомощного странника.

  Пора им было показать истинное «человеческое» лицо простого смертного.

Глава 14

   Долго бежать не пришлось. Вначале на горизонте появились сверкающие блики острых граней  звездолета.  Следом за ним, вынырнув из глубокой ложбины, среди буйных трав нейтральных земель   показался «караван». Он   возвращался!

    Колонну из шести лошадей возглавлял  пеший человек.  Понурые кони, покорно следующие за ведомым, несли на себе пустые седла.

   Через пару минут «караван» исчез  в овраге, а когда  вновь вынырнул на глянцевую поверхность травяной, слабо колышущейся глади, Никита сбросил предельный темп бега. Сбившееся на хрип дыхание уже разрывало легкие на части.

   Колонну возглавляла… Магда.

 Теперь уже  можно было видеть ее перемазанные в крови лицо и руки. Она брела слегка пошатывающейся, пьяной походкой. Грязная и растрепанная. Длинные волосы слиплись в черные витиеватые сосульки.

 -  Магда!!!

   Крик Никиты  разнесся  по степи, и сильный попутный ветер в долю мгновения доставил его по назначению.

  Девушка вздрогнула, как от выстрела, и подняла глаза - перед нею стоял бывший пилот.

 -   Ты опоздал… Уходи!

 Пустые помертвевшие глаза безучастно  скользили по Никите.

 - Жива! Слава Богу! – он бросился, чтобы обнять, но, увидев в девичьей ладошке окровавленный нож, застыл в двух шагах.

  На темной от грязи правой руке девушки поблескивала  тонкая полоска золотого браслета. Хотя  раньше Магда  украшений не носила…

    Куб?!

 - Не подходи, -  Презрение на её лице  переросло в решимость. – Иначе трупов станет  больше.  Шагай к своей бабе… Трус!

  Лошади за ее спиной  настороженно заржали. Их всадники, похоже, были мертвы и валялись где-то на нейтральных землях.

 - Ты же не можешь убивать! Голос говорил…

 Никита замолк, потому что голос говорил и еще о чем-то, но он не хотел слушать.

 - Могу, – Магда недоверчиво рассматривала свои окровавленные ладошки. – Наверное, я  умерла. И это ад! 

   Воспоминания ожили в девушке, а значит, Никита успел...  И все ещё можно было попытаться уладить.

 - Я виноват перед тобой!  Я все объясню!

 - Не подходи! – приказала Магда. –  Теперь не всё от меня зависит!

  Кони, испуганно заржав, шарахнулись в разные стороны. Замыкавший колонну гнедой жеребец, задрав хвост, припустил в степь. Над Магдой остался  висеть лишь звездолет.

   Потемневшие глаза, полные ненависти,  не мигая, смотрели на Никиту. И девушку сейчас нельзя было назвать красивой, будто  её глазами на мир смотрел кто-то другой. Кто-то голодный и… мертвый.

 - Хорошо!  - Неосознанно  Никита сделал шаг назад. –  Уйду. Прости меня!  Может… позже, когда….

  Договорить не дали. Магда повернулась к лошади,  испуганно топтавшейся за спиной, -   с размаху ткнула её вбок сапогом.  Та, издав  утробный хрип, завалилась  на спину и,  с трудом поднявшись на подрагивающих тонких ногах, припустила следом за ускакавшим жеребцом.

 -  Уйди! – Сжимая кулачки, Магда стояла спиной к Никите. – Я побывала в мужском форте!   Тебе туда лучше не ходить!  А сейчас мне нужна шлюха, которая смогла всего за один разговор заставить пилота отказаться от меня.

 - Я не отказывался. Хотел оставить себе шанс вернуться на Землю. В общем...  Прости!

   Первый  раз в жизни Никита оправдывался перед девчонкой.

   Магда разжала кулачки и повернула к парню сведенное судорогой ненависти  лицо, обрамленное копной спутавшихся густых волос. Пугающе красивая ведьма во плоти…

 -  Думаешь, забыла про виселицу?  Наверное, только поэтому ты сейчас жив! Я восстала из мертвых, чтобы отомстить! Только вот чей-то голос…

 Тяжелый вздох сам собою расширил грудь Никиты:  до Магды  не достучаться. Но голос, звучащий  в её голове, давал хоть какую-то надежду… 

 - И что он говорит? 

 Подозрительный жесткий взгляд девушки скользнул по губам парня и замер на переносице.

 - Что за каждую смерть от моих рук, я рассчитываюсь частью своей  жизни. Говорит, чтобы  никогда не расставалась с браслетом, потому что он единственный, кто меня защищает!

   Глаза  Магды отсвечивали льдом - одинокая слеза с трудом точила дорожку в крови, застывшей на щеке.

   Никита протянул руку к узкому запястью девушки, чтобы коснуться золотой безделушки.  Болезненный укол, будто  под ноготь загнали иголку, пронзил правое плечо  -  рука отлетела назад, столкнувшись с невидимой жесткой преградой.

    Размазав слезу по щеке,  Магда неожиданно хохотнула, словно боль Никиты доставила ей удовольствие.

  –  Не ожидал? 

   С Магдой творилось что-то невообразимое, совсем не похожее на то, что происходило с Никитой, когда он владел кубом.

  - Кто твой советчик?

 - Не знаю… 

    Мурашки пробежали по спине -  Никита попятился назад. 

  Из-за тучи выглянуло солнце. Его лучи, осветив все вокруг желтоватым блеском, промчались по степи, будто бешеные всадники, и   платье на девушке  исчезло, растворилось, как лед в кипятке.

    В одно мгновение  бурые пятна крови с её рук и лица кто-то стер невидимой губкой - тело  неестественно заблестело перламутром.

    Полная соблазна,  обнаженная  Магда, расправляя округлые плечи, призывно улыбалась Никите.

                                                                   ***

  Колени подгибались от слабости.  Колокольный звон в ушах от близкого присутствия Магды  усиливался.

   Цвет золотого браслета на скульптурно-перламутровой руке стал пульсировать, словно ржавчина пыталась справиться с дорогим металлом. 

   Так кому он подарил  куб?  Почему Магда могла ходить по мегаполису? Там, где ни один нормальный человек, согласно запретам куба, передвигаться не мог.  Выходит, чем ближе к мегаполису мог подойти человек, тем менее его сущность подчинялась  законам мироздания, а не наоборот.