Последний - Ю Лунг

— Свой?

— Своим бы он стал только после обучения, а это время, Кэп. Мы были чересчур осторожны. А может, самонадеяны… Дураками мы были, Кэп. Жаль.

— Что, вокруг без вас мало убийц?

— Высокородных девочек, травящих неугодных направо и налево, зная, что им за это ну ничегошеньки не сделают? Шлюх, режущих клиентов в постели? Или мордоворотов с кинжалом в зубах, чьей фантазии хватает лишь на то, чтоб подстеречь жертву в темном переулке? Убийц много, Кэп — люди всегда будут убивать друг друга. Нет — таэн. Я — последняя…

В конце месяца герцог отправился в столицу с визитом вежливости к каким-то дальним родичам. То есть, это так говорилось, что с визитом вежливости, а на самом деле цель была совсем другой: он ехал хвастаться Лиссой. Новая игрушка. Я не знал, смеяться мне и ли плакать — таэн в качестве шута…

Повод устроить демонстрацию не пришлось даже искать. Лисса, пристально поглядев на меня — смотри, мол — сама выдала пару комментариев на тему обилия в замке домашней скотинки. Хозяин взвился, оскорбившись за свою коллекцию боевых горных кошек, а поскольку Лисса продолжала с умилением распространяться о том, как она любит пушистых нежных зверюшек, предложил ей поиграться с любой из бестий на выбор.

— А где их домики? — любопытствовала Лисса. — А какую вы больше всех любите? А можно я ее сюда приведу?..

Хозяин хищно оскалился и с ласковой ненавистью в голосе выдал разрешение.

— На нижнем ярусе — вольеры. Моя любимица — Небесная. Там имя… на клетке. Читать умеешь?

Радостный кивок, и она умчалась прочь.

Я торопливо подвалил к расслаблявшемуся в кресле герцогу. Он не дал мне раскрыть рта.

— Не волнуйся. Ты просто не знаешь. Ничего страшного не случится. Я хочу просто проучить этого выскочку.

— Но — горные кошки!..

— Да успокойся ты, ничего она с ними не сделает. Она их вправду любит.

Я закрыл рот и отошел. Молча.

«Она — с ними»… Может, я и впрямь напрасно беспокоюсь?..

А хозяин предвкушающе вслушивался: рычание голодной кошки, признающей лишь его, да хранителя вольера, должно было донестись и сюда.

— Интересно, будет ли слышен крик… этой вашей?..

В двери возникла Лисса…

— Ой, она действительно такая хорошенькая!..

Гости шарахнулись от пристального взгляда желтых кошачьих глаз. Лисса стояла, едва придерживая зверюгу за ошейник.

Хозяин подошел, задумчиво почесал Небесную за ухом. Та довольно уселась — в таком положении пещерная тварь доставала стоящим до пояса — и заурчала.

— Небесная, — пробормотал хозяин почти с сожалением. — Что ж ты так?..

В нем явно пробуждался интерес. Эта девка сделала почти невозможное…

— Ты достойна щедрой награды… Сходи в мою комнату, там лежит шкатулка с деньгами, принеси сюда…

Лисса ухмыльнулась мне и бесшумно исчезла за дверью.

Хозяин усмехался.

— Теперь еще и вопрос времени. Коридоры и переходы замка — лабиринт для человека, попавшего сюда впервые. Да плюс стража, да два охранника у двери…

— Вот ларец, господин…

Судя по выражению его лица, за это время он сам едва дошел бы до своих покоев, взял деньги и вернулся назад… Он сам… Но не кто-то другой!

Хозяин глянул на Лиссу и задумчиво погладил кошку… Я напрягся. Доиграется девка. И герцог, похоже, потерял меру.

— Иди сюда, — хозяин оставил в покое зверюгу, подошел к окну и выглянул во двор.

Лисса покладисто приблизилась.

— Видишь человека?

— Офицерчика? Вижу. Симпатичный…

Хозяина передернуло.

— Этот человек — капитан моей гвардии. Один из лучших бойцов в стране…

А ведь я, кажется, знаю, о ком речь. Может, он, конечно, и симпатичный, но на меня ему хватит одного удара. Что же она делает, дура?!

Лисса слушала с рассеянным вниманием.

— Иди и убей его.

Первый раз за все время этого балагана герцог выглядел удивленным. Я его понимал. Хозяин нервно облизал губы.

— Выполняй.

Мы так и не увидели, как это произошло. Постояли у окна, наблюдая, как Лисса подошла к капитану. Потом нам надоело любоваться их беседой и хозяин предложил спуститься вниз.

А капитан уже лежал на земле, и Лисса, держа в руке капитанский же кинжал, с любопытством смотрела на приближающуюся процессию.

— Он мертв? — ужас в глазах хозяина готов был трансформироваться в панику.

— Не-а… — она ухмылялась. — Ради Бога простите, что я осмеливаюсь переспрашивать… Вы точно хотите, чтобы я его… того?..

— Нет!!!

Кинжал тут же вернулся в ножны владельца, а Лисса как ни в чем не бывало поднялась на ноги. Все нормально… если не считать одного из лучших бойцов материка, без сознания лежащего на холодной земле.

Герцог, улыбаясь, тронул Лиссу за плечо.

— На сегодня — все. Можешь отдыхать.

Хозяин сглотнул и махнул маячившему в отдалении слуге:

— Эй, как-тебя-там! Покажи ей ее комнату, — на последнем слове он сделал ударение. — Покормите… И не беспокойте…

Капитан застонал, приподнимаясь. Хозяин наклонился над ним:

— Ты как?

— Порядок…

С нашей помощью он встал на ноги.

— Что она с тобой сделала?

— Н… ничего… то есть, не помню, мой лорд.

— Давай без этого.

— Давай… Она подошла… В общем, мы разговорились… По-моему, решили отойти в тень… Подвернулась нога… Нет, не помню.

— Ладно, ничего… На сегодня — отдых.

Он переглянулся с герцогом и мы пошли к вольерам.

Служитель вольера смотрел непонимающими глазами, и в третий раз повторял:

— Ну так… это… Я и говорю… Она пришла, значит, и говорит: «Господин изволит звать Небесную…» Ну я, значит, и дал ей ее… Кошку, в смысле… Ну и, значит, приказал, чтоб не трогала…

Кто кого? — подумал я, вспоминая слова герцога.

— Почему ты дал ей кошку? — все еще ровным голосом поинтересовался хозяин. — Я не спрашиваю, как это было. Я уже двадцать минут пытаюсь выяснить — почему ты сделал то, на что не имел права. К кошкам можем прикасаться ты и я. К остальным должны прикасаться кошки!

Служитель затравленно взглянул на него и вновь отвел глаза.

— Ну так…

Минут через пять мы ушли, причем хозяин даже не приказал выпороть провинившегося слугу. Мы пошли к охранникам.

Разговор с охраной также не принес результатов. Все те же непонимающие взгляды, все те же объяснения с единственным аргументом: «она попросила». Она попросила, черт возьми, и это стало веской причиной для нарушения приказа…

Хозяин ходил тихим и задумчивым. Герцог торжествовал. А я впервые почувствовал странное беспокойство…

Обратный путь Лисса выдержала с трудом, и дома сразу свалилась как мертвая. Если бы не удовлетворение и гордость в ее взгляде, я б кинулся к лекарю, а так поверил, что она отлежится и встанет.