Клин клином - Кир Булычев

Удалов вздрогнул и хотел прошмыгнуть мимо, но Ксения схватила его за рукав.

– Уже в дом таскаешь? – спросила она Удалова.

– Кого таскаешь?

– Шлюх таскаешь!

– Я ее в первый раз вижу. А вообще она – воображаемое видение Александра Сергеевича Пушкина.

– Если видение, почему она не у Пушкина на кухне, а у меня?

– А ты проверь, – предложил Удалов. – Она сквозная.

Эта идея пришлась Ксении по душе. Она схватила сковороду и метнула ее в Татьяну Ларину.

Сковорода пролетела сквозь тело гостьи и разбила на полке три любимых чашки.

– Ах, она еще посуду бьет! – закричала Ксения и вторую сковородку метнула в мужа.

Через месяц видения прекратились.

Гусляр опустел.

Затем куда-то пропал и сам Петро Поганини.

А уже осенью Минц как-то постучал половой щеткой в потолок, призывая Корнелия.

Корнелий сбежал вниз.

У Минца был включен телевизор. Вот что говорила дикторша:

– Новый роман известного бестселлериста Петро Поганини «Маня Каледина», ставший всероссийской сенсацией и экранизированный режиссером Спилбергом, выдвинут на Букеровскую премию. Достоверность исторических деталей падения и трагедии попавшей под поезд знатной женщины царского Петербурга вызвала повышенное внимание к оригинальному творчеству прозаика. Наш корреспондент встретился с писателем, который недавно купил пятиэтажную виллу на Канарских островах. Первым вопросом корреспондента...

На экране появилась вилла.

Возле виллы в шортах и с теннисной ракеткой стоял Петро. На нем повисли две темнокожие от морского загара испанские красавицы. В окно кухни выглядывала осунувшаяся Дарья Гофф.

– Как вам удалось придумать такой удивительный сюжет? – спросил корреспондент.

– Непросто, – ответил Петро.

– Как вы относитесь к вашим шансам получить Букера?

– Букера возьмем, – ответил Петро. – А Оскар не за горами.

И он засмеялся, уставившись в экран, будто догадался, что профессор Минц, избавивший Великий Гусляр от плодов буйного воображения Петро, не отрываясь глядит в экран телевизора.