Трое Богов - Мария Хребтова

— Ого! Нужно спешить! — девочка вскочила и принялась быстро одеваться, а потом кинулась наружу.

Её уже ждали. Крис и Рита, стоя у фонаря на мосту, оживлённо обсуждали, о чём будут просить библиотекаря. Поздоровавшись, они пошли к этому, как выразился Крис, "змею подколодному".

Глава XIX "Разборки братьев"

Я ждал. Моя повелительница, несравненная Вероника, должна была появиться в главном зале с минуту на минуту. Она отправилась пару дней назад в путешествие, оставив меня управляться своим лагерем, благо, что большая часть её подчинённых ушла в другой мир. Прекрасный букет из алых роз, собственноручно выращенных в моих цветниках, должен был хотя бы немного отразить мои истинные чувства к ней… Преклонив колено перед незанятым креслом — Вероника не сильно почитала роскошь — я ожидал её появления. Первым делом я почувствовал её приближение, потом лёгкие шаги. Тонкая белоснежная рука скользнула по створкам и появилась она. Вероника улыбалась мне, откидывая свои золотисто-зелёные волосы со спины. Её тело я сам создавал, по меркам истинного.

— Здравствуй, Скай, — мелодичный голос её казался мне единственной музыкой на свете, — Ну, как ты тут управлялся без меня? Что нового?

— Всё прекрасно, госпожа… — я протянул ей букет, — Кстати, девчонка со своими друзьями укрывается совсем рядом с замком Феникса, в деревушке под названием Эйр, которую недавно неудачно зачищали от лишних умов. Мне удалось с помощью спор растений подчинить себе Влада Торрингтона, моего брата… — я осёкся, заметив, что на лице её отразилось недовольство, — В чём дело, госпожа?

— Скай… Ну зачем ты тратишь силы на свои безделушки? Почему разрушаешь своё тело только ради этих ребят? Я что, зря даю тебе силу Медальона жизни?

— Простите, госпожа, но брат принесет много пользы. Он может рассказать много интересного о том, какой образ жизни ведёт Маргарита…

— Ну ладно… — Вероника, небрежно кинув в кресло мой букет и грациозно потянувшись, помахала мне рукой и скрылась за поворотом, — поставь цветы в воду.

Я остался выполнять волю хозяйки, хотя порой хотелось просто взять и придушить её за такой характер. Конечно, даже сейчас я не сказал ей всё… Мой брат был надёжно заперт в моей комнате, а действие своего заклятья я ещё не остановил. Совсем не замечая, что делаю, я пошёл к нему. Мне вдруг страшно захотелось послушать его голос и узнать, как он жил все эти годы. Похоже, я становлюсь сентиментальным, хотя я был и сыном только его отца, а мать Влада была мне мачехой. А теперь вообще считаю этого Влада братом…

Я одним мановением руки освободил Влада от той зелёной слизи, что наслал на него, поработив разум. Брат, всё ещё полулёжа в кресле, где я его и оставил, уходя, раскрыл глаза и уставился на меня, точно на стаю огнедышащих драконов. Среди золотисто-зелёных тонов моей комнаты его чёрно-красный наряд казался пятном нечистот на цветущем лугу. Кажется, нужно что-то сказать…

— Ну здравствуй, братец, — я уселся в кресле напротив.

— Что?!!!! — Влад никогда не отличался спокойствием, да и умом, как видно, тоже, — Ты?!!!! Я что, на островах Власти?!!!!

— Успокойся, Влад. Я привёл тебя сюда, не для того, чтобы убивать, — успокаивающе подняв руки я предложил ему выпить воды из кувшина, стоящего рядом на тумбочке.

Он недоверчиво на меня посмотрел и весьма свирепо заметил:

— А для чего тогда, позволь спросить? Ты моего разрешения не спрашивал, знаешь ли…

— Я, к твоему сведению, твой старший брат, — заметил я, — поэтому, раз наши родители умерли, я должен заботиться о тебе, а тебе следует отвечать мне хотя бы вежливостью! — к собственному удивлению, мне стало обидно за грубые слова Влада.

— Ах так?! Мой старший брат! — он вскочил на ноги, — Как ты думаешь, почему они умерли? — а, честно говоря, я не знал, — Так я тебе всё расскажу! Когда ты переметнулся к своей несравненной Веронике, родители не знали, что сказать! Они… Они думали, что она забрала тебя силой и поэтому пытались спасти тебя! Вероника собственноручно их убила! Они просили тебя вернуть, умоляли, стоя на коленях, а ты смеешь тут разглагольствовать о вежливости?! Сколько времени я провёл один в замке Феникса без семьи, зная, что брат тут, служит этой Веронике! И после всего этого ты имеешь право говорить, что мы одна семья и просишь вежливости?

Честно говоря, мне стало стыдно. Я не знал об этом, однако… чувство к Веронике затмевает все остальные. Но порой и мне не нравилось, что она творит. Мне приходилось искусно прятать в памяти все свои крамольные мысли по этому поводу. Я тихо сказал ему:

— Я всё-таки твой брат, Влад. И если ты отказываешься от родства, то ты становишься зверем, ты же это знаешь, да? Конечно, если ты всё решил, то я отпущу тебя назад и совру Веронике, что ты сбежал, но, может, выслушаешь меня?

— И ты думаешь, что я тебе поверю, да? — Влад насмешливо скрестил руки на груди, но всё-таки уселся в кресло.

Как бы это ни было прискорбно, я должен был остановить Госпожу. А кто, как не Рита, может сделать это? Девчонка даже не подозревает, насколько она важна. И я принялся медленно втолковывать не совсем умному братцу все детали моего плана:

— Я не думаю, что ты поверишь мне. Конечно, Веронику убивать вам я не позволю, но обезвредить могу помочь. У неё есть слабость. Когда она была молода, она пыталась омолодить свое тело, но не до конца сумела сделать это. Ценой невероятно грязных дел ей удалось сделать так, что душа её могла в любой момент покинуть телесную оболочку. Потом она создала себе новое тело и вселилась в него. Душу Вероники держит в оболочке особая печать, которую она прячет на груди. Если попасть точно в печать, то связь души с телом прервётся… на некоторое время. А когда вырежешь эту печать из груди, то душе поневоле придётся вернуться в исходное тело и стать смертной.

— Так я тебе и поверил, конечно! — Влад язвительно выговаривал слова, — почему бы тебе тогда самому это не сделать?

— Я бы сделал, да только у меня не достаточно сил, — признался я, — ты, братец, единственная моя связь с Маргаритой, у которой эта сила будет, если наконец появятся три Бога. Но в моих силах помочь ей подобраться поближе к госпоже, — я выложил ему все свои идеи, которые вынашивал долгие годы, за несколько минут.

— Если я правильно тебя понимаю, — Влад мигом посерьёзнел, медленно роняя слова, — то ты предлагаешь нам… объединиться с тобой?

Я, не выдержав, заметил, соглашаясь:

— Конечно, как я заметил, способность мыслить у тебя не на первом месте, но ты догадлив. Так вот, тебе нужно, чтобы они воссоединились. Если ты согласен, то я очень тебя прошу, чтобы ты помог мне, ведь один я не справлюсь.