Знак Змееносца - Ватутин Алексеевич

   Скала задрожала, и вниз посыпались камни, окутанные облаками щебня и пыли. Многократно усиленный гул зазвенел, задрожал в гигантской зале -- пульсирующие чёрные пятна, запрыгали меж уступов скалы, сшибая иногда целые пласты камня, и превращая поверхность, в изъеденный отверстиями, сыр.

   Нимрот и Шаба, прижались к полу, перекатываясь с места на место: некоторые выстрелы, всё же пробивали кокон, и вихри, кружащие смертоносные осколки несколько раз прочертили площадку.

   Шаба кувырнулась, и встала на колено, изящно выгнув спину. Своё оружие она перевела в другой режим: словно узкий и смертоносный, огненный плевок, раскалённая стрела прочертила полумрак. Богиня перекатилась в сторону, сменив позицию, и повторила выстрел. Один из таких плазменных болидов, рассыпался искрами, отклонённый электромагнитным излучением, врезавшегося в камень, ферромагнитного сердечника.

   Тёмная туча над стальным "Слоном", громыхнула раскатисто, под сводами пещеры и извергла несколько змеистых разрядов, ударивших в яркий кокон. Шары на секунду замерцали, но вновь вспыхнули ярко-золотистым сиянием, продолжая вращение.

   Нимрот активировал наплечные ракетницы. Он понимал, что от боевых зарядов его, толку будит мало, по этому активировал ЛЦЭ -ракеты (ложных целей, экранирующие). Расчёт был на максимально возможное количество помех и электромагнитных ловушек, дабы отклонить хотя бы небольшую долю зарядов противника.

   С гулким скрежетом, перешагивая позиции, стальной "Слон" качнулся, и медленно двинулся вперёд. Туча вновь гулко громыхнула, словно куча гигантских коробок просыпалась на пол.

   -- Ох, боги мои... -- застонал Нимрот, роясь в подсумках своих доспехов, -- я, как знал... как знал... Сколько энергии на ветер, лучшие Врил-кристаллы... но... а что делать?

   Он, дрожащими пальцами, извлёк, запутавшиеся в карманах, два кристалла -- один фиолетовый, второй, оранжевый.

   -- Нет, ну за что мне всё это? -- он швырнул оба кристалла к центру кокона, в котором уже неистово вращался яркий столб пламени.

   Кристаллы рассыпались на тысячи радужных осколков, а столб полыхнул ярче. Прогремел раскат грома...

   -- Галлы Анат! -- воскликнула Шаба, -- они пришли! Царь! Они пришли!...

   Шаба, кувырнулась в сторону камня, за которым сидел Нимрот, вся в пыли, отплёвывалась попавшей в рот каменной крошкой, а её светлые волосы слегка выбились из-под шлема.

   -- Да, я заметил, -- тяжело дыша, сказал Нимрот, вытирая пот с лица и отряхивая бакенбарды.

   Теперь картина выглядела совсем странно: грохот залпов, несущий в себе гигантскую энергию, весь поглощался коконом, который только рос в размерах. Он не брезговал никакой энергией, продолжая уплотнятся.

   Достигнув высоты метров двадцати, кокон начал съёживаться, весь впитавшись в столб пламени, который медленно принимал очертания человеческой фигуры...

   -- В атаку! Уничтожить всех! -- прогремел под гигантскими сводами пещеры, истошный вопль Йямму, который надрывным гудением вплетался в грохот канонады.

   Тысячи фигур гибридонов ожили, и кинулись на арену... Некоторые из зверей имели при себе современное оружие...

   Стальной "Слон" замер, накапливая энергию для мощного разряда. Танки стали концентрировать свой огонь, добавив дополнительное вооружение. Яркие всполохи энергий отливали бликами на покатой броне. Раскалились токамаки, бешено вращая плазму. Вся мощь миллиардов ядер вошла в яростные удары, от которых вибрировал камень всей скалы. Казалось, что сама материя Вселенной вот-вот порвётся, увлекаемая флуктуацией Чёрной Дыры...

   Выстрелы вдруг стали беззвучными -- все они исчезали в языках пламени, вокруг которого вращались семь золотистых шаров.

   Огненная фигура, издала неприятный свистящий звук, который плавно перерастал в вибрирующий хохот...

   Модуляции были знакомыми -- так смеялась Анат.

   -- А теперь всем молчать! Молчаааать!!! Как морским штабным свинкам! Позалазить за ваши баннеры и молчать! А главное с улыбкой! С улыыыыбкой!!! -- Анат вновь захохотала, -- готовьтесь к смерти, нечестивые отродья... Боги свидетели -- Охотник не ждал этой добычи...

   Голос Анат шёл, будто искажённый помехами...

   И тут смех Анат перешёл в протяжный вой... Воздух в пространстве пещеры стал дрожать в темноте, словно готовый растаять студень. В нём застревали ферромагнитные сердечники, гасли пунктиры ускоренной плазмы, меркли когерентные жала и преломлялись поля, вязнущие в собственных фракталах.

   Трансформация оператора в объект, или объекта в оператора - не более чем красивая метафора в квантовой метеорологии, а теперь посмотрим, как это происходит на самом деле: так нападает разъяренная богиня. Богиня-воительница. Гнев в чистом виде... Гаснут прожектора тысячи танков, вся энергия сливается в единый пучок, словно жало скорпиона, беспощадное и неостановимое. По крайней мере, так кажется всем, кто смотрит на это. То, что происходило сейчас -- редчайшее, можно сказать, уникальное явлении -- тонкая полевая оболочка богини подключилась к геомагнитным линиям планеты, сконцентрировав из них свои семь галла -- плазмоидов- помощников. Анат трансформировалась в стихию разрушения. Такая трансформация отнимает гигантскую массу энергии...

   Царь Бебила впал в зыбкое оцепенение, ощущая, как по его коже бегут миллионы мурашек. Шаба, широко открыв глаза, встав во весь свой рост, и сняла с пояса свой походный посох -- атрибут богини. Глаза её пылали в темноте ярко-зелёным, словно два огромных семафора, а из посоха бьёт яркий солнечный свет. Всюду, куда попадал этот свет, вставали ярко-белые солнечные столбы, словно через дырявую крышу пробивались лучи солнца. Проходящие сквозь них заряды, растворялись в них...

   Анат вытягивается длинным пламенным крюком, напоминая жало скорпиона, готового к атаке и медленно нависает над армией Йамму.

   Сверкающий скальпель, вытянутой огненной фигуры сметает оборону, словно стаканы со стола. Скала дрогнула... Каменные брызги... Косматые водовороты, втягивающие всё вокруг... Вспыхивают сотни фигурок, в беспорядочных метаниях между камнями. Лопаются прожектора, и раскалываются панцири, подобно ярким цветам, распускаются бутоны плазмы из раскалённых хитроумных двигателей... сверкают молнии, и вспыхивает кипящий металл... красные камни... брызжет шипящая кровь разных цветов, которая под этими вспышками, одинаково черна... Это жидкость твоего бытия. Она медленно истекает по капле, словно сочится переспелый фрукт -- и ты этого не замечаешь, пока не появляется нож садовника... А кто садовник? Кто букашка? Тот, кто ломает, кто в состоянии нарушить -- рано или поздно ломается сам... Тот, кто идёт по естественным волнам... кто плавно движется вдоль течения жизни... тот лишь мудр. Ощути это до самой последней молекулы... до атома...