Наша родина — космос - Франсис Карсак

Дверь ему открыл незнакомый человек.

— Здравствуй, брат. Чего желаешь?

— Я хотел бы поговорить с Холонасом.

— Это трудно, брат. У тебя назначена встреча?

— Он разрешил мне вернуться, когда я пожелаю.

— Хорошо, брат, я провожу тебя.

Патриарх принял Тинкара с нескрываемой радостью.

— Вот вы и вернулись, брат Холрой! Я счастлив. Чего вы хотите от нас?

— Убежища!

Слово щелкнуло, словно удар хлыста. Тинкар колебался, спрашивая себя, не лучше ли ему схитрить, но хитрость была чужда его натуре. А паломники в любом случае узнали бы правду.

Старец некоторое время молчал.

— Сын мой, ты кого-то убил не на дуэли?

— Нет!

— Тогда чего же ты боишься? — Паломник вопросительно посмотрел на землянина.

— Боюсь, что убьют меня, вернее, прикончат, как злобное животное!

— Сядь. Не в обычаях галактиан убивать без веской причины. — Голос патриарха был ровен и спокоен.

— С их точки зрения такая причина есть. Они должны избавить город от моего присутствия. — Тинкар хмуро посмотрел в сторону.

— Ты, похоже, вымотан, сын мой, — улыбнулся старик. Отоспись, а когда отдохнешь, расскажешь мне все. Ничего не бойся. Если ты искал убежища, ты его нашел.

Тинкар вдруг почувствовал, как на него обрушилась накопившаяся за много дней усталость. Он позволил отвести себя в спальню и провалился в сон. Он проспал очень долго, встал отдохнувшим и попытался отогнать воспоминания о событиях, случившихся накануне. Где-то в квартире звучал молодой голос, исполнявший серьезный и радостный гимн. Он оделся и вышел из спальни. Сидящая спиной к нему темноволосая девушка шила. Он никогда не видел ни на Земле, ни на «Тильзине», чтобы кто-нибудь шил, и движения швеи заинтересовали его. Он приблизился. Девушка удивленно обернулась, лицо ее осветилось.

— Брат Холрой! Как я счастлива вновь встретиться с вами! Дядя сказал, что у нас гости, но не назвал имени. На этот раз вы останетесь надолго?

— Вашего дяди нет? — Он встревоженно оглянулся по сторонам.

— Нет, но он скоро появится. Вы голодны или, может быть, хотите пить?

— Спасибо, я хочу пить.

Она принесла ему стакан холодной воды.

— Вы ведь останетесь подольше на этот раз? — Девушка умоляюще посмотрела ему в глаза. — Мне хотелось бы послушать ваш рассказ о Земле. Я видела мало планет, если не считать Авенир. Мой дядя говорит, что планеты слишком опасны для молодой девушки.

Она смотрела ему в лицо, выглядела веселой и возбужденной, ее огромные карие глаза уставились на него в упор, но в них не было ни стыда, ни наглости. На мгновение их заслонили другие глаза, зелеными сверкающие.

«Куча женской протоплазмы, так и не научившейся хитрить», — с горечью подумал Тинкар.

— Мое пребывание, быть может, будет долгим. Если ваш дядя позволит, — неопределенно ответил он.

— А почему бы ему этого не сделать?

— Не могу вам сказать. Быть может, я представляю опасность для него.

Едва эти слова сорвались с его уст, как он пожалел о сказанном. Какой смысл возбуждать подозрения? Но что-то ему подсказывало, что от этой наивной девушки не следует ожидать опасности. Сколько ей было лет? Шестнадцать? Семнадцать?

Через некоторое время открылась дверь, и вошел патриарх.

— Вы уже проснулись, Холрой? Надеюсь, ты не утомила гостя своими вопросами?

— Я только что встал. И она вовсе не утомляет меня, — весело ответил землянин.

— Ну что ж, пошли ко мне в кабинет, сын мой, — кивнул патриарх. — Обычно я выслушиваю исповедь в храме, но вы не принадлежите к нашей вере.

Кабинет оказался маленькой комнатой, стены ее были уставлены полками с книгами. Холонас сел, указал Холрою на табурет.

— Говори, сын мой.

И Тинкар заговорил. О всех унижениях, которые испытал после того, как попал на «Тильзин». До этого он старался подавить воспоминания о них, но теперь его прорвало. Он рассказал о своем спасении, о дуэлях, о жизни в изоляции от других, в то время его единственным компаньоном была Орена, потом вспомнил о двуличии Анаэны, ее уловках, с помощью которых она выудила у него признание в том, что Звездная Гвардия обладала локаторами. И наконец он поведал о ее предательстве и страхах, которые это предательство породило в нем. Холонас слушал его, не перебивая.

— Такое поведение Анаэны, — сказал патриарх, выслушав рассказ, — крайне меня удивляет. Она импульсивна, но совершенно бесхитростна.

— Вы ее знаете?

— Неужели ты думаешь, что я руковожу этим анклавом, не общаясь с технором? — удивленно посмотрел на землянина старик. — Да, я ее знаю и очень ценю. Она была бы достойным украшением нашего малочисленного народа, будь у нее настоящая вера. Она действительно фанатически предана «Тильзину», и это могло заставить ее во что бы то ни стало завладеть чертежами.

— Но я и так должен был передать их ей сегодня!

— Надо было отдать раньше, Тинкар! Она могла подумать, что ты хитришь, что хочешь поторговаться, а тебе из человеческой солидарности следовало передать чертежи сразу.

— Человеческая солидарность! А какую ее часть получил я, планетная вошь!

— Знаю! Галактиане не любят прощать оскорбления, даже если этим оскорблениям несколько веков. — Патриарх улыбнулся. — Ты мог бы показать себя более щедрым, чем они! Не думаю, что тебя подстерегает опасность, но поскольку нельзя сказать ничего определенного по поводу моих внешних друзей, мы дадим тебе приют. Твоя карточка имеет силу и у нас, пока ее у тебя не изъяли. Если такое случится, мы решим, что делать. Какой работой ты хотел бы заняться? Здесь все работают.

— У вас есть физические лаборатории? — Глаза гвардейца блеснули неподдельным интересом.

— Конечно!

— Я хотел бы заняться усовершенствованием локаторов. Это могло бы меня сделать полезным для галактиан и застраховало бы мою жизнь на тот случай, если мне придется вернуться к ним.

— Повторяю, я не думаю, что твоя жизнь в опасности. Старик серьезно посмотрел на землянина. — Я повидаюсь с Таном Экатором и постараюсь разобраться в этом деле. Пока тебе не подыщут жилье, будешь жить у нас. Теперь мне пора готовиться к проповеди, а я знаю, что моя племянница горит желанием выспросить тебя кое о чем. До скорого, Тинкар Холрой.

Гостиная была пуста. Тинкар уселся на диван и принялся размышлять над ситуацией. Дела обстояли не так уж плохо. Он получил убежище, вскоре начнет работать в лаборатории, где ему будет легко осуществить месть под видом работы над локатором. Его угнетало лишь одно — одновременно с галактианами ему придется уничтожить себя и паломников, которые проявили по отношению к нему открытую дружбу. Их следовало спасти. Он не думал о мгновенном атомном взрыве, который потребует сложного Оборудования. Нет, он думал о разрушении двигателей и одновременном выходе из строя всех шлюпок, кроме шлюпок паломников… Нет, паломники попытаются спасти остальных. Нужно было найти лучшее решение. Ба! Времени на поиск у него было достаточно.