Тотем ночи - Олег Готко

- Если связать воедино волчьи следы на квартире убитого, в морге и добавить ко всему взрыв, то ни о какой мафии не может быть и речи, - вдруг совершенно серьезно сказал он. - Я проверил по своим каналам - никакой разборки в ближайшее время не намечалось, равно как и приезда, - он усмехнулся, - сынков крестных отцов.

- Ты готов в самом деле поверить в оборотней? - всем корпусом повернулся к нему подполковник. - Я в такие чудеса не верю!

- Чудеса противоречат не природе, но тому, что мы о ней знаем, ответил майор и поднялся. - Я хотел бы пообщаться с твоим Бирюком, - он качнул головой. - И фамилия у него, а?

- Все карты в масть, - Кротов открыл перед ним дверь и они вышли.

12:00 Робко качнулся колокол и в воздухе поплыл звон.

"Полдень, - подумал Захар и сплюнул. - Капитаны ГАИ курят в последний раз и каются..."

Внутрь церкви потихоньку заходил люди. Их было не очень много и большинство пенсионного возраста.

Колокол звякнул во второй раз.

"Надо будет как-то своих архаровцев сюда загнать, - с тоской подумал о заблудших душах патрульно-постовой службы капитан. - Вот поп приходу обрадуется!.."

Прозвенел третий звонок. Тянуть дальше было некуда и капитан Захар отправился на покаяние. На душе было тяжело, словно он шел в кабинет дантиста.

12:12 Уборщица в последний раз протерла тряпкой пол, подхватила швабру и вышла, брезгливо поджав губы. Она была лет тридцати пяти и в определенной кондиции опьянения могла бы пробудить у Бирюка чувства более теплые, чем, к примеру, штатский, вошедший в кабинет вместе со старлеем.

- Что же это ты, милок, обделался, а? - тут же обратился к нему штатский.

- Или печеночка друга горчит?

Сергея передернуло и не только от фамильярности.

- Ну-ну, не надо волноваться, - выставил перед собой руки старший лейтенант. - Лучше повтори нам все, что тут рассказывал. Как, говоришь, дело было?

- Подпили мы тогда, - Бирюк сглотнул, потому что тошнота так и не прошла.

- Ну, едем, а тут нам мен... милиция палочкой машет. Вовка сразу сообразил, что придется с правами распрощаться... Короче, заехали мы в морг и решили машину там до утра оставить. И тут опять - мен... милиция, в общем. Я, чтобы отмазаться, предложил дежурной продать нам покойника...

- Поразительная, твою мать, находчивость! - майор в восторге потер руки. - Давай дальше!

- А что дальше? Все чин чинарем. Привезли мы его к Вовке домой - там он и ожил волком.

- Как это произошло?

- Не знаю. Вовка был один...

- А вот скажи мне, Сергей, если бы он не ожил, что бы вы тогда с ним делали? - вмешался Кротов, желая продемонстрировать нормальность свидетеля. - Тоже съели бы печень, а?

- Закопали бы где-ни... - Бирюк умолк, зажал рот рукой и согнулся на стуле. Его лицо побледнело и покрылось испариной.

Кротов повернулся к штатскому:

- По-моему, не врет.

- Я тоже так думаю, - тот наморщил лоб. - Отправь его в больницу. В таком состоянии он все равно никуда не денется. Пусть там ему промывание желудка устроят, а то еще загнется к чертовой бабушке. Впрочем, он нам не сильно и нужен теперь...

Сергей слушал, как решают его судьбу и лихорадочно пытался сообразить, от чего ему так плохо.

"Сволочь все-таки Вовка и печень у него - полное дерьмо... Или, может быть, - от новой догадки ему стало совсем уж нехорошо, - это был технический спирт? А противоядие от него одно - водка... От этих козлов такого антидота в жизни не дождешься.

Остается надеяться, что хоть в больнице догадаются..."

- До больницы дойдешь? - вопрос был адресован ему и Бирюк недоверчиво посмотрел на старлея. - Тебя спрашивают!

- Дойду, наверное.

- Тогда шагай, - милиционер ухмыльнулся, - сам понимаешь, что спасение утопающих - не моя парафия.

Сергей поднялся. Ноги тело держали с большим трудом, перед глазами плыли черные круги, но хуже всего было ощущение маленьких острых лапок, скребущих череп изнутри.

12:15 Даже Захару проповедь казалась необычной, другие же присутствующие стояли, развесив челюсти и опустив руки.

- ...все обеспокоены слухами о появлении оборотней. Что есть оборотень? Вы скажете волк и будете неправы. Оборотень есть волк, приспособившийся к жизни среди людей. Говоря современным языком, это - просто вынужденная мера, мимикрия.

Необходимость в ней возникла в незапамятные времена, когда волк и человекообезьяна начали делить мир. По странному, несчастливому совпадению их ареалы обитания совпадали... Волки не могли схватить палку и у них были лишь зубы. Что им оставалось делать, дабы выжить?

По глазам вижу, что вы мне не верите! Вы глупы, как овцы. Еще Иисус Христос в знаменитой Нагорной проповеди сказал: "Бойтесь лжепророков, которые приходят к вам в овечьей одежде, а внутри суть волки хищные." Заметили, внутри, но не снаружи! Сиречь, душа у лжепророка не соответствует общепринятым параметрам. Исходя из этого, справедливо выражение: "Человек человеку - волк." Я только добавлю, что человек человеку - простой, обыкновенный серый волк.

О доброте Иисуса до сих пор ходят легенды, но вы очень удивитесь, когда я скажу вам, что он был самым настоящим оборотнем. Только оборотень мог воскреснуть лунной ночью на Голгофе и явиться своим ученикам спустя три дня...

По церкви пронесся шепоток возмущения. Капитан, стоящий позади всех, повертел головой по сторонам. Поп явно перегинал палку, потому что, если его не подводила память, родители рассказывали ему совсем другое.

- Он был миротворцем и пошел в люди, дабы примирить их с волками. Именно так нужно толковать его слова о том, что в Царствие Божьем и волк, и овца будут жить рядом и не будет между ними крови. Настоящим, достойным так называемого человека, Сыном Божьим был Иуда, но и он поддался очарованию Иисуса. Пресловутый поцелуй был со стороны Христа актом милосердия, ибо укушенный оборотнем становится таким же. К сожалению, это произошло среди в людей, в шумной толпе тех, кто с молоком матери впитал сказку о Содоме и Гоморре. Окружающие, заметив двух гэев, вызвали фарисеев, еще более официально нетерпимых к сексуальному разнообразию, и все кончилось весьма печально.

Особенно для Иуды.

Христианский Бог не мог простить сыну предательство своих интересов. Это с одной стороны, а с другой - Он был бы не иудейским богом, если бы не постарался извлечь из этого какую-нибудь пользу. Спровоцировав у Иуды депрессию компенсацией морального ущерба в размере тридцати сребреников, Он подвел его к осине, где болталась не без его ведома забытая разбойниками веревка. С тех пор, люди убивают нас серебряными наконечниками, пулями, ножами и осиновым колом...

Первой не выдержала морщинистая сухопарая бабка, стоящая метрах в трех от амвона. С криком: "Бей Антихриста!", она бросилась вперед.