Под одним солнцем - В Невинский

Нас окружал сказочный мир, заселенный животными-химерами. Никакая человеческая фантазия не способна создать полчища столь отвратительных чудовищ: ползающих, прыгающих, квакающих, летающих, ревущих и пожирающих друг друга. Животный мир - это ужас Арбинады. Мы поняли это слишком скоро и заплатили слишком дорого...

Корабль разрешалось покидать группами не менее двух человек. Специалисту, идущему на поиск, придавался как минимум один сопровождающий. Такими сопровождающими были я, Конд и Ланк, а так как Кор никогда не отпускал одновременно обоих пилотов, то Ланку чаще других приходилось выходить из корабля. В условиях Арбинады, ее диких зарослей, болот и нагромождения скал удобнее всего было передвигаться по воздуху. Это было менее утомительно и значительно безопаснее. Те летающие драконы, которые доставили мне в свое время столько неприятностей, были сравнительно безопасны, да и обитали они вблизи морского побережья. Их сородичи, населяющие леса в непосредственной близости от реки, хотя и летали огромными стаями, но были значительно меньших размеров и при нашем появлении в воздухе обычно исчезали. Главная опасность подстерегала нас в воде и на суше.

Чаще всего на поверхность Арбинады я выходил вместе с биологом. Не знаю, почему он избрал именно меня. Правда, я хорошо владею оружием. Может быть, поэтому Дасар предпочитал видеть меня рядом с собой, отправляясь на свои научные экскурсии.

Биолог оказался дотошным исследователем, и, сопровождая его, мне пришлось увидеть очень многое. И увидеть и узнать. Дасар - человек разговорчивый и свои мысли выражает часто вслух, поэтому волей или неволей я становился соучастником его деятельности и хранителем его мыслей. Мало-помалу я сам стал втягиваться в эту работу и иногда высказывал соображения, которые он не отвергал, а, пробурчав что-то себе под нос, изрекал приблизительно такую фразу:

- Однако, Антор, ваши заболоченные космосом мозги еще способны на некоторую макроскопическую деятельность...

Это следовало воспринимать как высшую похвалу. По поводу других моих соображений он не скупился и на такие замечания.

- Я считаю, - говорил он, делая соответствующую паузу, - что первобытная протоплазма по части умозаключений могла бы успешно конкурировать с содержимым черепной коробки отдельных высокоорганизованных астролетчиков.

Я на него не обижался. С ним было тяжело, но интересно. Он глотал синзан чудовищными порциями и проявлял столько энергии, что вконец изматывал и себя и меня. После каждой вылазки мы по много часов отмокали в гидроконтейнере, с тем чтобы в следующий раз снова взять от наших организмов все, на что они способны. Я следовал за ним повсюду: и в непроходимые чащи, где он вылавливал "интересных" насекомых, и в воду, где опасности, поджидающие нас, были особенно велики. Постепенно, благодаря собственным наблюдениям и его комментариям к тому, с чем нам приходилось сталкиваться, у меня стало складываться более терпимое отношение к животному миру Арбинады.

Часто он меня спрашивал:

- Вы знаете, Антор, где мы с вами сейчас находимся? Ну-ка, ответьте мне.

- Мы бродим по страницам книги, в которой природа лишь очень скупо повествует о том, на что она действительно способна, - отвечал я, припоминая его собственный ответ на заданный вопрос.

- Нет, уважаемый водитель межпланетных телег, вы ошибаетесь, - говорил он, - мы не бродим, а мы стоим и смотрим в колыбель младенца. Этот мир так еще юн! Он только-только открыл глаза, и впереди у него огромная жизнь. Запомните это. Когда вернемся на Церекс, так и рассказывайте, что вы были в гостях у новорожденного.

- Сколько же лет этому новорожденному?

- Сколько? Трудно сказать. Я полагаю, не менее пятисот миллионов раз обернулась Арбинада вокруг Солнца с тех пор, как на ней возникла жизнь, различимая невооруженным глазом.

Я мог бы припомнить множество подобных разговоров, они возникали по всякому поводу. Однажды биолог был чрезвычайно обрадован, поймав маленького юркого зверька, который отбивался от него с храбростью отчаяния. Я не сразу понял, что привлекло биолога в этом животном, на мой взгляд, поблизости находились куда более интересные объекты наблюдения. (Тогда я еще полагал, что научная ценность того или иного существа прямо пропорциональна объему его тела.)

- Вот, Антор, смотрите, это представитель тех, кто сменит нынешних властелинов Арбинады!

- Этот карлик?

- Да!.. Ну, не этот, конечно, а его далекие потомки.

Я с недоверием перевел взгляд на разгуливающих неподалеку двух исполинов. Их морщинистая, покрытая буграми и наростами кожа обтягивала массивные тела не менее шести метров в длину. Головы этих животных, если считать вместе с широкими загривками, покрывающими непроницаемой броней шею и часть спины, составляли не менее трети общей длины тела и были украшены рогами; два из них росли около глаз и были длинными и острыми, а третий возвышался спереди на носу. Великаны неторопливо пережевывали стебли растений. Было в них что-то монументальное, вечное и неизменное, казалось, что они всегда жили и всегда будут жить на земле. Я поделился своими впечатлениями с Дасаром.

- Вот-вот! - воскликнул он. - Типичный пример того, как верное наблюдение приводит к неправильному выводу! Неизменное - сказали вы правильно. Такому колоссу, как этот, уже трудно перестроиться. Эти, да и большинство других животных Арбинады, слишком далеко зашли по пути приспособления к существующим условиям. Но эти условия не вечны. Пройдет не так уж много времени (в геологическом смысле, конечно), и они изменятся. Перестроятся материки, климат станет холоднее или суше, и те особенности животных, которые делают их сейчас непобедимыми в борьбе за жизнь, окажутся для них гибельными. Вы думаете, Антор... Кстати, осторожнее, не наступите на этот маленький холмик...

- Эту кочку?

- О жалкий придаток космической колымаги! - простонал биолог. - Воистину правильно говорят, что одним глаза даны для того, чтобы видеть, а другим чтобы всегда оставаться слепыми. Это же целый город!

Я удивленно уставился на биолога.

- Да не на меня смотрите, а себе под ноги.

Я наклонился и только тогда разглядел, что эта кочка в действительности была маленьким искусственным сооружением. Оно представляло собой невысокий холмик, собранный из листьев и мелких веточек, земли и стеблей растений. Около него сновало множество странных шестиногих существ, куда-то спешащих, что-то тащивших, что-то ищущих. Приглядевшись, я заметил, что временами два или несколько этих малозаметных арбинадцев выполняли работу сообща, может быть. несколько бестолково, но зато напористо и энергично. Мне удалось уловить некоторый порядок в их многообразной деятельности и даже увидеть чуть заметные тропинки, протоптанные многочисленными неутомимыми лапками.