Обет молчания (Пылающий остров - 1) - Александр Казанцев

Пораженные люди расступились.

Вдруг послышался шум мотоцикла.

Все смотрели на согнутую фигуру Кленова и обернулись только тогда, когда мотоцикл остановился около них.

- Господин Кленов! - произнес человек в кожаном шлеме.

Кто-то указал рукой на удаляющийся на фоне пожара силуэт ученого.

Посланный бегом нагнал Кленова и передал ему пакет.

- От полковника Кадасимы, - сказал он, прикладывая руку к шлему.

- Уже не надо! Передайте господину Вельту, - сказал Кленов и зашагал дальше.

Посланный пожал плечами и вернулся к группе оживленно шептавшихся людей.

- Кто здесь Вельт? - спросил он.

Вельт вздрогнул и протянул руку.

- А! Я знаю теперь, чья это работа! - закричал он, разорвав конверт. Подождите, мистер Кленов, вам так просто не уйти от меня! Ганс, за мной!

Массивный Ганс присоединился к своему патрону, и они бросились догонять Кленова.

- Что вам нужно от меня? - крикнул ученый, обернувшись. - Я нахожусь в нейтральной стране. Вы не имеете права ко мне прикасаться!

- Бей его! - закричал Фредерик Вельт и, догнав, ударил Кленова по голове.

Кленов зашатался. Подоспевший Ганс навалился на него.

В это время послышался лай. Со стороны замка быстро несся какой-то темный комок. Через секунду Герт прыгнул на кучу барахтающихся тел.

Несколько мгновений ничего нельзя было разобрать. Слышались рычание, возня, хрип. Потом один за другим прозвучали два выстрела. Собака взвизгнула и стихла.

Один толстяк обратился к другому:

- А не правда ли, красив был мой вулкан?

- О да! Но посмотрите, мой компас уже показывает на север!

Глава IV

ЕДИНСТВЕННЫЙ ПАССАЖИР

Район Ютландского замка охранялся частной полицией Вельта. Ни один экипаж, ни одна автомашина не могли появиться в запретной зоне, охватывавшей не только замок и рощу, но и соседнее селение, где жили враждовавшие между собой пастор и Петерсен.

Осенней дождливой ночью на дороге к замку появилась автомашина с закрытым коробчатым кузовом. Опущенный шлагбаум остановил ее, а подошедшие сыщики с электрическими фонариками обнаружили на кузове знаки красного креста. Низенький санитар в очках, сидевший рядом с шофером, на хорошем английском языке объяснил, что карета "скорой помощи" вызвана крестьянином Петерсеном.

Один из сыщиков вскочил на подножку и доехал до дома с толстыми каменными стенами, высокой черепичной крышей и узенькими окнами.

Живший напротив пастор, услышав треск автомобиля, схватил зонтик и выскочил на улицу. Он тщетно напрягал слух, силясь разобрать слова громкого разговора, доносившегося из дома Петерсена.

По улице, едва освещенной из окон пастора, с видом наслаждающегося погодой человека разгуливал сыщик в промокшем пальто и набухшем котелке.

Пастор сложил молитвенно руки и подумал, что бог карает неблагочестивого Петерсена, который обделил служителя господа в памятный день посещения жилища дьявола.

С сокрушением, но не без некоторого торжества следил пастор, как два санитара выносили из двора Петерсена носилки.

Первый санитар был коренастый, огромного роста и только покрякивал; второй был тоже высок, но худ, горбился и, видимо, готов был выронить из рук ношу.

- Не хотел бы я быть на носилках, - подскочил к пастору сыщик в надежде что-нибудь выведать. - Сейчас их уронят в грязь. Кто это такой грузный заболел?

- Ах, почтенный господин! - сказал пастор. - Бог видит, что фру Петерсен добрая женщина, и не надо ей ставить в вину ни ее толщины, ни жадности мужа.

Тут и сам Петерсен появился на наружной лестнице дома, громко выкрикивая, что не заплатит ни полкроны и напрасно бессовестный санитар пытается у него чего-нибудь выудить.

Пастор сокрушенно покачал головой и многозначительно посмотрел на сыщика. Тот понимающе усмехнулся. Он умел с одного взгляда разгадывать людей.

Низенький санитар и Петерсен, спускаясь с лестницы, продолжали спорить о каких-то кронах. Потом дверца автомобиля хлопнула, шофер со второй попытки завел ручкой мотор, и карета не спеша двинулась по раскисшей грязи.

Петерсен продолжал кричать вслед:

- Пусть у них лопнут глаза и шины! Будят ночью порядочных семейных людей, когда в доме все здоровы, включая даже откормленную свинью! Врываются, как грабители, и требуют платы за напрасный вызов!

Сыщик заинтересовался, пастор вытянул шею.

- Послушайте, любезный, - спросил сыщик, подходя к Петерсену, - разве у вас никто не заболел?

Крестьянин стал призывать бога в свидетели, что он, Петерсен, не подозревал даже, что бывают кареты "скорой помощи", и уж, во всяком случае, он ничего не станет платить.

Достойный последователь Шерлока Холмса молча нырнул во двор Петерсена.

Петерсен хотел пойти за ним следом, но вспомнил, что стоит на лестнице в туфлях, длинной ночной рубашке и колпаке. Через улицу он заметил своего врага под зонтиком и погрозил кулаком.

Появился очень довольный сыщик. Петерсен осветил его фонарем.

- Пахнет хлороформом, - объявил сыщик. - Я сразу все понял.

- Где ощутили вы столь странный запах, почтенный господин? - осведомился пастор.

- В хлеве, патер. В хлеве этого хозяина! - И он указал на белую фигуру.

- Я отлично знаю, чем пахнет в хлеве, - буркнул Петерсен.

- Но вы не знаете, что он пуст, - заметил сыщик.

- Как так - пуст? - завопил Петерсен и метнулся во двор, напоминая перепуганное привидение.

Через секунду он выскочил на улицу, размахивая фонарем:

- Грабят! Моя свинья! Она весила двести три килограмма!

- Ее было очень тяжело нести на носилках, - продолжал наслаждаться видом Петерсена сыщик. - Я думал, уронят носилки в грязь.

- Бог мой! - воскликнул пастор. - Они недостойно усыпили ее хлороформом, и пока скаредный господин Петерсен...

- Ах, да замолчите вы, молитвенник в человечьем переплете! Боже мой! Моя свинья, моя толстенькая хрюшка! Надо просить владетельного господина из замка догнать грабителей...

- Я могу сообщить мистеру Вельту, - задыхаясь от смеха, сказал сыщик. - Он вдоволь позабавится.

Вельт действительно хохотал, когда услышал от промокшего под дождем Ганса всю эту историю. Тот знал его причуды и был уверен, что босс не разрешит гнаться за мнимой каретой "скорой помощи". Вельт, развеселившись, решил, что ловкие грабители заслужили вознаграждения.

И карета "скорой помощи" беспрепятственно неслась среди ютландских вересковых степей.

Внезапно она остановилась в пустынной местности. Задняя дверца кареты открылась, и из нее вытолкнули огромную свинью. Свинья упала на дорогу, потом встала на ноги и очумело огляделась вокруг.

Начинало светать, шел мелкий дождь. Автомашина умчалась. Свинья улеглась в дорожную грязь.